220 цитат «история»: от классиков до современников

Тема «история» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 220 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Вам нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия.

   Вам нужны великие потрясения, нам нужна великая Россия.

   — Пётр Аркадьевич Столыпин
2. «

   — Может кто-нибудь расскажет веселую историю, подходящую к обеду? — Для этого обеда подойдет только грустная история...

   — Может кто-нибудь расскажет веселую историю, подходящую к обеду? — Для этого обеда подойдет только грустная история...

   — Дедушка · сериал
3. «

   — Мне плевать, если нас запишут в злодеи. Только в сказках они обречены на поражение, а свою историю мы пишем сами! — Я впечатлён размахом, сказанной тобой глупости. Как вообще можно произнести такое вслух? — Ты сам постоянно твердишь: «Я твоя тень»!

   — Мне плевать, если нас запишут в злодеи. Только в сказках они обречены на поражение, а свою историю мы пишем сами! — Я впечатлён размахом, сказанной тобой глупости. Как вообще можно произнести такое вслух? — Ты сам постоянно твердишь: «Я твоя тень»!

   — Куроко Тецуя · аниме
4. «

   Где лгут и себе и друг другу, и память не служит уму, история ходит по кругу из крови — по грязи — во тьму.

   Где лгут и себе и друг другу, и память не служит уму, история ходит по кругу из крови — по грязи — во тьму.

   — Игорь Губерман
5. «

   Фотографировать начинают только тогда, когда история подходит к концу.

   Фотографировать начинают только тогда, когда история подходит к концу.

   — Стивен Кинг · книга
6. «

   История — это ложь, которая была заточена как оружие людьми, которые скрывали правду.

   История — это ложь, которая была заточена как оружие людьми, которые скрывали правду.
7. «

   Сколько величайших умов прошлого звали народы к миру, согласию и равенству. А истории плевать на эти призывы, она следует своим путем — разбоя, насилия и оглупления народов ложным чувством дурацкого патриотизма.

   Сколько величайших умов прошлого звали народы к миру, согласию и равенству. А истории плевать на эти призывы, она следует своим путем — разбоя, насилия и оглупления народов ложным чувством дурацкого патриотизма.

   — Валентин Пикуль · книга
8. «

   Сегодня в России заговорили о генетическом фонде русской нации, о том, что революция обошлась русскому народу в 60 миллионов человеческих жизней, что советская власть была прямым геноцидом русского народа, его массовым убийством. А это, по меньшей мере, в 10 раз превышает мифический еврейский холокост, о котором еврейство истерично кричит уже 50 лет… А вот о том, что евреи уничтожили 60 миллионов лучших русских людей, не пикнет ни один еврей…

   Сегодня в России заговорили о генетическом фонде русской нации, о том, что революция обошлась русскому народу в 60 миллионов человеческих жизней, что советская власть была прямым геноцидом русского народа, его массовым убийством. А это, по меньшей мере, в 10 раз превышает мифический еврейский холокост, о котором еврейство истерично кричит уже 50 лет… А вот о том, что евреи уничтожили 60 миллионов лучших русских людей, не пикнет ни один еврей…

   — Григорий Климов
9. «

   — Существует поверье, — сказала она, — Что когда-то давно мы были просто капельками, плавающими в море, затем стали рыбами, затем ящерами, крысами и обезьянами, а между ними побывали сотнями разных существ. Когда-то давно эта рука была плавником, а затем на ней появились когти! В моем человеческом рту есть острые зубы волка, резцы зайца и жевательные зубы коровы. Наша кровь солона как море, в котором мы когда-то жили! При испуге наши волосы встают дыбом, точно также, как встает дыбом шерсть. Мы сами — история! Все, чем мы становились на своем пути к человеку, все еще существует в нас. <...> — Во мне живет память о моих родителях, о родителях моих родителей и о всех моих предков. Эта память проявляется в цвете глаз, в цвете волос. И каждый, кто изменил способ моего мышления, так же живет во мне. Так кто же «я»?

   — Существует поверье, — сказала она, — Что когда-то давно мы были просто капельками, плавающими в море, затем стали рыбами, затем ящерами, крысами и обезьянами, а между ними побывали сотнями разных существ. Когда-то давно эта рука была плавником, а затем на ней появились когти! В моем человеческом рту есть острые зубы волка, резцы зайца и жевательные зубы коровы. Наша кровь солона как море, в котором мы когда-то жили! При испуге наши волосы встают дыбом, точно также, как встает дыбом шерсть. Мы сами — история! Все, чем мы становились на своем пути к человеку, все еще существует в нас. <...> — Во мне живет память о моих родителях, о родителях моих родителей и о всех моих предков. Эта память проявляется в цвете глаз, в цвете волос. И каждый, кто изменил способ моего мышления, так же живет во мне. Так кто же «я»?

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    — Десять против одного, сэр, что вы двумя руками держитесь за Библию. — Ну, для меня скорее это священное писание. — Готовитесь к лучшей жизни? — И вам того же желаю. — Я не тороплюсь. И вас не тороплю. — Аккуратнее. Это всемирная история синематографа. — По-моему, он плохо видит. — Зато хорошо слышу! Признаться, грамматика не моя стихия. Но даже я могу разобрать, что многие страницы здесь пусты. — Так это место для истории, сэр. Дерзните, и, быть может, ваше имя впишут в эти страницы. Они ждут своих героев. — Забавные вещи вы говорите, сэр. Послушать бы вас в другой раз. Когда я отправил на тот свет свою первую дюжину, моя матушка сказала мне: «Джек, если ты и виноват то только в том что не встретил на своём пути хорошего человека».

    — Десять против одного, сэр, что вы двумя руками держитесь за Библию. — Ну, для меня скорее это священное писание. — Готовитесь к лучшей жизни? — И вам того же желаю. — Я не тороплюсь. И вас не тороплю. — Аккуратнее. Это всемирная история синематографа. — По-моему, он плохо видит. — Зато хорошо слышу! Признаться, грамматика не моя стихия. Но даже я могу разобрать, что многие страницы здесь пусты. — Так это место для истории, сэр. Дерзните, и, быть может, ваше имя впишут в эти страницы. Они ждут своих героев. — Забавные вещи вы говорите, сэр. Послушать бы вас в другой раз. Когда я отправил на тот свет свою первую дюжину, моя матушка сказала мне: «Джек, если ты и виноват то только в том что не встретил на своём пути хорошего человека».

    — Чёрный Джек · фильм
11. «

    История имеет привычку менять людей, которые воображают, что это они меняют её.

    История имеет привычку менять людей, которые воображают, что это они меняют её.

    — Терри Пратчетт · книга
12. «

    История подшучивает над нами, только нам не всегда бывает смешно…

    История подшучивает над нами, только нам не всегда бывает смешно…

    — Диана Мохаммади · книга
13. «

    Эпохи идут не за президентами, эпохи идут за Творцами.

    Эпохи идут не за президентами, эпохи идут за Творцами.

    — Святослав Вакарчук
14. «

    Повторяется ли история, или она просто есть? И если это круг, следует ли нам его разорвать или оставить всё, как есть?

    Повторяется ли история, или она просто есть? И если это круг, следует ли нам его разорвать или оставить всё, как есть?

    — Рукия Кучики · аниме
15. «

    История не терпит сослагательного наклонения. (История не знает слова «если».)

    История не терпит сослагательного наклонения. (История не знает слова «если».)

    — Карл Хампе
16. «

    — Некоторые вещи зафиксированы в истории, другие нет. Помпеи зафиксированы. — Откуда ты знаешь, какие из них какие? — Потому что я так вижу Вселенную. Каждую секунду я вижу, что есть, что было, что могло быть и чего не должно быть. Таков удел Повелителя Времени, Донна. И я такой остался один.

    — Некоторые вещи зафиксированы в истории, другие нет. Помпеи зафиксированы. — Откуда ты знаешь, какие из них какие? — Потому что я так вижу Вселенную. Каждую секунду я вижу, что есть, что было, что могло быть и чего не должно быть. Таков удел Повелителя Времени, Донна. И я такой остался один.

    — 10 Доктор · сериал
17. «

    То, что люди не учатся на ошибках истории, — самый главный урок истории.

    То, что люди не учатся на ошибках истории, — самый главный урок истории.

    — Олдос Хаксли
18. «

    России лишь один раз крупно повезло с царем. Перечислю его свершения. Он открыл границы России, решил организовывать университеты, дал право хождению в России иностранной валюты, отменил запрещения на театральные представления, предпринял серьезные шаги по модернизации государственного строя. Знаете, кто это был? Лжедмитрий I. Отрицательный персонаж. Его дела великолепны. Но с какой яростью и ненавистью его вспоминают!

    России лишь один раз крупно повезло с царем. Перечислю его свершения. Он открыл границы России, решил организовывать университеты, дал право хождению в России иностранной валюты, отменил запрещения на театральные представления, предпринял серьезные шаги по модернизации государственного строя. Знаете, кто это был? Лжедмитрий I. Отрицательный персонаж. Его дела великолепны. Но с какой яростью и ненавистью его вспоминают!

    — Александр Невзоров
19. «

    Сначала на Земле все было неправильно и обжить ее было не так-то просто. Не было мостов, чтобы переходить через реки, не было тропинок, чтобы подниматься в горы. Тебе хотелось посидеть? Но не было даже намека на скамейку. Ты падал от усталости, и у тебя слипались глаза? Но на всей Земле не было ни единой кровати. Ты то и дело сбивал ноги? А что поделаешь? Не было ни башмаков, ни сапог. Если ты плохо видел, то ни за что на свете не нашел бы очков. Захотелось тебе сыграть в футбол? Дудки! На всем земном шаре — ни одного мяча. Не было ни кастрюли, ни огня, чтобы сварить макароны. Даже если хорошенько разобраться, то и макарон-то не было. Одним словом, ровным счетом ничего не было. Нуль минус нуль, и ничего больше. Были только люди, и у каждого две руки, которые любили работать и умели исправить все, что было неправильно. И все-таки на Земле еще очень много неправильного. И все надо исправлять. Так что засучивай рукава и принимайся за дело. Работы на всех хватит.

    Сначала на Земле все было неправильно и обжить ее было не так-то просто. Не было мостов, чтобы переходить через реки, не было тропинок, чтобы подниматься в горы. Тебе хотелось посидеть? Но не было даже намека на скамейку. Ты падал от усталости, и у тебя слипались глаза? Но на всей Земле не было ни единой кровати. Ты то и дело сбивал ноги? А что поделаешь? Не было ни башмаков, ни сапог. Если ты плохо видел, то ни за что на свете не нашел бы очков. Захотелось тебе сыграть в футбол? Дудки! На всем земном шаре — ни одного мяча. Не было ни кастрюли, ни огня, чтобы сварить макароны. Даже если хорошенько разобраться, то и макарон-то не было. Одним словом, ровным счетом ничего не было. Нуль минус нуль, и ничего больше. Были только люди, и у каждого две руки, которые любили работать и умели исправить все, что было неправильно. И все-таки на Земле еще очень много неправильного. И все надо исправлять. Так что засучивай рукава и принимайся за дело. Работы на всех хватит.

    — Джанни Родари · книга
20. «

    История — это люди, причем исключительно живые. Когда они умирают, историю начинают переписывать в угоду власть имущих, и там черное легко становится белым. Это называется переосмысливанием истории...

    История — это люди, причем исключительно живые. Когда они умирают, историю начинают переписывать в угоду власть имущих, и там черное легко становится белым. Это называется переосмысливанием истории...

    — Мария Захарова