479 цитат про «история» для вдохновения

Тема «история» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 479 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я люблю искусство, потому что в искусстве таится история. Это то, что создано человеческой рукой, и то, что останется вечным.

   Я люблю искусство, потому что в искусстве таится история. Это то, что создано человеческой рукой, и то, что останется вечным.

   — Юлия Боримская · книга
2. «

   Во всех странах, во все времена и при всех формах правления массами управляет малая часть людей; все зависит, следовательно, от того, из кого эта часть состоит и как пополняется.

   Во всех странах, во все времена и при всех формах правления массами управляет малая часть людей; все зависит, следовательно, от того, из кого эта часть состоит и как пополняется.

   — Михаил Сергеевич Лунин · книга
3. «

   В августе 1964 года сэр Уинстон Черчилль умирал в лондонской больнице короля Эдуарда VII. Генерал Эйзенхауэр, возвращаясь после празднования двадцатой годовщины высадки в Нормандии, навестил больного. Дряхлый девяностолетний политик уже не в силах был говорить, а лишь поднял для рукопожатия слабую высохшую руку, когда Эйзенхауэр вошел в палату. Два боевых соратника не произнесли ни слова — они молча вспоминали о той борьбе за свои принципы, которую оба вели в военное и мирное время. В полной тишине прошло десять минут. Две нации, два лидера, два друга. Затем Черчилль разжал руку и медленно сложил пальцы в знаке победы — V! Эйзенхауэр, с глазами полными слез, вышел из палаты и сказал сиделке: «Уинстон покидает нас, но пусть нас никогда не покинет мужество».

   В августе 1964 года сэр Уинстон Черчилль умирал в лондонской больнице короля Эдуарда VII. Генерал Эйзенхауэр, возвращаясь после празднования двадцатой годовщины высадки в Нормандии, навестил больного. Дряхлый девяностолетний политик уже не в силах был говорить, а лишь поднял для рукопожатия слабую высохшую руку, когда Эйзенхауэр вошел в палату. Два боевых соратника не произнесли ни слова — они молча вспоминали о той борьбе за свои принципы, которую оба вели в военное и мирное время. В полной тишине прошло десять минут. Две нации, два лидера, два друга. Затем Черчилль разжал руку и медленно сложил пальцы в знаке победы — V! Эйзенхауэр, с глазами полными слез, вышел из палаты и сказал сиделке: «Уинстон покидает нас, но пусть нас никогда не покинет мужество».

   — Джеймс Хьюмс · книга
4. «

   Что вы хотите конкретно возрождать? Возрождение — это слово конкретно историческое, конкретно связанное с Западной Европой и Античностью. Мы из крепостного права из дикости вошли в советский кошмар, сталинизм. Что вы хотите возрождать, какой конкретный один год? Когда крестьян продавали по одиночке, прикладывали утюг, и когда православная церковь не считала женщину крепостную за душу? Когда русские дворяне просили крепостных артистов раздеться и совокупляться с ними? Сталинщину? Четыре миллиона доносов? Нет ни одного даже месяца в российской истории, который стоило бы возрождать с точки зрения здравого смысла и прав человека. Мечтать можно, но они очень опасны.

   Что вы хотите конкретно возрождать? Возрождение — это слово конкретно историческое, конкретно связанное с Западной Европой и Античностью. Мы из крепостного права из дикости вошли в советский кошмар, сталинизм. Что вы хотите возрождать, какой конкретный один год? Когда крестьян продавали по одиночке, прикладывали утюг, и когда православная церковь не считала женщину крепостную за душу? Когда русские дворяне просили крепостных артистов раздеться и совокупляться с ними? Сталинщину? Четыре миллиона доносов? Нет ни одного даже месяца в российской истории, который стоило бы возрождать с точки зрения здравого смысла и прав человека. Мечтать можно, но они очень опасны.

   — Евгений Николаевич Понасенков
5. «

   Газеты — секундные стрелки истории.

   Газеты — секундные стрелки истории.

   — Артур Шопенгауэр
6. «

   Вот за что я люблю историю! <...> Человек, проживший век без знания ее, обладает опытом лишь одного поколения, иначе говоря, опытом своей краткой жизни. Человек же, знающий историю, суммирует в себе опыт множества поколений…

   Вот за что я люблю историю! <...> Человек, проживший век без знания ее, обладает опытом лишь одного поколения, иначе говоря, опытом своей краткой жизни. Человек же, знающий историю, суммирует в себе опыт множества поколений…

   — Валентин Пикуль · книга
7. «

   В Риме даже земляная пыль — историческая ценность!

   В Риме даже земляная пыль — историческая ценность!
8. «

   История страны – штука простая: прошлое, из которого выгорели все утраты, стерлись все горести, из которой – ах, как удобно! – удалено все личное.

   История страны – штука простая: прошлое, из которого выгорели все утраты, стерлись все горести, из которой – ах, как удобно! – удалено все личное.

   — Элис Макдермот · книга
9. «

   О жизни нужно рассказывать, и рассказывать искренне: тогда пережитое уходит, и можно жить дальше.

   О жизни нужно рассказывать, и рассказывать искренне: тогда пережитое уходит, и можно жить дальше.

   — Дуглас Коупленд · книга
10. «

    История всегда подобна римской куртизанке — она радостно ложится под победителя!

    История всегда подобна римской куртизанке — она радостно ложится под победителя!

    — Андрей Белянин · книга
11. «

    Qu'est ce que l'histoire, sinon une fable sur laquelle tout le monde est d'accord.

    Qu'est ce que l'histoire, sinon une fable sur laquelle tout le monde est d'accord.

    — Наполеон I Бонапарт
12. «

    История, та самая, которую никто учить не хочет, убедительнейшим образом показывает нам, что выигрывает тот, кто стремится к усложнению реальности, а не к её упрощению.

    История, та самая, которую никто учить не хочет, убедительнейшим образом показывает нам, что выигрывает тот, кто стремится к усложнению реальности, а не к её упрощению.

    — Геннадий Александров
13. «

    Даже совсем маленький камешек может заставить колесо истории свернуть в сторону, но для камешка это удовольствие не из приятных.

    Даже совсем маленький камешек может заставить колесо истории свернуть в сторону, но для камешка это удовольствие не из приятных.

    — Робин Хобб · книга
14. «

    Министр иностранных дел Британии Лиз Трасс, которая недавно каталась по Прибалтике на танке, заявила сегодня, что Украина пережила немало вторжений — «от монголов до татар», в следствии у российских коллег к британскому дипломату возникло три вопроса: 1. Сколько лет прошло между двумя вторжениями: монголов и татар? 2. О страданиях украинцев от фашизма не упомянула, потому что они были незначительными или потому что до 40-х годов XX века британская корона германский нацизм не просто поддерживала, а умилялась им? 3. Какое учебное заведение выдало миссис Трасс диплом?

    Министр иностранных дел Британии Лиз Трасс, которая недавно каталась по Прибалтике на танке, заявила сегодня, что Украина пережила немало вторжений — «от монголов до татар», в следствии у российских коллег к британскому дипломату возникло три вопроса: 1. Сколько лет прошло между двумя вторжениями: монголов и татар? 2. О страданиях украинцев от фашизма не упомянула, потому что они были незначительными или потому что до 40-х годов XX века британская корона германский нацизм не просто поддерживала, а умилялась им? 3. Какое учебное заведение выдало миссис Трасс диплом?

    — Мария Захарова
15. «

    Счастлив народ, история которого скучна.

    Счастлив народ, история которого скучна.

    — Шарль Луи де Монтескьё
16. «

    Рассказанная история — это прожитая жизнь.

    Рассказанная история — это прожитая жизнь.

    — Мистер Уиллоби · сериал
17. «

    Какими бы плохими или хорошими мои предки ни были — они мои! Не в моих силах изменить историю, зато в моих — ее принять. Принять и постараться понять.

    Какими бы плохими или хорошими мои предки ни были — они мои! Не в моих силах изменить историю, зато в моих — ее принять. Принять и постараться понять.

    — Василий Маханенко · книга
18. «

    Однажды самка синего кита влюбилась в Луну. Когда другие киты уплывали за косяками планктона, она поднималась на поверхность и любовалась Луной. Она грустила. Она смотрела на неё каждую ночь, но не могла дотронуться до неё. Она была просто точкой в море, Луна не видела её, и она плакала. А однажды она решила заплыть в самую тёмную часть моря и выпрыгнуть из воды выше, чем все остальные, но Луна всё равно была очень высоко, до нее нельзя было дотянуться. Тогда она послала ей поцелуй. В этом поцелуе было столько любви, что на следующую ночь в воде появилась еще одна Луна.

    Однажды самка синего кита влюбилась в Луну. Когда другие киты уплывали за косяками планктона, она поднималась на поверхность и любовалась Луной. Она грустила. Она смотрела на неё каждую ночь, но не могла дотронуться до неё. Она была просто точкой в море, Луна не видела её, и она плакала. А однажды она решила заплыть в самую тёмную часть моря и выпрыгнуть из воды выше, чем все остальные, но Луна всё равно была очень высоко, до нее нельзя было дотянуться. Тогда она послала ей поцелуй. В этом поцелуе было столько любви, что на следующую ночь в воде появилась еще одна Луна.

    — Элоиза (Eloïse) · фильм
19. «

    — Память об этой войне переживет тысячелетия. — Но тысячелетия не переживем мы с тобой. — Ты прав. Но наши имена останутся в веках!

    — Память об этой войне переживет тысячелетия. — Но тысячелетия не переживем мы с тобой. — Ты прав. Но наши имена останутся в веках!

    — Троя (Troy) · фильм
20. «

    События производят на воображение человека такое же действие, как время. Тому, кто много поездил и много повидал, кажется, будто он живёт на свете давным-давно; чем богаче история народа важными происшествиями, тем скорее ложится на неё отпечаток древности.

    События производят на воображение человека такое же действие, как время. Тому, кто много поездил и много повидал, кажется, будто он живёт на свете давным-давно; чем богаче история народа важными происшествиями, тем скорее ложится на неё отпечаток древности.

    — Джеймс Фенимор Купер · книга