171 цитата на тему «известность» — подборка редакции

171 цитата про «известность»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Я не понимаю, Беатрикс, как ты будешь платить за эту ферму? — Я — писатель, мама, мои книги покупают. — Наша дочь очень известна, Хелен. Кроме тебя все это знают.

   — Я не понимаю, Беатрикс, как ты будешь платить за эту ферму? — Я — писатель, мама, мои книги покупают. — Наша дочь очень известна, Хелен. Кроме тебя все это знают.

   — Беатрис Поттер · фильм
2. «

   Публичная личность – это призвание. Публичная личность – это признание. Признайся себе, что до этого дня Ты нигде не встречал никого симпатичней, Красивее, проще, умнее, скромнее меня!

   Публичная личность – это призвание. Публичная личность – это признание. Признайся себе, что до этого дня Ты нигде не встречал никого симпатичней, Красивее, проще, умнее, скромнее меня!
3. «

   Тина Гарибальди не получила бы такую известность, если бы выиграла конкурс по орфографии или научную олимпиаду, не получила бы, даже если бы спасла домашнего пёсика, бросившись за ним в бурную реку. А вот если тебя изнасиловали и убили, то о тебе уже говорит вся страна. И все знают, что убийца держал твои трусики в ящике комода.

   Тина Гарибальди не получила бы такую известность, если бы выиграла конкурс по орфографии или научную олимпиаду, не получила бы, даже если бы спасла домашнего пёсика, бросившись за ним в бурную реку. А вот если тебя изнасиловали и убили, то о тебе уже говорит вся страна. И все знают, что убийца держал твои трусики в ящике комода.

   — Стивен Кинг · книга
4. «

   В России надо быть или известным, или богатым, чтобы к тебе относились так, как в Европе относятся к любому.

   В России надо быть или известным, или богатым, чтобы к тебе относились так, как в Европе относятся к любому.

   — Константин Аркадьевич Райкин
5. «

   Социальные сети – идеальное оружие саморазрушения. Они не только питают тщеславие, но и обнажают пороки. Делают тебя уязвимым не перед обществом – перед любым, кто достаточно внимательно смотрит. Ты выкладываешь фото, делишься мыслями, показываешь, с кем проводишь вечера. Думаешь, что контролируешь публичность, когда на деле лишь роешь себе информационную могилу. Но публичность не делает тебя бессмертным. Она делает тебя заметным. А значит, достижимым.

   Социальные сети – идеальное оружие саморазрушения. Они не только питают тщеславие, но и обнажают пороки. Делают тебя уязвимым не перед обществом – перед любым, кто достаточно внимательно смотрит. Ты выкладываешь фото, делишься мыслями, показываешь, с кем проводишь вечера. Думаешь, что контролируешь публичность, когда на деле лишь роешь себе информационную могилу. Но публичность не делает тебя бессмертным. Она делает тебя заметным. А значит, достижимым.

   — Фанатик · игра
6. «

   Я много зарабатывала и могла купить себе всё, что хотела. Это было здорово. Но известность ко многому обязывала. Модель всегда должна находиться на виду, чтобы о ней не забыли. Если ты заболела или решила отдохнуть, то будь готова к тому, что тебе придется отрабатывать пропущенное.

   Я много зарабатывала и могла купить себе всё, что хотела. Это было здорово. Но известность ко многому обязывала. Модель всегда должна находиться на виду, чтобы о ней не забыли. Если ты заболела или решила отдохнуть, то будь готова к тому, что тебе придется отрабатывать пропущенное.

   — Джиа Каранджи
7. «

   Вначале популярность забавляет. Вы не возражаете против телекамер, за этими линзами – целый круг очень милых и приятных людей. Я могу быть милым с ними до тех пор, пока они милы со мной, и еще две минуты потом.

   Вначале популярность забавляет. Вы не возражаете против телекамер, за этими линзами – целый круг очень милых и приятных людей. Я могу быть милым с ними до тех пор, пока они милы со мной, и еще две минуты потом.

   — Ричард Бах · книга
8. «

   Кто из нас не сидел на унитазе и не воображал себя суперзвездой?!

   Кто из нас не сидел на унитазе и не воображал себя суперзвездой?!

   — Марлон / Луи Колтрейн · фильм
9. «

   Быть в телевизоре всегда лучше, чем сидеть перед ним.

   Быть в телевизоре всегда лучше, чем сидеть перед ним.

   — Хоакин Феникс
10. «

    Ну в такой жизни, как у него, буквально всё и все, кто в ней находятся, становится угрозой. Да, внимание, которого ты жаждал, становится пыткой и ты хочешь от этого сбежать. Джон часто ночевал в отелях. Я спросил его в одном из первых писем — почему. Он ответил, что так чувствует себя менее одиноким, что казалось странным, ведь отели — это синоним одиночества. Позже он добавил, что это чувство немного смягчалось тем фактом, что большинство людей в других номерах тоже были одиноки, как и он.

    Ну в такой жизни, как у него, буквально всё и все, кто в ней находятся, становится угрозой. Да, внимание, которого ты жаждал, становится пыткой и ты хочешь от этого сбежать. Джон часто ночевал в отелях. Я спросил его в одном из первых писем — почему. Он ответил, что так чувствует себя менее одиноким, что казалось странным, ведь отели — это синоним одиночества. Позже он добавил, что это чувство немного смягчалось тем фактом, что большинство людей в других номерах тоже были одиноки, как и он.

    — Руперт Тёрнер · фильм
11. «

    — Вчера один неизвестный в химках обворовал ларёк. Зачем вам это? — Что? — Грабить. — Откуда ты берёшь идеи? С чего ты решил, что это я? — Ну, просто вы подходите под описание: «Один неизвестный». — Я известный. Понял? Я известный! Ясно? — Ну, странно это доказывать.

    — Вчера один неизвестный в химках обворовал ларёк. Зачем вам это? — Что? — Грабить. — Откуда ты берёшь идеи? С чего ты решил, что это я? — Ну, просто вы подходите под описание: «Один неизвестный». — Я известный. Понял? Я известный! Ясно? — Ну, странно это доказывать.

    — Богдан Лисевский
12. «

    У меня так сложилась жизнь, что, когда пришла ко мне слава, когда на экраны вышла «Звезда пленительного счастья», мне было 26 лет. Популярность на меня свалилась, а я к этому был совершенно не готов... Как-то после выхода «Звезды...» я оказался в Ленинграде, где зашел в Гостиный двор. Стою у прилавка и вдруг замечаю, что магазинный гул стих и повисла полная тишина. Поворачиваю голову. Я — в гордом одиночестве по одну сторону баррикад, а по другую — стоит толпа и на меня смотрит...

    У меня так сложилась жизнь, что, когда пришла ко мне слава, когда на экраны вышла «Звезда пленительного счастья», мне было 26 лет. Популярность на меня свалилась, а я к этому был совершенно не готов... Как-то после выхода «Звезды...» я оказался в Ленинграде, где зашел в Гостиный двор. Стою у прилавка и вдруг замечаю, что магазинный гул стих и повисла полная тишина. Поворачиваю голову. Я — в гордом одиночестве по одну сторону баррикад, а по другую — стоит толпа и на меня смотрит...

    — Игорь Костолевский
13. «

    Сейчас при каждом удобном случае начинают называть звездой. У меня даже бывали споры с людьми по этому поводу: Это попало в обиход в последнее время. В шальные девяностые все почему-то стали звездами, не понимая, что это значит. Мне довелось работать с людьми легендарными, о которых написаны книги и учебники. А я с ними работал на одной сцене, стоял в одном кадре. Я актер. Чем я так зазвездился? Такое определение пришло к нам из Голливуда. На их звезд делается материальная ставка, у нас всё немного по-другому. Это надо осознать: тобой публично восторгаются и критикуют. Ты — показатель того, что хорошо, а что плохо. Я не фотографируюсь на улице, только после спектакля. Потому что это дань благодарности. Человек посмотрел на тебя, получил катарсис. Просит продлить и запечатлеть. Он отдал тебе свое внимание, деньги. Нельзя отказывать.

    Сейчас при каждом удобном случае начинают называть звездой. У меня даже бывали споры с людьми по этому поводу: Это попало в обиход в последнее время. В шальные девяностые все почему-то стали звездами, не понимая, что это значит. Мне довелось работать с людьми легендарными, о которых написаны книги и учебники. А я с ними работал на одной сцене, стоял в одном кадре. Я актер. Чем я так зазвездился? Такое определение пришло к нам из Голливуда. На их звезд делается материальная ставка, у нас всё немного по-другому. Это надо осознать: тобой публично восторгаются и критикуют. Ты — показатель того, что хорошо, а что плохо. Я не фотографируюсь на улице, только после спектакля. Потому что это дань благодарности. Человек посмотрел на тебя, получил катарсис. Просит продлить и запечатлеть. Он отдал тебе свое внимание, деньги. Нельзя отказывать.

    — Валентин Смирнитский
14. «

    Известность и слава – это зависть одних, раздражение других и сочувствие третьих. Третьи смотрят дальше остальных. Они догадываются, как ужасен путь вниз.

    Известность и слава – это зависть одних, раздражение других и сочувствие третьих. Третьи смотрят дальше остальных. Они догадываются, как ужасен путь вниз.

    — Владимир Дараган · книга
15. «

    Поверьте, если я по-настоящему захочу сделать какую-то дикость, мне будет плевать, появится это завтра в газетах или нет.

    Поверьте, если я по-настоящему захочу сделать какую-то дикость, мне будет плевать, появится это завтра в газетах или нет.

    — Майкл Фассбендер
16. «

    Быть знаменитым некрасиво, не это поднимает ввысь. Hе надо создавать архива, над рукописями трястись, цель творчества — самоотдача а не шумиха, не успех. постыдно ничего не знача быть притчей на устах у всех.

    Быть знаменитым некрасиво, не это поднимает ввысь. Hе надо создавать архива, над рукописями трястись, цель творчества — самоотдача а не шумиха, не успех. постыдно ничего не знача быть притчей на устах у всех.

    — Борис Леонидович Пастернак
17. «

    Что касается меня, то любой мой писк превращается в соло на трубе.

    Что касается меня, то любой мой писк превращается в соло на трубе.

    — Альберт Эйнштейн
18. «

    — Марк Твен был миллионером. И Теодор Драйзер, они были голосом своего поколения. — Так вы станете новым Марком Твеном? — Нет, сэр, я стану первым Ф. Скоттом Фицджеральдом.

    — Марк Твен был миллионером. И Теодор Драйзер, они были голосом своего поколения. — Так вы станете новым Марком Твеном? — Нет, сэр, я стану первым Ф. Скоттом Фицджеральдом.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · сериал
19. «

    — Привет. Я жила здесь. — Что? — Я говорю, я жила здесь. — Я — это кто? Как тебя зовут? — Дженифер. — Дженифер? — Да. Я жила вот тут, на втором этаже по лестнице. — Какая Дженифер? — Дженифер Лопес! — Кто такая Дженифер Лопес?! — Я! Я жила здесь. Всё пока.

    — Привет. Я жила здесь. — Что? — Я говорю, я жила здесь. — Я — это кто? Как тебя зовут? — Дженифер. — Дженифер? — Да. Я жила вот тут, на втором этаже по лестнице. — Какая Дженифер? — Дженифер Лопес! — Кто такая Дженифер Лопес?! — Я! Я жила здесь. Всё пока.

    — Дженнифер Лопес
20. «

    Быть знаменитым — всё равно, что сидеть на сахарном троне во время проливного дождя.

    Быть знаменитым — всё равно, что сидеть на сахарном троне во время проливного дождя.

    — Марлон Брандо