44 высказываний на тему «капитализм»

Собрали 44 цитаты на тему «капитализм» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Когда холодная война была в полном разгаре и Советский Союз сохранял дееспособность, люди по всему миру могли выбирать (хотя бы теоретически), какую идеологию они хотят себе «купить»: существовало два полюса и богатое пространство возможностей между ними. Это означало, что капитализму приходилось бороться за потребителей, искать нужные стимулы и выпускать хорошую продукцию. <...> Когда Ельцин распустил Советский Союз, то «заряженное ружье», из–за которого возник первоначальный план, перестало представлять опасность. И в новых условиях капитализм внезапно получил свободу обрести свою самую дикую форму, и не только в России, но и по всему миру. <...> И в этом состояла подлинная трагедия обещаний, данных народам Польши и России, что, пройдя курс шоковой терапии, они внезапно очнутся в «нормальной европейской стране». Эти нормальные европейские страны (с мощной системой социальной защиты и охраны труда, с сильными профсоюзами и общественной системой здравоохранения) возникли в результате компромисса между коммунизмом и капитализмом. Теперь же нужда в компромиссах отпала, и все эти смягчающие капитализм социальные меры оказались под угрозой в Западной Европе, как они стояли под угрозой в Канаде, Австралии и США. Эти меры никто не собирался вводить в России, во всяком случае — за счет западных фондов. По своей сути такое освобождение от всех ограничений и есть экономика чикагской школы (которую также называют неолиберализмом, а в США — неоконсерватизмом): это не какое то новое изобретение, но капитализм, лишенный кейнсианских атрибутов, капитализм в монополистической стадии, система, которая сама себя освободила, — и теперь ей не нужно бороться за потребителей, она вправе быть антисоциальной, антидемократической и хамской, если того пожелает.

   Когда холодная война была в полном разгаре и Советский Союз сохранял дееспособность, люди по всему миру могли выбирать (хотя бы теоретически), какую идеологию они хотят себе «купить»: существовало два полюса и богатое пространство возможностей между ними. Это означало, что капитализму приходилось бороться за потребителей, искать нужные стимулы и выпускать хорошую продукцию. <...> Когда Ельцин распустил Советский Союз, то «заряженное ружье», из–за которого возник первоначальный план, перестало представлять опасность. И в новых условиях капитализм внезапно получил свободу обрести свою самую дикую форму, и не только в России, но и по всему миру. <...> И в этом состояла подлинная трагедия обещаний, данных народам Польши и России, что, пройдя курс шоковой терапии, они внезапно очнутся в «нормальной европейской стране». Эти нормальные европейские страны (с мощной системой социальной защиты и охраны труда, с сильными профсоюзами и общественной системой здравоохранения) возникли в результате компромисса между коммунизмом и капитализмом. Теперь же нужда в компромиссах отпала, и все эти смягчающие капитализм социальные меры оказались под угрозой в Западной Европе, как они стояли под угрозой в Канаде, Австралии и США. Эти меры никто не собирался вводить в России, во всяком случае — за счет западных фондов. По своей сути такое освобождение от всех ограничений и есть экономика чикагской школы (которую также называют неолиберализмом, а в США — неоконсерватизмом): это не какое то новое изобретение, но капитализм, лишенный кейнсианских атрибутов, капитализм в монополистической стадии, система, которая сама себя освободила, — и теперь ей не нужно бороться за потребителей, она вправе быть антисоциальной, антидемократической и хамской, если того пожелает.

   — Наоми Кляйн · книга
2. «

   Даже в ранних классовых обществах ограничивали отношения рабства, ограничивали возможность обращения в рабство свободных общинников, чтобы не подрывать социальную структуру общества. Какие-то первые социальные гарантии возникли вместе с институтом государства. Это делалось не потому что государство заботилось о жизни простого человека, а, будучи, инструментом в руках господствующего класса, оно обеспечивало сохранение объекта эксплуатации. Так же и здесь — перед государством с позиции капитализма стоит важная задача — не дать уничтожить рынок, не дать, скажем так, передохнуть всему стаду, с которого активно «стрижёт шерсть» мировой капитализм.

   Даже в ранних классовых обществах ограничивали отношения рабства, ограничивали возможность обращения в рабство свободных общинников, чтобы не подрывать социальную структуру общества. Какие-то первые социальные гарантии возникли вместе с институтом государства. Это делалось не потому что государство заботилось о жизни простого человека, а, будучи, инструментом в руках господствующего класса, оно обеспечивало сохранение объекта эксплуатации. Так же и здесь — перед государством с позиции капитализма стоит важная задача — не дать уничтожить рынок, не дать, скажем так, передохнуть всему стаду, с которого активно «стрижёт шерсть» мировой капитализм.

   — Олег Комолов
3. «

   Все, не только земля, но и человеческий труд, и человеческая личность, и совесть, и любовь, и наука, — все неизбежно становится продажным, пока держится власть капитала.

   Все, не только земля, но и человеческий труд, и человеческая личность, и совесть, и любовь, и наука, — все неизбежно становится продажным, пока держится власть капитала.

   — Владимир Ильич Ленин
4. «

   Социализм никогда не пустит свои корни в Америке по причине того, что бедные видят себя тут не эксплуатируемым пролетариатом, а временно бедствующими миллионерами.

   Социализм никогда не пустит свои корни в Америке по причине того, что бедные видят себя тут не эксплуатируемым пролетариатом, а временно бедствующими миллионерами.

   — Джон Стейнбек
5. «

   Капитализм тормозит прогресс для того, чтобы сохранять и увеличивать норму прибыли, которая стремится к нулю при развитии технологий.

   Капитализм тормозит прогресс для того, чтобы сохранять и увеличивать норму прибыли, которая стремится к нулю при развитии технологий.

   — Олег Комолов
6. «

   Капитал... избегает шума и брани и отличается боязливой натурой. Это правда, но это ещё не вся правда. Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 %, и капитал согласен на всякое применение, при 20 % он становится оживлённым, при 50 % положительно готов сломать себе голову, при 100 % он попирает все человеческие законы, при 300 % нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Если шум и брань приносят прибыль, капитал станет способствовать тому и другому. Доказательство: контрабанда и торговля рабами.

   Капитал... избегает шума и брани и отличается боязливой натурой. Это правда, но это ещё не вся правда. Капитал боится отсутствия прибыли или слишком маленькой прибыли, как природа боится пустоты. Но раз имеется в наличии достаточная прибыль, капитал становится смелым. Обеспечьте 10 %, и капитал согласен на всякое применение, при 20 % он становится оживлённым, при 50 % положительно готов сломать себе голову, при 100 % он попирает все человеческие законы, при 300 % нет такого преступления, на которое он не рискнул бы, хотя бы под страхом виселицы. Если шум и брань приносят прибыль, капитал станет способствовать тому и другому. Доказательство: контрабанда и торговля рабами.

   — Томас Джозеф Даннинг
7. «

   Он всю жизнь занимался ужасающим грабежом — не с оружием в руках на большой дороге, как благородные авантюристы прошлого, а как корректный современный бандит, среди бела дня запускающий руки в карманы бедного доверчивого люда, обреченного на разорение и гибель.

   Он всю жизнь занимался ужасающим грабежом — не с оружием в руках на большой дороге, как благородные авантюристы прошлого, а как корректный современный бандит, среди бела дня запускающий руки в карманы бедного доверчивого люда, обреченного на разорение и гибель.

   — Эмиль Золя · книга
8. «

   Капитализм — законный рэкет правящего класса.

   Капитализм — законный рэкет правящего класса.

   — Аль Капоне
9. «

   Капитал — опора дурного правления.

   Капитал — опора дурного правления.

   — Амброз Бирс · книга
10. «

    Сейчас, при капитализме, существует такое понятие, как прибыль. В Советах экономика сводилась по балансу в ноль. То есть там не было получателей прибыли, и поэтому не было условий для кризиса. Поэтому когда во всём мире бушевала Великая депрессия, в Советском Союзе шёл довольно бурный подъём. Тем более, что Великая депрессия позволяла в это время выкручивать руки жадным капиталистам и заставлять их сравнительно не за дорого продавать новые технологии и предприятия.

    Сейчас, при капитализме, существует такое понятие, как прибыль. В Советах экономика сводилась по балансу в ноль. То есть там не было получателей прибыли, и поэтому не было условий для кризиса. Поэтому когда во всём мире бушевала Великая депрессия, в Советском Союзе шёл довольно бурный подъём. Тем более, что Великая депрессия позволяла в это время выкручивать руки жадным капиталистам и заставлять их сравнительно не за дорого продавать новые технологии и предприятия.

    — Борис Витальевич Юлин
11. «

    Все прежние классы, завоевав себе господство, стремились упрочить уже приобретенное ими положение в жизни, подчиняя все общество условиям, обеспечивающим их способ присвоения. Пролетарии же могут завоевать общественные производительные силы, лишь уничтожив свой собственный нынешний способ присвоения, а тем самым и весь существовавший до сих пор способ присвоения в целом. У пролетариев нет ничего своего, что надо было бы им охранять, они должны разрушить все, что до сих пор охраняло и обеспечивало частную собственность.

    Все прежние классы, завоевав себе господство, стремились упрочить уже приобретенное ими положение в жизни, подчиняя все общество условиям, обеспечивающим их способ присвоения. Пролетарии же могут завоевать общественные производительные силы, лишь уничтожив свой собственный нынешний способ присвоения, а тем самым и весь существовавший до сих пор способ присвоения в целом. У пролетариев нет ничего своего, что надо было бы им охранять, они должны разрушить все, что до сих пор охраняло и обеспечивало частную собственность.

    — Карл Маркс · книга
12. «

    Именно художественные произведения в первую очередь формируют восприятие исторических событий и влияют на сознание масс. Вон, посмотрите, исполнительница роли Зулейхи Чулпан Хаматова до сих пор говорит о необходимости изучения истории по, кому бы вы думали, — по Солженицыну. И коль борьба с революционным наследием советской власти тихой сапой продвигается в нашей культуре и пропаганде, а буржуазная творческая элита ненавидит советское прошлое почти на маниакальном уровне, подобные творения будут ещё возникать.

    Именно художественные произведения в первую очередь формируют восприятие исторических событий и влияют на сознание масс. Вон, посмотрите, исполнительница роли Зулейхи Чулпан Хаматова до сих пор говорит о необходимости изучения истории по, кому бы вы думали, — по Солженицыну. И коль борьба с революционным наследием советской власти тихой сапой продвигается в нашей культуре и пропаганде, а буржуазная творческая элита ненавидит советское прошлое почти на маниакальном уровне, подобные творения будут ещё возникать.

    — Андрей Рудой
13. «

    Единственная вещь, которая сильнее религии — капитализм!

    Единственная вещь, которая сильнее религии — капитализм!

    — Олив Пендергаст · фильм
14. «

    На жалобы относительно физического и духовного калечения, преждевременной смерти, истязаний чрезмерным трудом он отвечает: как могут терзать нас эти муки, если они увеличивают наше наслаждение (прибыль)?

    На жалобы относительно физического и духовного калечения, преждевременной смерти, истязаний чрезмерным трудом он отвечает: как могут терзать нас эти муки, если они увеличивают наше наслаждение (прибыль)?

    — Карл Маркс · книга
15. «

    У капитализма нет никаких моральных и этических ценностей: всё продаётся. Невозможно в таких условиях правильно воспитывать народ: люди превращаются в эгоистов, а иногда — даже в бандитов.

    У капитализма нет никаких моральных и этических ценностей: всё продаётся. Невозможно в таких условиях правильно воспитывать народ: люди превращаются в эгоистов, а иногда — даже в бандитов.

    — Фидель Кастро
16. «

    Главное, что подвело нас, это колоссальный разрыв между риторикой реформаторов и их реальными действиями... И, как мне кажется, российское руководство превзошло самые фантастические представления марксистов о капитализме: они сочли, что дело государства — служить узкому кругу капиталистов, перекачивая в их карманы как можно больше денег и поскорее. Это не шоковая терапия. Это злостная, предумышленная, хорошо продуманная акция, имеющая своей целью широкомасштабное перераспределение богатств в интересах узкого круга людей.

    Главное, что подвело нас, это колоссальный разрыв между риторикой реформаторов и их реальными действиями... И, как мне кажется, российское руководство превзошло самые фантастические представления марксистов о капитализме: они сочли, что дело государства — служить узкому кругу капиталистов, перекачивая в их карманы как можно больше денег и поскорее. Это не шоковая терапия. Это злостная, предумышленная, хорошо продуманная акция, имеющая своей целью широкомасштабное перераспределение богатств в интересах узкого круга людей.

    — Джеффри Девид Сакс
17. «

    Власть, товар и деньги существуют испокон. Когда деньги стали товаром — наступил капитализм. Когда власть стала товаром — пришла демократия.

    Власть, товар и деньги существуют испокон. Когда деньги стали товаром — наступил капитализм. Когда власть стала товаром — пришла демократия.

    — Алексей Кунгуров · книга
18. «

    Страшны преступления американского капитализма, с удивительной ловкостью подсунувшего народу пошлейшее кино, радио и еженедельное журнальное пойло и оставившего для себя Толстого, Ван-Гога и Эйнштейна, но глубоко равнодушного к ним.

    Страшны преступления американского капитализма, с удивительной ловкостью подсунувшего народу пошлейшее кино, радио и еженедельное журнальное пойло и оставившего для себя Толстого, Ван-Гога и Эйнштейна, но глубоко равнодушного к ним.

    — Илья Ильф · книга
19. «

    Уверяю вас, мистеры, капитализм — это самая зыбкая вещь на земле.

    Уверяю вас, мистеры, капитализм — это самая зыбкая вещь на земле.

    — Илья Ильф · книга
20. «

    Конечно, у бедняков денег нет, то есть у них нет больших денег. Если у них и есть, то какие-нибудь жалкие гроши. Но бедняков-то ведь много! Если каждый бедняк наскребет хоть небольшую сумму да принесет нам, то у нас соберется порядочный капиталец и мы сможем хорошо поднажиться.

    Конечно, у бедняков денег нет, то есть у них нет больших денег. Если у них и есть, то какие-нибудь жалкие гроши. Но бедняков-то ведь много! Если каждый бедняк наскребет хоть небольшую сумму да принесет нам, то у нас соберется порядочный капиталец и мы сможем хорошо поднажиться.

    — Николай Носов · книга