96 лучших мыслей на тему «катастрофа»

Тема «катастрофа» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 96 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Это будет катастрофа! Такая, после которой выживают только тараканы...

   Это будет катастрофа! Такая, после которой выживают только тараканы...

   — Мелани «Кармайкл» Смутер-Перри · фильм
2. «

   Вопрос: Имеют ли эти разрушения какую-то полезность с точки зрения физической, несмотря на те беды, которые они вызывают? Ответ: Да, иногда они изменяют состояние той или иной страны, но благо, которое из них следует, зачастую ощущается только будущими поколениями.

   Вопрос: Имеют ли эти разрушения какую-то полезность с точки зрения физической, несмотря на те беды, которые они вызывают? Ответ: Да, иногда они изменяют состояние той или иной страны, но благо, которое из них следует, зачастую ощущается только будущими поколениями.

   — Аллан Кардек · книга
3. «

   В моей жизни были две тяжелые катастрофы: одна – когда в меня въехал трамвай, а вторая – это Диего.

   В моей жизни были две тяжелые катастрофы: одна – когда в меня въехал трамвай, а вторая – это Диего.

   — Фрида Кало
4. «

   — А что случилось с Вами? — Катастрофа. Не хуже удара молнии. Каждая клеточка моего тела изменилась. — Тогда почему Вы до сих пор живы? — Я и не жива. Я зомби.

   — А что случилось с Вами? — Катастрофа. Не хуже удара молнии. Каждая клеточка моего тела изменилась. — Тогда почему Вы до сих пор живы? — Я и не жива. Я зомби.
5. «

   Страшно видеть, что даже катастрофа не избавляет нас от наших слабостей.

   Страшно видеть, что даже катастрофа не избавляет нас от наших слабостей.

   — Люк де Клапье де Вовенарг
6. «

   Подлость человечества гораздо ужаснее бедствий. Этот мир не стоит с самого своего начала того, чтобы его спасали!

   Подлость человечества гораздо ужаснее бедствий. Этот мир не стоит с самого своего начала того, чтобы его спасали!

   — марионетка · игра
7. «

   Это будет потрясающее крушение! Жаль, его никто не увидит...

   Это будет потрясающее крушение! Жаль, его никто не увидит...

   — Доктор Эммет Браун · фильм
8. «

   До посещения Припяти я не понимал, что людей приманивает в этом городе, но, оказавшись в этом месте, царящая там атмосфера пронзила меня насквозь. Ты начисто теряешь умение разговаривать, попадая туда в первые секунды. Это ни с чем не сопоставимое чувство, граничащее с удивлением и радостью от увиденного и состраданием к людям. Происходит моментальное переосмысление ценностей, ты осознаешь, что окружающий наш мир, это лишь предметы и вещи, и больше ничего. Ты проходишь сквозь туннель листьев и в его глубине замечаешь десятиэтажный дом, рядом с ним еще один дом и еще один, целая улица этих домов. Это был обыкновенный советский район, это была обыкновенная советская улица, где ездили автомобили, работали магазины, люди спешили на работу и теперь здесь пусто. Проникаясь этими мыслями, твое тело вмиг обсыпается мурашками, словно сыпью. Перед твоими глазами стоят семьи на автобусной остановке, ты видишь густой трафик, ты видишь открытые форточки квартир, но этого больше не существует. Буквально за одно мгновенье все это перестало существовать.

   До посещения Припяти я не понимал, что людей приманивает в этом городе, но, оказавшись в этом месте, царящая там атмосфера пронзила меня насквозь. Ты начисто теряешь умение разговаривать, попадая туда в первые секунды. Это ни с чем не сопоставимое чувство, граничащее с удивлением и радостью от увиденного и состраданием к людям. Происходит моментальное переосмысление ценностей, ты осознаешь, что окружающий наш мир, это лишь предметы и вещи, и больше ничего. Ты проходишь сквозь туннель листьев и в его глубине замечаешь десятиэтажный дом, рядом с ним еще один дом и еще один, целая улица этих домов. Это был обыкновенный советский район, это была обыкновенная советская улица, где ездили автомобили, работали магазины, люди спешили на работу и теперь здесь пусто. Проникаясь этими мыслями, твое тело вмиг обсыпается мурашками, словно сыпью. Перед твоими глазами стоят семьи на автобусной остановке, ты видишь густой трафик, ты видишь открытые форточки квартир, но этого больше не существует. Буквально за одно мгновенье все это перестало существовать.

   — Алексей Шевцов (itpedia)
9. «

   К «рабочим переговорам» экипажа добавился встревоженный щебет шоаррского диспетчера, который очень извинялся, но категорически возражал против падения «Космического мозгоеда» на их прекрасный космопорт и предлагал разбиться где-нибудь подальше. Станислав был с ним солидарен: при ударе о другой корабль шансов взорваться вдвое больше, чем в сольной катастрофе.

   К «рабочим переговорам» экипажа добавился встревоженный щебет шоаррского диспетчера, который очень извинялся, но категорически возражал против падения «Космического мозгоеда» на их прекрасный космопорт и предлагал разбиться где-нибудь подальше. Станислав был с ним солидарен: при ударе о другой корабль шансов взорваться вдвое больше, чем в сольной катастрофе.

   — Ольга Громыко · книга
10. «

    К катастрофе идёт не народ, к ней идут отдельные личности.

    К катастрофе идёт не народ, к ней идут отдельные личности.

    — Янош Кадар
11. «

    Он слишком переживал за других, в этом была его слабость. А слабости ведут к катастрофам.

    Он слишком переживал за других, в этом была его слабость. А слабости ведут к катастрофам.

    — Альберт де Сальво · игра
12. «

    Катастрофы — это метаболизм Вселенной.

    Катастрофы — это метаболизм Вселенной.

    — 12 Доктор · сериал
13. «

    — Вы не понимаете — если вернемся — они нас потопят! Перевернут лодку! — Не пугай. Ну-ка, женщины, наляжем на весла. — Из ума выжила? Мы посреди Северной Атлантики! Вы хотите жить или умереть? — Я ничего не понимаю, что вы за люди? Там же ваши мужья, ваши сыновья! Здесь же полно места в шлюпке. — И станет на еще одно больше, если ты свой рот не закроешь!

    — Вы не понимаете — если вернемся — они нас потопят! Перевернут лодку! — Не пугай. Ну-ка, женщины, наляжем на весла. — Из ума выжила? Мы посреди Северной Атлантики! Вы хотите жить или умереть? — Я ничего не понимаю, что вы за люди? Там же ваши мужья, ваши сыновья! Здесь же полно места в шлюпке. — И станет на еще одно больше, если ты свой рот не закроешь!

    — Фредерик Флит · фильм
14. «

    — Денис, я понимаю, что там, на перроне ощущения у тебя были, говоря твоим же языком, гораздо выше средних. Но ты хорошо выслушал немецкого оберста? Ничего не упустил? Там кроме документов, карт и мёртвых генералов в штабе в том числе одну очень важную новость, Фон Кэрн сказал, что знамена уже год, как хранятся в корпусных штабах. А теперь подскажи мне, мой любезный друг и командир, где ты сегодня резвился, не оставив под конец ни единой живой души? Сие паскудное заведение называлось штаб армейской группы «Войрш», в девичестве — Силезского ландверного корпуса. Денис, штаб... Силезского... ландверного... корпуса!.. Ёптить!... Блин!... Ослик ушастый!... Лопух подсортирный!... Прохлопать такое!.. На полу валяются искомые регалии!... Раз, два, три, четыре... Нет, так не сосчитать... Захожу и начинаю составлять древки с трофеями в угол, изображая дворника с инвентарем... Девять, десять, одиннадцать... И куда же мы такую охапку спрячем?... Пятнадцать, шестнадцать, тяжелый шелк разных оттенков, но с неизменными черными диагональными крестами и такого же цвета воинственно расправившим крылья орлом в золотом лавровом венке с императорский короной и гордой латынью «PRO GLORIA ET PATRIA». Всё... Шестнадцать полковых, бригадных, дивизионных знамен. И одно корпусное... Нести их с собой — это как первомайскую демонстрацию из будущего пародировать, а нам нужна максимальная скрытность. Типа, не видел, не знал, не брал, поэтому — не отдам. Следовательно, сделать нужно так... — Прокопенко, друг любезный, иди-ка сюда! Скажи мне, может ли справный унтер-офицер в абсолютно любых условиях найти три пустых дерюжных мешка? И сколько времени ему на это понадобится? — Петька, Макар, комбату срочно мешки нужны, три штуки! — Старый служака сходу соображает что нужно делать. — Одна нога здесь, другой уже не вижу!

    — Денис, я понимаю, что там, на перроне ощущения у тебя были, говоря твоим же языком, гораздо выше средних. Но ты хорошо выслушал немецкого оберста? Ничего не упустил? Там кроме документов, карт и мёртвых генералов в штабе в том числе одну очень важную новость, Фон Кэрн сказал, что знамена уже год, как хранятся в корпусных штабах. А теперь подскажи мне, мой любезный друг и командир, где ты сегодня резвился, не оставив под конец ни единой живой души? Сие паскудное заведение называлось штаб армейской группы «Войрш», в девичестве — Силезского ландверного корпуса. Денис, штаб... Силезского... ландверного... корпуса!.. Ёптить!... Блин!... Ослик ушастый!... Лопух подсортирный!... Прохлопать такое!.. На полу валяются искомые регалии!... Раз, два, три, четыре... Нет, так не сосчитать... Захожу и начинаю составлять древки с трофеями в угол, изображая дворника с инвентарем... Девять, десять, одиннадцать... И куда же мы такую охапку спрячем?... Пятнадцать, шестнадцать, тяжелый шелк разных оттенков, но с неизменными черными диагональными крестами и такого же цвета воинственно расправившим крылья орлом в золотом лавровом венке с императорский короной и гордой латынью «PRO GLORIA ET PATRIA». Всё... Шестнадцать полковых, бригадных, дивизионных знамен. И одно корпусное... Нести их с собой — это как первомайскую демонстрацию из будущего пародировать, а нам нужна максимальная скрытность. Типа, не видел, не знал, не брал, поэтому — не отдам. Следовательно, сделать нужно так... — Прокопенко, друг любезный, иди-ка сюда! Скажи мне, может ли справный унтер-офицер в абсолютно любых условиях найти три пустых дерюжных мешка? И сколько времени ему на это понадобится? — Петька, Макар, комбату срочно мешки нужны, три штуки! — Старый служака сходу соображает что нужно делать. — Одна нога здесь, другой уже не вижу!

    — Дмитрий Зурков · книга
15. «

    — Ты никогда не мечтал увидеть место авиакатастрофы? — Я видел. На военной службе. Двое ребят. То, что от них осталось, можно было намазывать на хлеб. Мне этого достаточно, это ты здесь новичок.

    — Ты никогда не мечтал увидеть место авиакатастрофы? — Я видел. На военной службе. Двое ребят. То, что от них осталось, можно было намазывать на хлеб. Мне этого достаточно, это ты здесь новичок.

    — Стивен Кинг · книга
16. «

    — Добро пожаловать на Остров Солнца. Остров богатства и власти! — Жанна! — Если ты добралась сюда, значит этого достаточно. Ты стала прежней. Здесь мы и закончим то, что так давно было начато. — Друг моего врага — мой враг. Будь то Ведьма или Мудрец. — Сияющие Мудрецы... Они тоже были наблюдателями, противовесом Тени. И был единый для всех закон, который нельзя было нарушать. Он гласил:"Союз света и тьмы приведёт этот мир к катастрофе." Но пятьсот лет назад прямое нарушение этой заповеди привело к рождению ребёнка. Этим ребёнком была ты. — 500 лет назад. — Кланы погрузились в хаос, началась такая буря, что её отголоски ощущаются и по сей день. И ты, наполовину тёмная, наполовину светлая, в самом центре этого урагана. Оставить тебя в живых — совершенно неприемлемый риск...

    — Добро пожаловать на Остров Солнца. Остров богатства и власти! — Жанна! — Если ты добралась сюда, значит этого достаточно. Ты стала прежней. Здесь мы и закончим то, что так давно было начато. — Друг моего врага — мой враг. Будь то Ведьма или Мудрец. — Сияющие Мудрецы... Они тоже были наблюдателями, противовесом Тени. И был единый для всех закон, который нельзя было нарушать. Он гласил:"Союз света и тьмы приведёт этот мир к катастрофе." Но пятьсот лет назад прямое нарушение этой заповеди привело к рождению ребёнка. Этим ребёнком была ты. — 500 лет назад. — Кланы погрузились в хаос, началась такая буря, что её отголоски ощущаются и по сей день. И ты, наполовину тёмная, наполовину светлая, в самом центре этого урагана. Оставить тебя в живых — совершенно неприемлемый риск...

    — Жанна · игра
17. «

    Облажался до неузнаваемости.

    Облажался до неузнаваемости.

    — Американские пословицы и поговорки
18. «

    Он знает — люди, застигнутые катастрофой, уже не боятся. Пугает только неизвестность. Но когда человек уже столкнулся с нею лицом к лицу, она перестаёт быть неизвестностью. А особенно — если встречаешь её вот так спокойно и серьёзно.

    Он знает — люди, застигнутые катастрофой, уже не боятся. Пугает только неизвестность. Но когда человек уже столкнулся с нею лицом к лицу, она перестаёт быть неизвестностью. А особенно — если встречаешь её вот так спокойно и серьёзно.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
19. «

    — Давайте шевелиться, пока не началось. — Пока что не началось? — Катастрофические последствия.

    — Давайте шевелиться, пока не началось. — Пока что не началось? — Катастрофические последствия.

    — Артур Нильсен («Арти») · сериал
20. «

    Мир — это покой, значит, отсутствие движения и развития. Катастрофы являются тем толчком, который возбуждает в людях творческую энергию, перетряхивает их, заставляет видеть новое.

    Мир — это покой, значит, отсутствие движения и развития. Катастрофы являются тем толчком, который возбуждает в людях творческую энергию, перетряхивает их, заставляет видеть новое.

    — Алексей Пехов · книга