31 июля 2026, пятница
Подборка · 24 цитаты по теме

24 цитаты про «казнь», проверенных временем

Собрали 24 цитаты на тему «казнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

  1. Раньше, мне кажется, человечество было спокойнее, потому что раньше проблему неконтролируемого гнева решали тем, что были публичные казни. Там просто шинковали человечка, мы колбасу в оливье потолще нарезаем, чем там. Люди всем городом приходили с детьми, смотрели и думали: «Ну и слава богу, ну и хорошо. И гневаться не надо...» А там казни мощные были, конечно. Там если кого-то вешали, люди такие: «А чего это сегодня повешение? Вчера мужчину берёзами разорвали, а сегодня повесили. Палач уже не тот. Казнить палача!»
  2. Не все казни совершаются на эшафотах, и любое сборище людей, будь то уличная толпа или законодательная палата, всегда имеет наготове палача: палач этот — сарказм. Нет пытки, которая сравнялась бы с пыткой глумления.
    Виктор Гюго · книга
  3. — Я не буду даже марать об него руки. — Браво! Это же главное правило политики: кто отправляет людей на плаху — сам не казнит!
  4. Всегда помни, что толпа, рукоплещущая твоей коронации — та же толпа, которая будет рукоплескать твоему обезглавливанию. Люди любят шоу.
  5. — У отрубания голов очень интересная история. В средние века это считалось почетной казнью, которой достойны лишь дворяне и рыцари. — Счастливчики.
    Спенсер Рид · сериал
  6. Согласно сведениям журналиста-свидетеля, Мата Хари, знаменитая экзотическая танцовщица, которая занималась шпионажем во время Первой мировой войны, отказалась надеть повязку на глаза, когда в 1917 году французы вели её на расстрел. — Мне обязательно это надевать? — спросила Мата Хари своего адвоката, как только увидела повязку. — Если мадам не хочет, это ничего ничего не изменит, — ответил офицер, поспешно отворачиваясь. Мату Хари не стали связывать и надевать повязку ей на глаза. Она смотрела своим мучителям прямо в лицо, когда священник, монахини и юрист отошли в сторону.
    Кейтлин Даути · книга
  7. Да вы что! Я на эшафот еще и подниматься должен? У меня идея! У меня идея! Может старое доброе избиение камнями? Пусть бы камнями... И люди поучаствуют!
  8. — Людвиг был лучше вас в тысячу раз, Дольф. Он был красив, он был благороден, он был добр и любезен. Он был способен любить, понимаете? Вам, верю, и слово-то это неизвестно. Он говорил мне удивительные вещи… И заплакала. А я подумал, что он говорил удивительные вещи фрейлинам, прачкам, горничным, бельёвщицам — даже кухаркам. И уж что другое, а любить он был способен так, что только мебель трещала. И что её благородный Людвиг с доброй улыбкой наблюдал, как Нэд стоит и плачет куда горше, чем Розамунда, а на его шею накидывают петлю.
    Макс Далин · книга
  9. И негоже, чтобы люди, которые предназначены для казни, прибывали на место казни уже трупами! Это свинство! С этим надо покончить!
    Генрих Бёлль · книга
  10. — Допустим, однажды, твоя т. Далия узнает из газет, что на рассвете следующего дня тебя поведут на расстрел. — Такого не может быть. Я поздно встаю.
  11. Мы не можем сказать, является ли смертная казнь средством устрашения, но мы знаем наверняка, что казненные люди больше никогда не смогут убивать.
    Марио Пьюзо · книга
20 из 24
Смотрите также