29 цитат про «казнь» — большая подборка

Собрали 29 цитат на тему «казнь» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Вечная мечта палача: комплимент приговоренного за качество казни.

   Вечная мечта палача: комплимент приговоренного за качество казни.

   — Станислав Ежи Лец
2. «

   Человек — это приговорённый к смерти, казнь которого откладывается.

   Человек — это приговорённый к смерти, казнь которого откладывается.

   — Блез Паскаль
3. «

   — Я не буду даже марать об него руки. — Браво! Это же главное правило политики: кто отправляет людей на плаху — сам не казнит!

   — Я не буду даже марать об него руки. — Браво! Это же главное правило политики: кто отправляет людей на плаху — сам не казнит!

   — Доктор Ройе-Коллар · фильм
4. «

   Гавка сказала мышке: «Идем! Ты мне ответишь перед судом! Нынче мне скучно, и с интересом я занялась бы нашим процессом». Мышь отвечала: «Что ж, я согласна! Пусть нас рассудит суд беспристрастный! Где же судья и где заседатели, чтобы напрасно слов мы не тратили?» Гавкин коварный слышится смех: «Я, дорогая, справлюсь за всех. Наши законы — ваша вина. Будешь немедля ты казнена».

   Гавка сказала мышке: «Идем! Ты мне ответишь перед судом! Нынче мне скучно, и с интересом я занялась бы нашим процессом». Мышь отвечала: «Что ж, я согласна! Пусть нас рассудит суд беспристрастный! Где же судья и где заседатели, чтобы напрасно слов мы не тратили?» Гавкин коварный слышится смех: «Я, дорогая, справлюсь за всех. Наши законы — ваша вина. Будешь немедля ты казнена».

   — Льюис Кэрролл · книга
5. «

   Что там злодеи, что там душегубцы, Когда имеются... «свободолюбцы»?! Макбет? Бог с ним! Макбетиха? Бог с ней! Свободолюбцы будут пострашней.

   Что там злодеи, что там душегубцы, Когда имеются... «свободолюбцы»?! Макбет? Бог с ним! Макбетиха? Бог с ней! Свободолюбцы будут пострашней.

   — Новелла Николаевна Матвеева
6. «

   Человек считается опозоренным, если его били, если он обличен в воровстве, в драке, в неплатеже карточного долга и т. п., но если он подписал смертный приговор, участвовал в исполнении казни, читал чужие письма, разлучал отцов и супругов с семьями, отбирал последние средства, сажал в тюрьму. А ведь это хуже. Когда же это будет? Скоро. А когда это будет, конец насильственному строю.

   Человек считается опозоренным, если его били, если он обличен в воровстве, в драке, в неплатеже карточного долга и т. п., но если он подписал смертный приговор, участвовал в исполнении казни, читал чужие письма, разлучал отцов и супругов с семьями, отбирал последние средства, сажал в тюрьму. А ведь это хуже. Когда же это будет? Скоро. А когда это будет, конец насильственному строю.

   — Лев Николаевич Толстой
7. «

   Но в конце концов лучше писать самые дикие нелепицы, чем отправить на виселицу хоть одного человека.

   Но в конце концов лучше писать самые дикие нелепицы, чем отправить на виселицу хоть одного человека.

   — Стендаль · книга
8. «

   Невозможно описать словами, что чувствуешь, когда идешь на собственную казнь, а в последний момент понимаешь, что тебя откупили от нее.

   Невозможно описать словами, что чувствуешь, когда идешь на собственную казнь, а в последний момент понимаешь, что тебя откупили от нее.

   — Ирена Сендлер
9. «

   Не вели казнить, великий государь! Вели слово молвить!

   Не вели казнить, великий государь! Вели слово молвить!

   — Жорж Милославский · фильм
10. «

    Народ требует сильных ощущений, для него и казни — зрелище.

    Народ требует сильных ощущений, для него и казни — зрелище.

    — Александр Сергеевич Пушкин
11. «

    Может, что-то неправильное в том, что мы, не теряя аппетита, жрём бутерброды под новости о том, что кто-то погиб в аварии или расстрелял соседа? Ждём, скорее бы вздёрнули преступника, чтобы успеть за скидкой в магазин заскочить?» Лу зло спросила себя: «А чё, сама не такая? Ну, не настолько. Где грань? Правильно, неправильно – обычно… Противно только почему?»

    Может, что-то неправильное в том, что мы, не теряя аппетита, жрём бутерброды под новости о том, что кто-то погиб в аварии или расстрелял соседа? Ждём, скорее бы вздёрнули преступника, чтобы успеть за скидкой в магазин заскочить?» Лу зло спросила себя: «А чё, сама не такая? Ну, не настолько. Где грань? Правильно, неправильно – обычно… Противно только почему?»

    — Лу Рид · игра
12. «

    Джарван, скажи где повесить твоё «королевское высочество» — и я дам тебе фору.

    Джарван, скажи где повесить твоё «королевское высочество» — и я дам тебе фору.

    — Сайлас (Sylas) · игра
13. «

    Подумайте: если, например, пытка; при этом страдания и раны, мука телесная, и, стало быть, всё это от душевного страдания отвлекает, так что одними только ранами и мучаешься, вплоть пока умрешь. А ведь главная, самая сильная боль, может не в ранах, а вот что вот знаешь наверно, что вот через час, потом через десять минут, потом через полминуты, потом теперь, вот сейчас — душа из тела вылетит, и что человеком уж больше не будешь, и что уж наверно; главное то, что наверно.

    Подумайте: если, например, пытка; при этом страдания и раны, мука телесная, и, стало быть, всё это от душевного страдания отвлекает, так что одними только ранами и мучаешься, вплоть пока умрешь. А ведь главная, самая сильная боль, может не в ранах, а вот что вот знаешь наверно, что вот через час, потом через десять минут, потом через полминуты, потом теперь, вот сейчас — душа из тела вылетит, и что человеком уж больше не будешь, и что уж наверно; главное то, что наверно.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
14. «

    — Людвиг был лучше вас в тысячу раз, Дольф. Он был красив, он был благороден, он был добр и любезен. Он был способен любить, понимаете? Вам, верю, и слово-то это неизвестно. Он говорил мне удивительные вещи… И заплакала. А я подумал, что он говорил удивительные вещи фрейлинам, прачкам, горничным, бельёвщицам — даже кухаркам. И уж что другое, а любить он был способен так, что только мебель трещала. И что её благородный Людвиг с доброй улыбкой наблюдал, как Нэд стоит и плачет куда горше, чем Розамунда, а на его шею накидывают петлю.

    — Людвиг был лучше вас в тысячу раз, Дольф. Он был красив, он был благороден, он был добр и любезен. Он был способен любить, понимаете? Вам, верю, и слово-то это неизвестно. Он говорил мне удивительные вещи… И заплакала. А я подумал, что он говорил удивительные вещи фрейлинам, прачкам, горничным, бельёвщицам — даже кухаркам. И уж что другое, а любить он был способен так, что только мебель трещала. И что её благородный Людвиг с доброй улыбкой наблюдал, как Нэд стоит и плачет куда горше, чем Розамунда, а на его шею накидывают петлю.

    — Макс Далин · книга
15. «

    Пригласите на казнь, только чтоб без суда и без следа. Я на казнь убегу на свою от такого суда!

    Пригласите на казнь, только чтоб без суда и без следа. Я на казнь убегу на свою от такого суда!
16. «

    — Такой-то и жить всласть… Молодая, пышная… Шейка-то у тебя беленькая... — Не про тебя это. — Ну как по такой шейке да топором тяпнуть? Жалко...

    — Такой-то и жить всласть… Молодая, пышная… Шейка-то у тебя беленькая... — Не про тебя это. — Ну как по такой шейке да топором тяпнуть? Жалко...

    — Пётр Андреевич Толстой · фильм
17. «

    — Что? Хотите сыграть в «Крестики-нолики» версии «Я оторву вам башку»? [говорит, глядя на Эль Диабло] Ты следующий? — Ты бредишь, мужик!

    — Что? Хотите сыграть в «Крестики-нолики» версии «Я оторву вам башку»? [говорит, глядя на Эль Диабло] Ты следующий? — Ты бредишь, мужик!

    — Рик Флэг · фильм
18. «

    Рассуждения на тему «самой гуманной казни» так глупы. Ведь казнь – это уже казнь, иными словами, убийство, а убийство не может быть гуманным. Некоторые люди поражаются пытками, проводимыми в Средние века, но забывают о существовании смертельной инъекции, расстрела и электрического стула. Пожизненное заключение – не менее жестоко. Я не оправдываю преступников, я вообще считаю, что невозможно проявлять гуманность по отношению к человеку, убившему – не важно – одного, двух, трёх, десять или шестьдесят людей. И я не понимаю протестов, связанных с методами смертной казни в США, так как сам преступник не задумывался о том, «как бы гуманнее ему умертвить его жертву». С убийцами нужно поступать по всей серьёзности закона, без всех склонностей человека к «сердечности» и «милосердию».

    Рассуждения на тему «самой гуманной казни» так глупы. Ведь казнь – это уже казнь, иными словами, убийство, а убийство не может быть гуманным. Некоторые люди поражаются пытками, проводимыми в Средние века, но забывают о существовании смертельной инъекции, расстрела и электрического стула. Пожизненное заключение – не менее жестоко. Я не оправдываю преступников, я вообще считаю, что невозможно проявлять гуманность по отношению к человеку, убившему – не важно – одного, двух, трёх, десять или шестьдесят людей. И я не понимаю протестов, связанных с методами смертной казни в США, так как сам преступник не задумывался о том, «как бы гуманнее ему умертвить его жертву». С убийцами нужно поступать по всей серьёзности закона, без всех склонностей человека к «сердечности» и «милосердию».
19. «

    – И все же как это ужасно — задушить царя. – Но почему? У царей такая же шея, как и у других людей.

    – И все же как это ужасно — задушить царя. – Но почему? У царей такая же шея, как и у других людей.

    — Оскар Уайльд · книга
20. «

    Общество хочет закона и порядка и всего того, что связано с ними — виселицы, кастрации, разрядов электрического тока, но большая их часть — просто ограниченно мыслящие козлы, которые не хотят пачкать руки.

    Общество хочет закона и порядка и всего того, что связано с ними — виселицы, кастрации, разрядов электрического тока, но большая их часть — просто ограниченно мыслящие козлы, которые не хотят пачкать руки.

    — Джон Кинг · книга