203 афоризмов на тему «книги, литература» со смыслом»

Собрали 203 цитаты на тему «книги, литература» со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   «Что надо искать в литературе? Мне нужна глубина, та, в которой открыто сердце, нараспашку. Только в этом появится моё полное доверие к автору. Надо видеть душу человека и его сердце, метания в поиске и возможные страдания, потери и, конечно, обретение себя»

   «Что надо искать в литературе? Мне нужна глубина, та, в которой открыто сердце, нараспашку. Только в этом появится моё полное доверие к автору. Надо видеть душу человека и его сердце, метания в поиске и возможные страдания, потери и, конечно, обретение себя»

   — Владимир Болтунов · книга
2. «

   Мне нравится одиночество. Иногда я отключаю телефон и ухожу в подполье дня на четыре. Я люблю читать. Это почти как секс — ты должен идти до конца или ничего не получится.

   Мне нравится одиночество. Иногда я отключаю телефон и ухожу в подполье дня на четыре. Я люблю читать. Это почти как секс — ты должен идти до конца или ничего не получится.

   — Квентин Тарантино
3. «

   Нельзя, не веря в Бога, делать добро, опираясь только на свою собственную мораль. Так себя через время отравляешь гордостью и тщеславием. Добро должно быть чистым от простоты, в легкости и беспамятстве о нём. Только тогда ты не придёшь в уныние от несправедливости.

   Нельзя, не веря в Бога, делать добро, опираясь только на свою собственную мораль. Так себя через время отравляешь гордостью и тщеславием. Добро должно быть чистым от простоты, в легкости и беспамятстве о нём. Только тогда ты не придёшь в уныние от несправедливости.

   — Владимир Болтунов · книга
4. «

   Книга — это собеседник, который не льстит тебе, и друг, который не искушает тебя, и товарищ, который тебе не наскучит, и проситель, который не будет мстить тебе, и сосед, который не ждет тебя с нетерпением, и компаньон, который не хочет отнять у тебя имущества и не строит против тебя козней, не обманывает тебя, лицемеря, и не хитрит с тобой, прибегая ко лжи.

   Книга — это собеседник, который не льстит тебе, и друг, который не искушает тебя, и товарищ, который тебе не наскучит, и проситель, который не будет мстить тебе, и сосед, который не ждет тебя с нетерпением, и компаньон, который не хочет отнять у тебя имущества и не строит против тебя козней, не обманывает тебя, лицемеря, и не хитрит с тобой, прибегая ко лжи.

   — Аль-Джахиз
5. «

   Книги вовсе не обязаны ничего предсказывать и помогать. <...> Ведь больше всего на свете людям нужен не тот, кто им всё растолкует. Куда нужнее терпеливый собеседник, который расскажет о чём-то своём и выслушает все твои мысли. А вот это книга умеет лучше любого человека!

   Книги вовсе не обязаны ничего предсказывать и помогать. <...> Ведь больше всего на свете людям нужен не тот, кто им всё растолкует. Куда нужнее терпеливый собеседник, который расскажет о чём-то своём и выслушает все твои мысли. А вот это книга умеет лучше любого человека!

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Литература — это управляемое сновидение.

   Литература — это управляемое сновидение.

   — Хорхе Луис Борхес
7. «

   Помню, читала в одной старой книге, что «цилинь сражается только в чёрный день». На самом деле это преувеличение. Если надо сражаться... Вместе с тобой, я буду сражаться изо всех сил.

   Помню, читала в одной старой книге, что «цилинь сражается только в чёрный день». На самом деле это преувеличение. Если надо сражаться... Вместе с тобой, я буду сражаться изо всех сил.

   — Гань Юй · игра
8. «

   Гульд сказал ещё кое-что, что было мне интересно в тот день моих первых двух заметок: пиши при закрытой двери, переписывай при открытой. Твое писание начинается для самого себя, говоря другими словами, но потом оно выходит в мир. Когда ты поймёшь, в чем состоит вещь и сделаешь её как надо — по крайней мере как можешь, — она принадлежит всем, кто захочет её читать. Или критиковать. Если тебе очень повезет (это уже моя мысль, но думаю, Джон Гульд под ней бы подписался), первых будет больше, чем вторых.

   Гульд сказал ещё кое-что, что было мне интересно в тот день моих первых двух заметок: пиши при закрытой двери, переписывай при открытой. Твое писание начинается для самого себя, говоря другими словами, но потом оно выходит в мир. Когда ты поймёшь, в чем состоит вещь и сделаешь её как надо — по крайней мере как можешь, — она принадлежит всем, кто захочет её читать. Или критиковать. Если тебе очень повезет (это уже моя мысль, но думаю, Джон Гульд под ней бы подписался), первых будет больше, чем вторых.

   — Стивен Кинг · книга
9. «

   «Любопытству заглянуть в себя мешает самомнение и боязнь выглядеть глупо в их кажущемся современном мире. Боясь усмешек, осуждения, наглухо бронируют своё сердце для познания и желанной встречи с Христом. Думая, что время еще придёт, и Бог тоже зайдёт к ним через тайную калитку в нужный момент, незаметно для других. Так может быть, пусть так и будет. Пусть хоть малое семя веры останется в душе, и только тогда всё может прорасти, расцвести в своей силе и красоте. Важно не свернуть на окольные дороги, потеряв истинный путь. Сколько искушений...»

   «Любопытству заглянуть в себя мешает самомнение и боязнь выглядеть глупо в их кажущемся современном мире. Боясь усмешек, осуждения, наглухо бронируют своё сердце для познания и желанной встречи с Христом. Думая, что время еще придёт, и Бог тоже зайдёт к ним через тайную калитку в нужный момент, незаметно для других. Так может быть, пусть так и будет. Пусть хоть малое семя веры останется в душе, и только тогда всё может прорасти, расцвести в своей силе и красоте. Важно не свернуть на окольные дороги, потеряв истинный путь. Сколько искушений...»

   — Владимир Болтунов · книга
10. «

    Пытливый ум заводит в неприглядную тьму своих размышлений, душа же говорит иное, шепчет. Как распознать этот тихий, но порой такой важный голос своего сердца, как уловить его тихие, но такие добрые и нужные нотки? Если не слышишь шёпот своего сердца, то со временем услышишь крик, и это будет крик твоей души.

    Пытливый ум заводит в неприглядную тьму своих размышлений, душа же говорит иное, шепчет. Как распознать этот тихий, но порой такой важный голос своего сердца, как уловить его тихие, но такие добрые и нужные нотки? Если не слышишь шёпот своего сердца, то со временем услышишь крик, и это будет крик твоей души.

    — Владимир Болтунов · книга
11. «

    Книги дороже мне престола.

    Книги дороже мне престола.

    — Уильям Шекспир · книга
12. «

    Потому что не может быть законов, защищающих нас от самих себя, ни один уголовный кодекс не предусматривает наказаний за преступления против литературы. И среди преступлений этих наиболее тяжким является не цензурные ограничения и т. п., не предание книг костру. Существует преступление более тяжкое — пренебрежение книгами, их не–чтение. За преступление это человек расплачивается всей своей жизнью: если же преступление это совершает нация — она платит за это своей историей. Живя в той стране, в которой я живу, я первый готов был бы поверить, что существует некая пропорция между материальным благополучием человека и его литературным невежеством; удерживает от этого меня, однако, история страны, в которой я родился и вырос. Ибо сведенная к причинно–следственному минимуму, к грубой формуле, русская трагедия — это именно трагедия общества, литература в котором оказалась прерогативой меньшинства: знаменитой русской интеллигенции.

    Потому что не может быть законов, защищающих нас от самих себя, ни один уголовный кодекс не предусматривает наказаний за преступления против литературы. И среди преступлений этих наиболее тяжким является не цензурные ограничения и т. п., не предание книг костру. Существует преступление более тяжкое — пренебрежение книгами, их не–чтение. За преступление это человек расплачивается всей своей жизнью: если же преступление это совершает нация — она платит за это своей историей. Живя в той стране, в которой я живу, я первый готов был бы поверить, что существует некая пропорция между материальным благополучием человека и его литературным невежеством; удерживает от этого меня, однако, история страны, в которой я родился и вырос. Ибо сведенная к причинно–следственному минимуму, к грубой формуле, русская трагедия — это именно трагедия общества, литература в котором оказалась прерогативой меньшинства: знаменитой русской интеллигенции.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
13. «

    «Смирение для меня — видеть только свои грехи и недостатки, принимая без всяких условностей происходящее. Надо всё принимать, не замечать за другими ничего злого и недостойного, уметь чувствовать, спокойно принимая всё, что пошлёт нам жизнь. Трудно, сложно — я принимаю»

    «Смирение для меня — видеть только свои грехи и недостатки, принимая без всяких условностей происходящее. Надо всё принимать, не замечать за другими ничего злого и недостойного, уметь чувствовать, спокойно принимая всё, что пошлёт нам жизнь. Трудно, сложно — я принимаю»

    — Владимир Болтунов · книга
14. «

    «Мы приобретём мудрость, если ум сможет встретиться с добротой. Если этого не произойдёт или не утвердится в человеке, тогда хитрость овладеет человеком и со временем обернётся против хитреца. Вот почему хитрость всегда скрывают. Мудрость живёт в другой параллели, она всегда понятна и открыта. Мудрый не будет врать или хитрить, он живёт в счастье и доброте, и это его жизнь. Где же нам найти такую мудрость?»

    «Мы приобретём мудрость, если ум сможет встретиться с добротой. Если этого не произойдёт или не утвердится в человеке, тогда хитрость овладеет человеком и со временем обернётся против хитреца. Вот почему хитрость всегда скрывают. Мудрость живёт в другой параллели, она всегда понятна и открыта. Мудрый не будет врать или хитрить, он живёт в счастье и доброте, и это его жизнь. Где же нам найти такую мудрость?»

    — Владимир Болтунов · книга
15. «

    «Разные периоды и времена, порой всё затихает, становясь совсем незаметным, как и ты сам. Но всё меняется, это точно. Вот и время другое, условия, появился интерес к себе и другим, что-то наполнило тебя энергией. Так будет, так и есть, пока идёт жизнь. Жизнь наполняется независимо от тебя и без тебя тоже. Только знай, где ты, с кем, зачем продолжаешь эту жизнь, дарованную Богом»

    «Разные периоды и времена, порой всё затихает, становясь совсем незаметным, как и ты сам. Но всё меняется, это точно. Вот и время другое, условия, появился интерес к себе и другим, что-то наполнило тебя энергией. Так будет, так и есть, пока идёт жизнь. Жизнь наполняется независимо от тебя и без тебя тоже. Только знай, где ты, с кем, зачем продолжаешь эту жизнь, дарованную Богом»

    — Владимир Болтунов · книга
16. «

    — Кто-то говорил, что во всей литературе не наберётся больше девяти сюжетов. — Он с тем же успехом мог бы сказать «во всей жизни».

    — Кто-то говорил, что во всей литературе не наберётся больше девяти сюжетов. — Он с тем же успехом мог бы сказать «во всей жизни».

    — Робертсон Дэвис · книга
17. «

    И кипа в сотню книг не будет столь ценна, как та одна, что сердцем создана.

    И кипа в сотню книг не будет столь ценна, как та одна, что сердцем создана.

    — Джошуа Фоер · книга
18. «

    Читать — значит примерять маски давно исчезнувших душ. Иной раз они прирастают к лицу — и тогда ты становишься мостом меж мирами

    Читать — значит примерять маски давно исчезнувших душ. Иной раз они прирастают к лицу — и тогда ты становишься мостом меж мирами

    — Бекнур Кисиков · книга
19. «

    Один разговор с мудрым человеком стоит месяца, проведённого над книгами.

    Один разговор с мудрым человеком стоит месяца, проведённого над книгами.

    — Китайские пословицы и поговорки
20. «

    Человеку Господь вручает чашу любви, полную до краёв. Может ли человек её взять, не расплескав, не разлив до полного остатка? Любовь остаётся с тем, кому она принадлежит по праву. Все чувства и эмоции, живущие во мне — это и есть я. Я хочу научиться любить человека с его пороками и недостатками. Тогда это любовь, любовь настоящая, не за что-то, а вопреки всему.

    Человеку Господь вручает чашу любви, полную до краёв. Может ли человек её взять, не расплескав, не разлив до полного остатка? Любовь остаётся с тем, кому она принадлежит по праву. Все чувства и эмоции, живущие во мне — это и есть я. Я хочу научиться любить человека с его пороками и недостатками. Тогда это любовь, любовь настоящая, не за что-то, а вопреки всему.

    — Владимир Болтунов · книга