Подборка · 262 цитаты по теме

262 цитаты про «книги, литература» со смыслом», которые стоит перечитать

Собрали 262 цитаты на тему «книги, литература» со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

Другие размеры:10 15 20 25 30 40 50 75 100 125 150 200 250 260 261 263 264 300 400 все варианты

В библиотеке каждая книга — это часть большой истории, а библиотекари — её живые свидетели и хранители.
— Бекнур Кисиков · книга
«Верю в исцеление души, что не может произойти с судьбой. Судьбу не исцеляют! Тогда зачем верить в неё?»
— Владимир Болтунов · книга
Можно ли изменить прошлое? Можно — изменив отношение к нему.
— Владимир Болтунов · книга
Человек с хорошей книгой в руках никогда не может быть одиноким.
— Карло Гольдони
«Отношение близких людей — подобие вазы, в которую складывают всё необходимое. Это видимое и красивое, значит, важное и ценное. Решение сложить даётся взаимным доверием, без сюрпризов и скрытых претензий. Ваза — явный символ общего дома, мира, ценностей и детей в нём. Да, это ещё и намерения решать трудные вопросы: о честности, правде и желании преодолевать трудности и ещё открыто говорить, вдвоём, про всё»
«Отношение близких людей — подобие вазы, в которую складывают всё необходимое. Это видимое и красивое, значит, важное и ценное. Решение сложить даётся взаимным доверием, без сюрпризов и скрытых претензий. Ваза — явный символ общего дома, мира, ценностей и детей в нём. Да, это ещё и намерения решать трудные вопросы: о честности, правде и желании преодолевать трудности и ещё открыто говорить, вдвоём, про всё»
— Владимир Болтунов · книга
«Много слышу о трудности жизни. Роптания, укоры вгоняют людей в печаль и безысходность. Мы сами выбрали свой путь, путь наименьшего сопротивления. Вот и плоды пути пусты, тяжкие и горестные, от нежелания видеть пропасть своей греховной жизни. Только этот трудный путь даст нам награду, через осмысления, если мы сумеем его пройти с достоинством»
«Много слышу о трудности жизни. Роптания, укоры вгоняют людей в печаль и безысходность. Мы сами выбрали свой путь, путь наименьшего сопротивления. Вот и плоды пути пусты, тяжкие и горестные, от нежелания видеть пропасть своей греховной жизни. Только этот трудный путь даст нам награду, через осмысления, если мы сумеем его пройти с достоинством»
— Владимир Болтунов · книга
Если Бог был создан человеком по его подобию, то философ вполне имеет право спросить: «А может быть, рай — это просто гигантская библиотека?» Очевидное преимущество этого суждения в том, что создать у себя подобный Эдем раньше срока доступно всем и каждому. Кто же не мечтал о таком гареме без евнухов, комнате, целиком заполненной книгами, где можно в кресле у камина глотать страницу за страницей всякой милой дребедени, пока бесшумные тени пламени нежно ласкают корешки?
Если Бог был создан человеком по его подобию, то философ вполне имеет право спросить: «А может быть, рай — это просто гигантская библиотека?» Очевидное преимущество этого суждения в том, что создать у себя подобный Эдем раньше срока доступно всем и каждому. Кто же не мечтал о таком гареме без евнухов, комнате, целиком заполненной книгами, где можно в кресле у камина глотать страницу за страницей всякой милой дребедени, пока бесшумные тени пламени нежно ласкают корешки?
— Люсьен Поластрон · книга
Как утешать плачущую душу, чем, где найти слова утешения близкому, когда душу грызёт и рвёт собственное отчаяние? Понимаю, надо плакать вместе с ним... Но, как это делать здесь, в тюрьме? Любая доброта, отзывчивость, внимание к страданию человека может расцениваться как слабость.
Как утешать плачущую душу, чем, где найти слова утешения близкому, когда душу грызёт и рвёт собственное отчаяние? Понимаю, надо плакать вместе с ним... Но, как это делать здесь, в тюрьме? Любая доброта, отзывчивость, внимание к страданию человека может расцениваться как слабость.
— Владимир Болтунов · книга
«Узник Азкабана» начинается с того, что Гарри не владеет своими страстями. Сестра Вернона Дурсля, тетушка Мардж, говорит, что он — нежеланное бремя на шее у ее брата, и в конце концов оскорбляет его и его родителей: они, мол, были самые что ни на есть никчемные люди, а яблочко от яблоньки недалеко падает. Мардж разводит бульдогов-таких же «тотемных животных» для Великобритании, какими для Америки является орел. Бульдоги вместе с ее именем заставляют заподозрить, что перед нами прозрачная карикатура на Маргарет Тэтчер и ее немилосердное отношение к получателям пособий. <...> Тетушка Мардж и ее бульдог намекают на Маргарет Тэтчер и английских патриотов старой закалки, в которых Роулинг видит надутых самодовольных чудовищ.
«Узник Азкабана» начинается с того, что Гарри не владеет своими страстями. Сестра Вернона Дурсля, тетушка Мардж, говорит, что он — нежеланное бремя на шее у ее брата, и в конце концов оскорбляет его и его родителей: они, мол, были самые что ни на есть никчемные люди, а яблочко от яблоньки недалеко падает. Мардж разводит бульдогов-таких же «тотемных животных» для Великобритании, какими для Америки является орел. Бульдоги вместе с ее именем заставляют заподозрить, что перед нами прозрачная карикатура на Маргарет Тэтчер и ее немилосердное отношение к получателям пособий. <...> Тетушка Мардж и ее бульдог намекают на Маргарет Тэтчер и английских патриотов старой закалки, в которых Роулинг видит надутых самодовольных чудовищ.
— Джон Грейнджер · книга
«Печаль — напоминания мне о моей жизни. О том, что жив, порою забываю, именно это мне мешает заглядывать в тёмные места собственной памяти. Грустно, муторно, опять в печали, тяжесть на душе — переживания. Плачут от большого горя или осознанных грехов, утраченных отношений и новой обиды, потери ожиданий и желаемого — это тоже жизнь и переживания в ней. Сейчас так — хорошо, если это я говорю себе»
«Печаль — напоминания мне о моей жизни. О том, что жив, порою забываю, именно это мне мешает заглядывать в тёмные места собственной памяти. Грустно, муторно, опять в печали, тяжесть на душе — переживания. Плачут от большого горя или осознанных грехов, утраченных отношений и новой обиды, потери ожиданий и желаемого — это тоже жизнь и переживания в ней. Сейчас так — хорошо, если это я говорю себе»
— Владимир Болтунов · книга
«Дружба — это любовь без физической близости и влечения. Вот почему нужна осторожность, иначе, один шаг — и падение, измена. Да, бывают исключения из правил, но это просто нереализованные случаи, ещё не сложившиеся, не дозревшие до обстоятельств»
«Дружба — это любовь без физической близости и влечения. Вот почему нужна осторожность, иначе, один шаг — и падение, измена. Да, бывают исключения из правил, но это просто нереализованные случаи, ещё не сложившиеся, не дозревшие до обстоятельств»
— Владимир Болтунов · книга
Одна фраза из книги может стать жерновом, что перемалывает судьбы, или зеркалом, в котором кто-то узнает своё лицо спустя тысячу лет
— Бекнур Кисиков · книга
«Для многих заключенных это проигрыш, здесь всё не так, здесь многое перевёрнуто в смыслах. Но, если такой борьбы не будет, ты сам останешься с тем, что тебе навязано, бесславно теряя себя в своей слабости, трусости и малодушии. Пройдёт время и это обернется ужасной стороной»
«Для многих заключенных это проигрыш, здесь всё не так, здесь многое перевёрнуто в смыслах. Но, если такой борьбы не будет, ты сам останешься с тем, что тебе навязано, бесславно теряя себя в своей слабости, трусости и малодушии. Пройдёт время и это обернется ужасной стороной»
— Владимир Болтунов · книга
Живи, радуйся, прими всё, всех, у тебя всё отлично, жизнь только для тебя, здесь и сейчас, отдай себя миру всецело, улыбайся и выставляй это в социальные сети», — так нас будут учить. Мы будем очень сильно рисковать, жить чужую, не свою, жизнь. Ты будешь получать сотни «лайков», и это начнёт тебя обольщать. Придёт время восторгов, похвал, признание кем-то, вот оно искушение. Бесы с нами не шутят, посылая те искушения, которые нам будет трудно преодолеть. Их задача лишить нас верности и веры! А если вдруг падение и всё созданное тобой, придуманное, рушится? Где восторженное признание других людей? Где они, когда ты уже неудобный, грязный, чужой, который может испортить им свои собственные картинки и имидж?
Живи, радуйся, прими всё, всех, у тебя всё отлично, жизнь только для тебя, здесь и сейчас, отдай себя миру всецело, улыбайся и выставляй это в социальные сети», — так нас будут учить. Мы будем очень сильно рисковать, жить чужую, не свою, жизнь. Ты будешь получать сотни «лайков», и это начнёт тебя обольщать. Придёт время восторгов, похвал, признание кем-то, вот оно искушение. Бесы с нами не шутят, посылая те искушения, которые нам будет трудно преодолеть. Их задача лишить нас верности и веры! А если вдруг падение и всё созданное тобой, придуманное, рушится? Где восторженное признание других людей? Где они, когда ты уже неудобный, грязный, чужой, который может испортить им свои собственные картинки и имидж?
— Владимир Болтунов · книга
На чужих ошибках по определению учиться невозможно. Каждый в своей жизни совершает только свои ошибки и по-своему их исправляет. Ты с собой из жизни только опыт уносишь, если всю жизнь жить за чужой счет, то и унести будет нечего. Сам себя обворуешь.
На чужих ошибках по определению учиться невозможно. Каждый в своей жизни совершает только свои ошибки и по-своему их исправляет. Ты с собой из жизни только опыт уносишь, если всю жизнь жить за чужой счет, то и унести будет нечего. Сам себя обворуешь.
— Франц Вертфоллен · книга
Мы, в сущности, учимся у тех книг, о которых не в состоянии судить. Автору книги, о которой мы можем судить, следовало бы учиться у нас.
— Иоганн Вольфганг фон Гёте
Вижу надвигающуюся беду в своем сердце. Не скрытая злость на Бога, в словах: «Где Он, его милость и любовь ко мне». Так бывает в обиде: начиная роптать, проверяешь остатки веры у себя. Вот она, пропасть твоего маловерия. Ещё вчера ты верил, ждал помощи и утешения, сегодня ты можешь потерять веру и себя в ней. Как долго ты шёл по этому пути распада, в какой момент появилась претензия к Нему? — Ну, где же Ты, мой Бог? Мне плохо!
Вижу надвигающуюся беду в своем сердце. Не скрытая злость на Бога, в словах: «Где Он, его милость и любовь ко мне». Так бывает в обиде: начиная роптать, проверяешь остатки веры у себя. Вот она, пропасть твоего маловерия. Ещё вчера ты верил, ждал помощи и утешения, сегодня ты можешь потерять веру и себя в ней. Как долго ты шёл по этому пути распада, в какой момент появилась претензия к Нему? — Ну, где же Ты, мой Бог? Мне плохо!
— Владимир Болтунов · книга
Книга — это не сочинение по русскому языку. Она оценивается не только и не столько по качеству языка повествования, но и по воздействию на читателя. А как может один человек говорить о том, как произведение будет воздействовать на совершенно незнакомого ему человека?
Книга — это не сочинение по русскому языку. Она оценивается не только и не столько по качеству языка повествования, но и по воздействию на читателя. А как может один человек говорить о том, как произведение будет воздействовать на совершенно незнакомого ему человека?
— Алекс Кош · книга
Без книг у нас нет ни прошлого, ни будущего.
— Икабод Крейн · сериал
Как определить количество страданий, проблем, их глубину? Что учитывать: количество бед, пришедших к человеку, или переживания, появившиеся внутри? Если это только маска, надетая на лицо, как распознать, что за ней? На человека может свалиться множество проблем, но внутри он будет стойкий и спокойный. Определить степень внутренних проблем и переживаний невозможно. Это может быть незаметно и моему взору. Как научиться быть собой, где этому учат? Не жить чужой, проекционной жизнью, чтобы противоречия не съедали тебя, и гармония стала настоящим внутренним состоянием и движущей силой в будущее.
Как определить количество страданий, проблем, их глубину? Что учитывать: количество бед, пришедших к человеку, или переживания, появившиеся внутри? Если это только маска, надетая на лицо, как распознать, что за ней? На человека может свалиться множество проблем, но внутри он будет стойкий и спокойный. Определить степень внутренних проблем и переживаний невозможно. Это может быть незаметно и моему взору. Как научиться быть собой, где этому учат? Не жить чужой, проекционной жизнью, чтобы противоречия не съедали тебя, и гармония стала настоящим внутренним состоянием и движущей силой в будущее.
— Владимир Болтунов · книга

20 из 262