303 цитаты про «книги, литература» со смыслом» для вдохновения

Собрали 303 цитаты на тему «книги, литература» со смыслом» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   «Мне больно, терпеть не могу, я сгораю. Я падал перед Ним на колени и рыдал, впервые эти слёзы мне давали облегчение, они спасали меня. Этому я научился здесь, Господь подсказал. Без долгой исповеди моя душа замирала, становилась бесчувственной, сухой»

   «Мне больно, терпеть не могу, я сгораю. Я падал перед Ним на колени и рыдал, впервые эти слёзы мне давали облегчение, они спасали меня. Этому я научился здесь, Господь подсказал. Без долгой исповеди моя душа замирала, становилась бесчувственной, сухой»

   — Владимир Болтунов · книга
2. «

   Книги — это инструмент насаждения мудрости.

   Книги — это инструмент насаждения мудрости.

   — Ян Амос Коменский
3. «

   Все богатства заложены внутри нас. Теряя, ещё больше приобретаешь для себя, понимаешь ценность. Душа и вера только крепнут в испытаниях.

   Все богатства заложены внутри нас. Теряя, ещё больше приобретаешь для себя, понимаешь ценность. Душа и вера только крепнут в испытаниях.

   — Владимир Болтунов · книга
4. «

   Как же здесь видны изъяны человеческой души. Как научиться не осуждать и помогать брату своему? Смотрю на бревно в своём глазу... И только пытаясь с ним повозиться, понимаю, как трудна борьба и глубина причины греха, какую жалость и терпение я должен проявлять к брату, живущему в грехе. Любовь и сочувствие — вот на что я должен опираться. Эти чувства и уже имеющийся опыт дадут возможность вытащить и сучок из глаза брата. Осуждение отпадёт само, если будет любовь и сочувствие.

   Как же здесь видны изъяны человеческой души. Как научиться не осуждать и помогать брату своему? Смотрю на бревно в своём глазу... И только пытаясь с ним повозиться, понимаю, как трудна борьба и глубина причины греха, какую жалость и терпение я должен проявлять к брату, живущему в грехе. Любовь и сочувствие — вот на что я должен опираться. Эти чувства и уже имеющийся опыт дадут возможность вытащить и сучок из глаза брата. Осуждение отпадёт само, если будет любовь и сочувствие.

   — Владимир Болтунов · книга
5. «

   Здесь начинаешь понимать, почему Бог допустил мне несчастье. Я погряз в мелочах, ежедневном раздражении и суете, вот Он и дал время на осмысление, переставив меня с ног на голову. Теперь я не спешу, занят собой, поиском себя. Найду ли? Так всё меняется, открывая новые свойства в моей душе.

   Здесь начинаешь понимать, почему Бог допустил мне несчастье. Я погряз в мелочах, ежедневном раздражении и суете, вот Он и дал время на осмысление, переставив меня с ног на голову. Теперь я не спешу, занят собой, поиском себя. Найду ли? Так всё меняется, открывая новые свойства в моей душе.

   — Владимир Болтунов · книга
6. «

   Единственным недостатком хороших книг является то, что они порождают много плохих.

   Единственным недостатком хороших книг является то, что они порождают много плохих.

   — Георг Кристоф Лихтенберг
7. «

   «Если не заниматься собой каждый день, появится бессилие и дряблость души. Вера начнет утихать, чувства оставлять тебя в одиночестве, жизнь будет бесследно растрачиваться во внутренней пустоте. Такое состояние позже будет сложно преодолеть. Изменить его потом сможет только желание совершить подвиг. Но какой, зачем, на пользу ли будет это?»

   «Если не заниматься собой каждый день, появится бессилие и дряблость души. Вера начнет утихать, чувства оставлять тебя в одиночестве, жизнь будет бесследно растрачиваться во внутренней пустоте. Такое состояние позже будет сложно преодолеть. Изменить его потом сможет только желание совершить подвиг. Но какой, зачем, на пользу ли будет это?»

   — Владимир Болтунов · книга
8. «

   «Какая жизнь тебя ждёт, если ты словно застыл? Жив ли, если душа не отзывается, забыв о доброте и щедрости? Как стать душе живой? Опять вопросы, которые мне помогают не впасть в уныние»

   «Какая жизнь тебя ждёт, если ты словно застыл? Жив ли, если душа не отзывается, забыв о доброте и щедрости? Как стать душе живой? Опять вопросы, которые мне помогают не впасть в уныние»

   — Владимир Болтунов · книга
9. «

   Я против споров о мнимых ценностях, разных авторитетах, если они без любви, здравого принятия, уравновешенности. Лучше про это меньше говорить, не утвердившись основательно самому, и не дать пошатнуть в себе слабые устои.

   Я против споров о мнимых ценностях, разных авторитетах, если они без любви, здравого принятия, уравновешенности. Лучше про это меньше говорить, не утвердившись основательно самому, и не дать пошатнуть в себе слабые устои.

   — Владимир Болтунов · книга
10. «

    «Во мне живёт обида. Как научиться прощать обидчика, как жить с этим потом? Обида — это наказание, страшное состояние, когда сердце теряет покой. Но что же мне делать с памятью?»

    «Во мне живёт обида. Как научиться прощать обидчика, как жить с этим потом? Обида — это наказание, страшное состояние, когда сердце теряет покой. Но что же мне делать с памятью?»

    — Владимир Болтунов · книга
11. «

    «Да, многое от меня ещё закрыто, но этот путь уже освещен тайной связью ощущения живого Бога во мне. Бог рядом всегда, с каждым!»

    «Да, многое от меня ещё закрыто, но этот путь уже освещен тайной связью ощущения живого Бога во мне. Бог рядом всегда, с каждым!»

    — Владимир Болтунов · книга
12. «

    «Каждый живёт свою жизнь, имея нити любви и преданности, душевную близость. Если истинно любишь, кто имеет открытый доступ к твоей душе? Кому ты позволил входить туда без разрешения и уходить, не спросив? Это нормально? С кем мне это обсудить и получить ответ? Опять в одиночестве я буду встречать своих Ангелов, возможно демонов»

    «Каждый живёт свою жизнь, имея нити любви и преданности, душевную близость. Если истинно любишь, кто имеет открытый доступ к твоей душе? Кому ты позволил входить туда без разрешения и уходить, не спросив? Это нормально? С кем мне это обсудить и получить ответ? Опять в одиночестве я буду встречать своих Ангелов, возможно демонов»

    — Владимир Болтунов · книга
13. «

    Известный нам способ чтения — это быстрое извлечение фактов и смыслов, для этого учатся выхватывать их, сортировать и складировать, но от этого сильно не поумнеешь. Серьезные изменения в сознании происходят, когда читаешь слово за словом, не теряя внимания и следуя за поворотами мысли, поддерживая в себе ритм и дыхание автора. В какой-то момент может произойти синхронизация с сознанием того, кто этот текст писал. Именно это оказывает сильнейшее влияние на наш ум и его совершенствование.

    Известный нам способ чтения — это быстрое извлечение фактов и смыслов, для этого учатся выхватывать их, сортировать и складировать, но от этого сильно не поумнеешь. Серьезные изменения в сознании происходят, когда читаешь слово за словом, не теряя внимания и следуя за поворотами мысли, поддерживая в себе ритм и дыхание автора. В какой-то момент может произойти синхронизация с сознанием того, кто этот текст писал. Именно это оказывает сильнейшее влияние на наш ум и его совершенствование.

    — Сергей Москалев · книга
14. «

    В истории нашего вида, в истории «сапиенса», книга — феномен антропологический, аналогичный по сути изобретению колеса. Возникшая для того, чтоб дать нам представление не столько о наших истоках, сколько о том, на что «сапиенс» этот способен, книга является средством перемещения в пространстве опыта со скоростью переворачиваемой страницы. Перемещение это, в свою очередь, как всякое перемещение, оборачивается бегством от общего знаменателя, от попытки навязать знаменателя этого черту, не поднимавшуюся ранее выше пояса, нашему сердцу, нашему сознанию, нашему воображению.

    В истории нашего вида, в истории «сапиенса», книга — феномен антропологический, аналогичный по сути изобретению колеса. Возникшая для того, чтоб дать нам представление не столько о наших истоках, сколько о том, на что «сапиенс» этот способен, книга является средством перемещения в пространстве опыта со скоростью переворачиваемой страницы. Перемещение это, в свою очередь, как всякое перемещение, оборачивается бегством от общего знаменателя, от попытки навязать знаменателя этого черту, не поднимавшуюся ранее выше пояса, нашему сердцу, нашему сознанию, нашему воображению.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
15. «

    Мне неважно было, какую она взяла книгу. Смысла слов я не улавливал, но было приятно слушать голос тихо читавшей бабушки. Я и не думал, что, когда она не кричит, голос у нее такой приятный. Он успокаивал, отгонял головную боль. Хотелось слушать как можно дольше, и я слушал, слушал и слушал…

    Мне неважно было, какую она взяла книгу. Смысла слов я не улавливал, но было приятно слушать голос тихо читавшей бабушки. Я и не думал, что, когда она не кричит, голос у нее такой приятный. Он успокаивал, отгонял головную боль. Хотелось слушать как можно дольше, и я слушал, слушал и слушал…

    — Павел Санаев · книга
16. «

    Есть люди с простой, чистой душой, детской. В них нет хитрости и злобы, такими они не стали, такими они родились. Они любят и видят только красоту и добро, другое им чуждо. Им не надо самолюбиво держаться за маленькие чужие истины и добродетели, они уже наделены душевным добром с рождения. Простых, чистых и блаженных видно сразу, душа их чувствует и с улыбкой принимает. Мы знаем и не делаем, говорим, надо идти и не идём. Но есть и другие, они идут и живут, как умеют, в своей чистой простоте.

    Есть люди с простой, чистой душой, детской. В них нет хитрости и злобы, такими они не стали, такими они родились. Они любят и видят только красоту и добро, другое им чуждо. Им не надо самолюбиво держаться за маленькие чужие истины и добродетели, они уже наделены душевным добром с рождения. Простых, чистых и блаженных видно сразу, душа их чувствует и с улыбкой принимает. Мы знаем и не делаем, говорим, надо идти и не идём. Но есть и другие, они идут и живут, как умеют, в своей чистой простоте.

    — Владимир Болтунов · книга
17. «

    ...одних книг мало: надо ещё уменье пользоваться ими... Вот это уменье и есть то самое, что будет хитрее всяких книг, а в книгах о нем ничего не написано... Этому, Фома, надо учиться от самой жизни. Книга — она вещь мёртвая, ее как хочешь бери, рви, ломай — она не закричит... А жизнь, чуть ты по ней неверно шагнул, неправильно место в ней себе занял, — тысячью голосов заорет на тебя, да еще и ударит, с ног собьет.

    ...одних книг мало: надо ещё уменье пользоваться ими... Вот это уменье и есть то самое, что будет хитрее всяких книг, а в книгах о нем ничего не написано... Этому, Фома, надо учиться от самой жизни. Книга — она вещь мёртвая, ее как хочешь бери, рви, ломай — она не закричит... А жизнь, чуть ты по ней неверно шагнул, неправильно место в ней себе занял, — тысячью голосов заорет на тебя, да еще и ударит, с ног собьет.

    — Максим Горький · книга
18. «

    Ты как книга: иногда открываешься, но потом резко захлопываешься в страхе, что было прочитано слишком много.

    Ты как книга: иногда открываешься, но потом резко захлопываешься в страхе, что было прочитано слишком много.

    — Роб · игра
19. «

    «Мужчины и женщины будут притягивать друг друга всегда. Оставаться наедине опрометчиво. Появляются симпатии, внутренние интересы совпадают, природа даёт влечение. Как только создадутся условия: настроение, алкоголь, место, скрытость от чужих глаз — всё произойдёт»

    «Мужчины и женщины будут притягивать друг друга всегда. Оставаться наедине опрометчиво. Появляются симпатии, внутренние интересы совпадают, природа даёт влечение. Как только создадутся условия: настроение, алкоголь, место, скрытость от чужих глаз — всё произойдёт»

    — Владимир Болтунов · книга
20. «

    Библиотеки — это раки, где хранятся останки великих святых.

    Библиотеки — это раки, где хранятся останки великих святых.

    — Фрэнсис Бэкон