Подборка · 116 цитат по теме

116 цитат «Красивые цитаты на тему «книги, литература»» — что говорили умные люди

116 цитат про «Красивые цитаты на тему «книги, литература»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

Другие размеры:10 15 20 25 30 40 50 75 100 114 115 117 118 125 150 все варианты

Книги должны быть тяжёлыми, потому что в них спрятан весь мир.
— Корнелия Функе · книга
По моему лицу расползлась мечтательная улыбка. Как ему объяснить, что книги — часть моей жизни? Что я проживаю с героями их жизни. Вместе с ними радуюсь и переживаю, плачу и смеюсь. Для меня книги это не просто макулатура. Я могу тратить на них все карманные деньги, потому что не люблю читать в электронном виде. Как объяснить свои чувства, когда держу в руках еще ни разу не прочитанный томик. А запах новой книги? Я не знала, как все объяснить Артему — уверена он меня не поймет.
По моему лицу расползлась мечтательная улыбка. Как ему объяснить, что книги — часть моей жизни? Что я проживаю с героями их жизни. Вместе с ними радуюсь и переживаю, плачу и смеюсь. Для меня книги это не просто макулатура. Я могу тратить на них все карманные деньги, потому что не люблю читать в электронном виде. Как объяснить свои чувства, когда держу в руках еще ни разу не прочитанный томик. А запах новой книги? Я не знала, как все объяснить Артему — уверена он меня не поймет.
— Валентина Шигина · книга
Я напишу книгу, в которой ты ко мне вернешься.
— Ян Муакс · книга
Том, третий сын, пошел весь в отца. Родился он с громовым криком и жил, сверкая, как молния. В жизнь он ринулся очертя голову. Он не знал меры в радости и восторге. Мир и людей он не открывал, а создавал сам. Когда он читал книги, то знал, что читает их первым. Он жил в мире, сияющем свежестью и новизной, нетронутом, как Эдем на шестой день сотворения мира. Он стремительно нёсся по раздолью жизни, словно ошалевший от простора жеребёнок, а когда позднее жизнь воздвигла перед ним изгородь, он промчался сквозь неё, разметав рейки и проволоку, а ещё позже, когда вокруг бесповоротно сомкнулись стены, он прошиб их собой и вырвался на свободу. Ему была доступна великая радость, но столь же великой бывала и его скорбь; так, например, когда у него умерла собака, мир рухнул.
Том, третий сын, пошел весь в отца. Родился он с громовым криком и жил, сверкая, как молния. В жизнь он ринулся очертя голову. Он не знал меры в радости и восторге. Мир и людей он не открывал, а создавал сам. Когда он читал книги, то знал, что читает их первым. Он жил в мире, сияющем свежестью и новизной, нетронутом, как Эдем на шестой день сотворения мира. Он стремительно нёсся по раздолью жизни, словно ошалевший от простора жеребёнок, а когда позднее жизнь воздвигла перед ним изгородь, он промчался сквозь неё, разметав рейки и проволоку, а ещё позже, когда вокруг бесповоротно сомкнулись стены, он прошиб их собой и вырвался на свободу. Ему была доступна великая радость, но столь же великой бывала и его скорбь; так, например, когда у него умерла собака, мир рухнул.
— Джон Стейнбек · книга
Мы словно книги: ждем, когда нас откроют и прочтут.
— Кан Дан И · сериал
— Мы живем, словно сочиняем историю, — заметил как-то Торп месяца через два после смерти Лилы. — Слагаем тысячи и тысячи рассказиков, чтобы осмыслить и удержать в памяти дни нашей жизни. Из этих мини-повестей складывается главная история, наше восприятие самих себя в этом мире.
— Мы живем, словно сочиняем историю, — заметил как-то Торп месяца через два после смерти Лилы. — Слагаем тысячи и тысячи рассказиков, чтобы осмыслить и удержать в памяти дни нашей жизни. Из этих мини-повестей складывается главная история, наше восприятие самих себя в этом мире.
— Мишель Ричмонд · книга
Ты нигде не застрянешь, если у тебя есть хорошая книга.
— Эмма Скотт · книга
Раньше я думал, что люблю книги больше людей. А потом появилась ты. Гораздо более сложная, интригующая, глубокая... Тебя хочется читать неотрывно, до утра. И с каждой новой страницей меня затягивает всё сильнее.
— Влад Дракула · игра
Величайшие произведения гениальных творцов умещаются в сердце человека.
— Станислав Ежи Лец
Одиночество это возраст. Не описанный в наших книгах.
— Аль Квотион · книга
Зал был невелик, тёмен и неуютен, в нем пахло пылью и временем. Что значит: «Пахло временем»? У всего на свете есть свой запах, и для меня время пахнет как одна из тех старых книг, которые стояли на полке и при деде, и при отце, и тебя они помнят еще тем самым мальчишкой, который читал их и искренне верил в то, что всех злодеев накажут, все наши останутся живы, капитан Блад правда женится на Арабелле и будет счастлив, подлодка «Пионер» на самом деле существовала, а Дик Сенд стал самым лучшим капитаном на свете. И у всех всё обязательно кончится хорошо.
Зал был невелик, тёмен и неуютен, в нем пахло пылью и временем. Что значит: «Пахло временем»? У всего на свете есть свой запах, и для меня время пахнет как одна из тех старых книг, которые стояли на полке и при деде, и при отце, и тебя они помнят еще тем самым мальчишкой, который читал их и искренне верил в то, что всех злодеев накажут, все наши останутся живы, капитан Блад правда женится на Арабелле и будет счастлив, подлодка «Пионер» на самом деле существовала, а Дик Сенд стал самым лучшим капитаном на свете. И у всех всё обязательно кончится хорошо.
— Андрей Александрович Васильев · книга
Я мало читаю, честно говоря. Когда ты так много пишешь, времени на чтение не остается.
— Айзек Азимов
Мои книги стоят как проезд в автобусе. Наверно, потому что книга — это всегда билет в один из миров неба.
— Надежда Жаглей
Мой список для чтения бесконечен, как високосный год.
— Карл Уве Кнаусгорд · книга
Рассказы, бывает, начинаются внезапно и точно так же обрываются. Это нырок: задержал дыхание, прыгнул, открыл глаза и вынырнул. Это примерка шляпы из старого сундука: надел, глянул в зеркало и спрятал обратно. Как писал один книжный маг, рассказ подобен окошку в чужой мир, чужой ум, чужой сон. А сборник рассказов хорош тем, что это не ухоженный сад, а горное разнотравье: не понравился один цветок – сделай шаг, переверни страницу, и вот у тебя в руках совсем другой.
Рассказы, бывает, начинаются внезапно и точно так же обрываются. Это нырок: задержал дыхание, прыгнул, открыл глаза и вынырнул. Это примерка шляпы из старого сундука: надел, глянул в зеркало и спрятал обратно. Как писал один книжный маг, рассказ подобен окошку в чужой мир, чужой ум, чужой сон. А сборник рассказов хорош тем, что это не ухоженный сад, а горное разнотравье: не понравился один цветок – сделай шаг, переверни страницу, и вот у тебя в руках совсем другой.
Хорошая книга — это путешествие внутрь себя, в каком-то смысле.
Временами я беру с полки ту или иную книгу и наугад прочитываю из неё страничку другую. В конце концов, чтение является таким же проявлением заботы, как дружеская беседа. Пусть эти книги недостаточно стары для того, чтобы цениться исключительно за свой возраст, и не настолько значительны, чтобы привлечь внимание коллекционеров, но мне нравится за ними ухаживать, даже если их содержание так же уныло и пресно, как их внешний вид. Каким бы скучным ни был прочитанный мною отрывок, он никогда не оставляет меня равнодушной, – ведь кто то ныне покойный в своё время считал эти слова достойными того, чтобы сохранить их для потомков.
Временами я беру с полки ту или иную книгу и наугад прочитываю из неё страничку другую. В конце концов, чтение является таким же проявлением заботы, как дружеская беседа. Пусть эти книги недостаточно стары для того, чтобы цениться исключительно за свой возраст, и не настолько значительны, чтобы привлечь внимание коллекционеров, но мне нравится за ними ухаживать, даже если их содержание так же уныло и пресно, как их внешний вид. Каким бы скучным ни был прочитанный мною отрывок, он никогда не оставляет меня равнодушной, – ведь кто то ныне покойный в своё время считал эти слова достойными того, чтобы сохранить их для потомков.
— Диана Сеттерфилд · книга
Нежным цветком спит под льдом В сердце больном твое имя. Красной строкой Каждой главой В книге живой твое имя.
Он был пьян по-иному, глубже, – пьянила Руфь, она зажгла в нем любовь и на миг дала приобщиться к жизни возвышенной и вечной; пьянили книги, они породили мириады навязчивых желаний, не дающих покоя; пьянило и ощущение чистоты, которой он достиг, от нее еще прибыло здоровья, бодрость духа и сила так и играли в нем.
Он был пьян по-иному, глубже, – пьянила Руфь, она зажгла в нем любовь и на миг дала приобщиться к жизни возвышенной и вечной; пьянили книги, они породили мириады навязчивых желаний, не дающих покоя; пьянило и ощущение чистоты, которой он достиг, от нее еще прибыло здоровья, бодрость духа и сила так и играли в нем.
— Джек Лондон · книга
Книги на магазинных полках похожи на розы в саду из «Маленького принца». Их ещё никто не приручил. Но стоит купить книгу и полюбить её, как она превращается в особенный цветок на твоей маленькой планете. Пальцы привыкают к переплету с чуть надорванным корешком, рисунок на обложке кажется единственно возможным. Эта книга сразу открывается на перечитанном много раз отрывке, и на страницах есть вмятинка от закладки. Когда кто-то просит её на время, то говорит: «Не бойся! Если вдруг потеряю, куплю тебе такую же». И не понимает, что другой такой нет.
Книги на магазинных полках похожи на розы в саду из «Маленького принца». Их ещё никто не приручил. Но стоит купить книгу и полюбить её, как она превращается в особенный цветок на твоей маленькой планете. Пальцы привыкают к переплету с чуть надорванным корешком, рисунок на обложке кажется единственно возможным. Эта книга сразу открывается на перечитанном много раз отрывке, и на страницах есть вмятинка от закладки. Когда кто-то просит её на время, то говорит: «Не бойся! Если вдруг потеряю, куплю тебе такую же». И не понимает, что другой такой нет.

20 из 116