45 цитат про «коллектив», которые захочется сохранить

Собрали 45 цитат на тему «коллектив» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   До тех пор, пока теория коллективной вины не подвергается сомнению, никто не станет искать настоящих убийц.

   До тех пор, пока теория коллективной вины не подвергается сомнению, никто не станет искать настоящих убийц.

   — Фредерик Форсайт · книга
2. «

   Нас вместе держит не любовь. Когда мы только начинали, я думал что нас вместе держат деньги. Думал, что бизнес сближает. А потом одно понял. Ваши тайны, позор, наши ошибки, наши провалы, наши грехи держат на вместе. Все мы знаем, что у нас есть грехи. И знаем, что должны скрывать. Мы знаем скрытое и тайны друг друга и это держит нас вместе.

   Нас вместе держит не любовь. Когда мы только начинали, я думал что нас вместе держат деньги. Думал, что бизнес сближает. А потом одно понял. Ваши тайны, позор, наши ошибки, наши провалы, наши грехи держат на вместе. Все мы знаем, что у нас есть грехи. И знаем, что должны скрывать. Мы знаем скрытое и тайны друг друга и это держит нас вместе.

   — Дженгисхан · сериал
3. «

   — Мой предшественник говорил, что настоящую ценность нашей работы никто не осознает. Выдергивая нож из его груди я понял, он был прав. — Не самый эффективный способ взаимодействия с коллегами.

   — Мой предшественник говорил, что настоящую ценность нашей работы никто не осознает. Выдергивая нож из его груди я понял, он был прав. — Не самый эффективный способ взаимодействия с коллегами.

   — Фортак · игра
4. «

   Японцы шутят, что на сослуживцев надо смотреть как на родственников собственной жены: нравятся они или нет — никуда от них не денешься. А раз суждено оставаться в одном коллективе всю трудовую жизнь, нельзя забывать, что испортить отношения с человеком легче, чем снова их наладить.

   Японцы шутят, что на сослуживцев надо смотреть как на родственников собственной жены: нравятся они или нет — никуда от них не денешься. А раз суждено оставаться в одном коллективе всю трудовую жизнь, нельзя забывать, что испортить отношения с человеком легче, чем снова их наладить.

   — Всеволод Овчинников · книга
5. «

   Жизнь в джунглях довольна сурова, но ты пробовал когда-нибудь выжить в корпоративной среде?

   Жизнь в джунглях довольна сурова, но ты пробовал когда-нибудь выжить в корпоративной среде?

   — Ken · игра
6. «

   «Ко­ман­да важ­нее, чем ты» — этот прин­цип ле­жит в ос­но­ве хок­кея.

   «Ко­ман­да важ­нее, чем ты» — этот прин­цип ле­жит в ос­но­ве хок­кея.

   — Фредрик Бакман · книга
7. «

   …Я не доверяю толпе – сотни людей бессмысленно собрались вместе, движимые лишь базовыми импульсами: еда, выпивка, секс. Фен утверждает, что если отключить собственный мозг, можно воссоединиться с другим мозгом, групповым сознанием, коллективным сознанием, и что это головокружительная форма человеческой общности, которую мы утратили, замкнувшись в индивидуальности, если не считать походов на войну. Об этом-то и речь.

   …Я не доверяю толпе – сотни людей бессмысленно собрались вместе, движимые лишь базовыми импульсами: еда, выпивка, секс. Фен утверждает, что если отключить собственный мозг, можно воссоединиться с другим мозгом, групповым сознанием, коллективным сознанием, и что это головокружительная форма человеческой общности, которую мы утратили, замкнувшись в индивидуальности, если не считать походов на войну. Об этом-то и речь.

   — Лили Кинг · книга
8. «

   Чем шире коллектив, перспективы которого являются для человека перспективами личными, тем человек выше и красивее.

   Чем шире коллектив, перспективы которого являются для человека перспективами личными, тем человек выше и красивее.

   — Антон Макаренко
9. «

   Связь, что существует в природе, говорит Гете, существует и в мире людей. Человек существо коллективное, и, только трудясь плечом к плечу с другими людьми, только отдавая себя другим, человек обретает свою силу и свое значение.

   Связь, что существует в природе, говорит Гете, существует и в мире людей. Человек существо коллективное, и, только трудясь плечом к плечу с другими людьми, только отдавая себя другим, человек обретает свою силу и свое значение.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
10. «

    Так и называют пузырь коллективной иллюзии: я верю, ты веришь, мы верим, они верят.

    Так и называют пузырь коллективной иллюзии: я верю, ты веришь, мы верим, они верят.

    — Мишель Ростен · книга
11. «

    Мысль о том, что добро к людям ведет к их же освинению, была ему очень неприятна. Какая-то безысходная мысль. По опыту армии, по опыту тюремной жизни Салахов знал, что излишняя строгость так же озлобляет людей. «Значит, ни добром, ни страхом нас не возьмешь, — думал он. — Но должен быть какой-то подход. Должна же быть открытая дверь...» И вдруг Салахов остановился. Ответ, найденный им, был прост, очевиден. Среди множества человеческих коллективов есть, наверное, только один, который твой. Как в армии своя рота. Если ты нашел его — держись за него зубами. Пусть все видят, что ты свой, ты до конца с ними. И что у тебя все на виду. Одна крыша, одна судьба, а об остальном пусть думает государство.

    Мысль о том, что добро к людям ведет к их же освинению, была ему очень неприятна. Какая-то безысходная мысль. По опыту армии, по опыту тюремной жизни Салахов знал, что излишняя строгость так же озлобляет людей. «Значит, ни добром, ни страхом нас не возьмешь, — думал он. — Но должен быть какой-то подход. Должна же быть открытая дверь...» И вдруг Салахов остановился. Ответ, найденный им, был прост, очевиден. Среди множества человеческих коллективов есть, наверное, только один, который твой. Как в армии своя рота. Если ты нашел его — держись за него зубами. Пусть все видят, что ты свой, ты до конца с ними. И что у тебя все на виду. Одна крыша, одна судьба, а об остальном пусть думает государство.

    — Олег Куваев · книга
12. «

    Приняли хорошо… выгнали не сразу… били без злости… да и догоняли лениво…

    Приняли хорошо… выгнали не сразу… били без злости… да и догоняли лениво…
13. «

    Я обращаюсь к вам, священные воины новой жизни! Действительно ли мы уверены в правильности того, что делаем? Никто не вправе решать за других, ради чего они должны жить, — потому что в лучших из нас есть то, что стоит над всеми государствами и коллективами. Я говорю о разуме человека и его ценностях. Вглядитесь я себя бесстрашно и честно, но ни мне, ни кому другому ничего не говорите, просто-напросто задайте себе один вопрос: «Для чего я живу?» Признайтесь, что вы живете только для себя. Называйте это целью, любовью, делом, идеалом, наконец. Но все эти цели и идеалы — ваши, лично ваши, и ничьи другие. Каждого честного человека можно назвать эгоистом. Тот, кто живет не для самого себя, — вообще не живет. Вы не сможете изменить этого, потому что с самого рождения единственной и совершенной целью для человека является он сам. Ни законы, ни партия, ни ГПУ никогда не смогут подавить в человеке его собственное «я». Вам не удастся поработить человеческий разум, вы только разрушите его. Вы уже сделали попытку и посмотрите, что получилось. Взгляните на тех, кого вы породили, кому позволили восторжествовать. Отбросьте самое лучшее, что есть в человеке, — и вы увидите, что останется. Неужели нам нужны искалеченные и обезображивающие других пресмыкающиеся уроды?

    Я обращаюсь к вам, священные воины новой жизни! Действительно ли мы уверены в правильности того, что делаем? Никто не вправе решать за других, ради чего они должны жить, — потому что в лучших из нас есть то, что стоит над всеми государствами и коллективами. Я говорю о разуме человека и его ценностях. Вглядитесь я себя бесстрашно и честно, но ни мне, ни кому другому ничего не говорите, просто-напросто задайте себе один вопрос: «Для чего я живу?» Признайтесь, что вы живете только для себя. Называйте это целью, любовью, делом, идеалом, наконец. Но все эти цели и идеалы — ваши, лично ваши, и ничьи другие. Каждого честного человека можно назвать эгоистом. Тот, кто живет не для самого себя, — вообще не живет. Вы не сможете изменить этого, потому что с самого рождения единственной и совершенной целью для человека является он сам. Ни законы, ни партия, ни ГПУ никогда не смогут подавить в человеке его собственное «я». Вам не удастся поработить человеческий разум, вы только разрушите его. Вы уже сделали попытку и посмотрите, что получилось. Взгляните на тех, кого вы породили, кому позволили восторжествовать. Отбросьте самое лучшее, что есть в человеке, — и вы увидите, что останется. Неужели нам нужны искалеченные и обезображивающие других пресмыкающиеся уроды?

    — Айн Рэнд · книга
14. «

    Человек — не серийный робот. В самом прекрасном характере имеются зазубринки, которые очаровательны именно своей неповторимостью. В обычных условиях им можно только радоваться, но вот условия стали крайними, как принято говорить, экстремальными — трудно, опасно, тесно, тоскливо, — и зазубринки принимаются цепляться одна за другую, и механизм общения начинает заедать. <...> Человеческие отношения, пусть и предельно близкие, всегда предполагают дистанцию: она может быть микроскопически малой, вроде как между льдом и коньком или даже как между бритвенными лезвиями, плашмя сложенными в стопку, то есть будто бы и не ощущаемой, — но нам лишь кажется, что ее нет. И вдруг она вправду исчезает, наступает сверхсжатое состояние, — в кабине не уединишься, не спрячешься, ты весь на виду, постоянно на людях, в контакте с ними, хочешь того или не хочешь, — а если к тому же у тебя обыкновенный, отнюдь не идеальный характер, да и у твоих товарищей тоже?...

    Человек — не серийный робот. В самом прекрасном характере имеются зазубринки, которые очаровательны именно своей неповторимостью. В обычных условиях им можно только радоваться, но вот условия стали крайними, как принято говорить, экстремальными — трудно, опасно, тесно, тоскливо, — и зазубринки принимаются цепляться одна за другую, и механизм общения начинает заедать. <...> Человеческие отношения, пусть и предельно близкие, всегда предполагают дистанцию: она может быть микроскопически малой, вроде как между льдом и коньком или даже как между бритвенными лезвиями, плашмя сложенными в стопку, то есть будто бы и не ощущаемой, — но нам лишь кажется, что ее нет. И вдруг она вправду исчезает, наступает сверхсжатое состояние, — в кабине не уединишься, не спрячешься, ты весь на виду, постоянно на людях, в контакте с ними, хочешь того или не хочешь, — а если к тому же у тебя обыкновенный, отнюдь не идеальный характер, да и у твоих товарищей тоже?...

    — Юрий Александрович Сенкевич · книга
15. «

    Короче говоря, нарушение психической совместимости наступает тогда, когда ты начинаешь сообщать другим людям правду о том, что ты о них думаешь. Пока ты врал им, то есть скрывал свое раздражение их привычками или поступками, все было хорошо. Но под влиянием длительного рейса твои ослабшие нервы не дают тебе возможности врать. И вот именно правдивость и есть самое ужасное в человеческих отношениях. Если ты с полной искренностью заявляешь, что терпеть не можешь чавкающих людей, то тебе заявляют, что ты нетерпим к людям, не умеешь владеть собой и являешься негодным членом коллектива. Парадокс здесь в том, что самое высокое человеческое качество — правдивость, искренность — при существовании в коллективе есть самое дурное и вредное качество. И чем больше, и шире, и чистосердечнее ты информируешь людей о своем к ним истинном отношении, тем хуже идут дела в коллективе.

    Короче говоря, нарушение психической совместимости наступает тогда, когда ты начинаешь сообщать другим людям правду о том, что ты о них думаешь. Пока ты врал им, то есть скрывал свое раздражение их привычками или поступками, все было хорошо. Но под влиянием длительного рейса твои ослабшие нервы не дают тебе возможности врать. И вот именно правдивость и есть самое ужасное в человеческих отношениях. Если ты с полной искренностью заявляешь, что терпеть не можешь чавкающих людей, то тебе заявляют, что ты нетерпим к людям, не умеешь владеть собой и являешься негодным членом коллектива. Парадокс здесь в том, что самое высокое человеческое качество — правдивость, искренность — при существовании в коллективе есть самое дурное и вредное качество. И чем больше, и шире, и чистосердечнее ты информируешь людей о своем к ним истинном отношении, тем хуже идут дела в коллективе.

    — Виктор Викторович Конецкий · книга
16. «

    Мир – это коллективная иллюзия, где каждый грезит в одиночку.

    Мир – это коллективная иллюзия, где каждый грезит в одиночку.

    — Тристан Рэвёр (Tristan Rêveur) · фильм
17. «

    На первом плане у них интересы индивидуума, которым приносятся в жертву интересы всей породы. Какое разумное создание станет ставить единицу выше коллектива? Работают не для блага общества, а ради личной наживы. Бедняки завидуют богачам: последнее печальное явление оказывается неизбежным результатом абсурдности основных принципов социальной жизни.

    На первом плане у них интересы индивидуума, которым приносятся в жертву интересы всей породы. Какое разумное создание станет ставить единицу выше коллектива? Работают не для блага общества, а ради личной наживы. Бедняки завидуют богачам: последнее печальное явление оказывается неизбежным результатом абсурдности основных принципов социальной жизни.

    — Фрэнк Ридли · книга
18. «

    В коллективе человек утрачивает корни.

    В коллективе человек утрачивает корни.

    — Карл Густав Юнг
19. «

    Иметь с тобой общее дело и доверять тебе — две разные вещи.

    Иметь с тобой общее дело и доверять тебе — две разные вещи.

    — Бойд Краудер · сериал
20. «

    Прежде всего следует избегать того, чтобы снова противопоставлять «общество», как абстракцию, индивиду. Индивид есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни — даже если оно и не выступает в непосредственной форме коллективного... является проявлением и утверждением общественной жизни.

    Прежде всего следует избегать того, чтобы снова противопоставлять «общество», как абстракцию, индивиду. Индивид есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни — даже если оно и не выступает в непосредственной форме коллективного... является проявлением и утверждением общественной жизни.

    — Карл Маркс