«коммунизм» в 120 цитат

Тема «коммунизм» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 120 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Блин, что там, что здесь – Запад давит, потому что свои власти мух не ловят. Вернее, ловят, но исключительно для себя любимых. Тогда какая, к хренам, разница? Ах, во всем были виноваты коммунисты, а теперь нас будут любить! Ага! Разве что плотски, во все дыры разом. Здесь про коммунизм ни слуху ни духу, а все тоже самое.

   Блин, что там, что здесь – Запад давит, потому что свои власти мух не ловят. Вернее, ловят, но исключительно для себя любимых. Тогда какая, к хренам, разница? Ах, во всем были виноваты коммунисты, а теперь нас будут любить! Ага! Разве что плотски, во все дыры разом. Здесь про коммунизм ни слуху ни духу, а все тоже самое.

   — Евгений Красницкий · книга
2. «

   С тех пор как рухнули коммунистические режимы, капитализм в новом облике неолиберализма, выйдя из-под контроля, вообразил, что может вести себя, как ему заблагорассудится. Никакого противовеса больше нет. Сегодня даже немногие ответственные капиталисты предостерегающе поднимают палец, поскольку замечают, что инструменты, которыми они пользуются, выходят из-под их власти, что неолиберализм повторяет ошибку коммунизма, устанавливая свои символы веры, претендуя на непогрешимость.

   С тех пор как рухнули коммунистические режимы, капитализм в новом облике неолиберализма, выйдя из-под контроля, вообразил, что может вести себя, как ему заблагорассудится. Никакого противовеса больше нет. Сегодня даже немногие ответственные капиталисты предостерегающе поднимают палец, поскольку замечают, что инструменты, которыми они пользуются, выходят из-под их власти, что неолиберализм повторяет ошибку коммунизма, устанавливая свои символы веры, претендуя на непогрешимость.

   — Пьер Бурдье · книга
3. «

   Таким же смешным ребяческим вздором не могут не казаться нам и важные, совсем ученые и ужасно революционные разговоры немецких левых на тему о том, что коммунисты не могут и не должны работать в реакционных профсоюзах, что позволительно отказываться от этой работы, что надо выходить из профсоюзов и создавать обязательно совсем новенький, совсем чистенький, весьма милыми (и большей частью, вероятно, весьма юными) коммунистами придуманный «рабочий союз» и т. д. и т. п.

   Таким же смешным ребяческим вздором не могут не казаться нам и важные, совсем ученые и ужасно революционные разговоры немецких левых на тему о том, что коммунисты не могут и не должны работать в реакционных профсоюзах, что позволительно отказываться от этой работы, что надо выходить из профсоюзов и создавать обязательно совсем новенький, совсем чистенький, весьма милыми (и большей частью, вероятно, весьма юными) коммунистами придуманный «рабочий союз» и т. д. и т. п.

   — Владимир Ильич Ленин · книга
4. «

   Я думаю о коммунистах в гостиной то же самое, что думаю о гостиной. Дерьмо.

   Я думаю о коммунистах в гостиной то же самое, что думаю о гостиной. Дерьмо.

   — Пьер Паоло Пазолини
5. «

   Этот коммунизм был страшным призраком для всего западного мира.

   Этот коммунизм был страшным призраком для всего западного мира.

   — Юрий Никитин · книга
6. «

   Если в какой-то сфере и удалось достичь коммунизма, то это в человеческом общежитии. Бдительные соседи знали друг о друге практически всё. О долгах, пирогах или у кого когда получка, что очень важно.

   Если в какой-то сфере и удалось достичь коммунизма, то это в человеческом общежитии. Бдительные соседи знали друг о друге практически всё. О долгах, пирогах или у кого когда получка, что очень важно.

   — Леонид Каневский
7. «

   Совместный генитальный оргазм мужчины и женщины во время полового акта — прекрасный, но недостижимый идеал, наподобие коммунизма.

   Совместный генитальный оргазм мужчины и женщины во время полового акта — прекрасный, но недостижимый идеал, наподобие коммунизма.

   — Виктор Пелевин · книга
8. «

   Для парня, шпионящего на коммунистов, он слишком хороший капиталист.

   Для парня, шпионящего на коммунистов, он слишком хороший капиталист.

   — Элис Дав · сериал
9. «

   Россия переварила коммунизм и поставила его на службу своей государственности.

   Россия переварила коммунизм и поставила его на службу своей государственности.

   — Валентин Григорьевич Распутин
10. «

    Нужно, чтобы сильные не порабощали слабых, чтобы меньшинство не было для большинства паразитом или насосом, высасывающим из него хронически лучшие соки, то есть нужно, чтобы все без исключения — и сильные и слабые, богатые и бедные, равномерно участвовали в борьбе за существование, каждый сам за себя, а в этом отношении нет лучшего нивелирующего средства, как физический труд в качестве общей, для всех обязательной повинности.

    Нужно, чтобы сильные не порабощали слабых, чтобы меньшинство не было для большинства паразитом или насосом, высасывающим из него хронически лучшие соки, то есть нужно, чтобы все без исключения — и сильные и слабые, богатые и бедные, равномерно участвовали в борьбе за существование, каждый сам за себя, а в этом отношении нет лучшего нивелирующего средства, как физический труд в качестве общей, для всех обязательной повинности.

    — Антон Павлович Чехов · книга
11. «

    Ненависть, с которой Игорь и все остальные относились к Саше, была вполне понятна: сталинский террор убил не только миллионы невинных, но и саму идею коммунизма, навсегда сделав его символом самого страшного режима всех времен.

    Ненависть, с которой Игорь и все остальные относились к Саше, была вполне понятна: сталинский террор убил не только миллионы невинных, но и саму идею коммунизма, навсегда сделав его символом самого страшного режима всех времен.

    — Жан-Мишель Генассия · книга
12. «

    Гуляев выступал темпераментно и долго. Он тоже говорил все, что полагается. О насильственной коллективизации и сталинских репрессиях. О сельскохозяйственном кризисе и бесчинствах цензуры. О закрытых распределителях и государственном антисемитизме. В конце он сказал: - Россия действительно прекрасна! И мы еще въедем туда на белом коне! Литвинский наклонился к Шагину и говорит: — После коммунистов я больше всего ненавижу антикоммунистов!...

    Гуляев выступал темпераментно и долго. Он тоже говорил все, что полагается. О насильственной коллективизации и сталинских репрессиях. О сельскохозяйственном кризисе и бесчинствах цензуры. О закрытых распределителях и государственном антисемитизме. В конце он сказал: - Россия действительно прекрасна! И мы еще въедем туда на белом коне! Литвинский наклонился к Шагину и говорит: — После коммунистов я больше всего ненавижу антикоммунистов!...

    — Сергей Довлатов · книга
13. «

    Говорят, товарищ комиссар, что при коммунизме все станут получать по потребности, это как же тогда будет, если каждому, особенно с утра, по потребности — сопьются все?

    Говорят, товарищ комиссар, что при коммунизме все станут получать по потребности, это как же тогда будет, если каждому, особенно с утра, по потребности — сопьются все?

    — Василий Гроссман · книга
14. «

    Коммунисты ведут нескончаемую войну против цивилизации, чтобы уничтожить все институты власти, все правительства, все государства в мире. Они стремятся создать международный союз нищих, преступников, бездарностей, бунтовщиков, больных, дебилов и дураков, который должен охватить весь мир.

    Коммунисты ведут нескончаемую войну против цивилизации, чтобы уничтожить все институты власти, все правительства, все государства в мире. Они стремятся создать международный союз нищих, преступников, бездарностей, бунтовщиков, больных, дебилов и дураков, который должен охватить весь мир.

    — Уинстон Черчилль
15. «

    Я совершенно ясно видел, что коммунизм будет той опасностью, с которой цивилизации придется столкнуться после поражения нацизма и фашизма.

    Я совершенно ясно видел, что коммунизм будет той опасностью, с которой цивилизации придется столкнуться после поражения нацизма и фашизма.

    — Уинстон Черчилль · книга
16. «

    Вы, надеюсь, понимаете, что Ильич не претендует на должность очередного христианского государя, помазанника Божьего? Он вождь. Это у цивилизованных народов бывают цари, президенты, парламент, суды, законы. А вожди управляют первобытным стадом. Стаду никаких законов не нужно. Оно подчиняется вождю, грозному таинственному божеству. Стало жаждет мифа, магического ритуала, знаков, символов

    Вы, надеюсь, понимаете, что Ильич не претендует на должность очередного христианского государя, помазанника Божьего? Он вождь. Это у цивилизованных народов бывают цари, президенты, парламент, суды, законы. А вожди управляют первобытным стадом. Стаду никаких законов не нужно. Оно подчиняется вождю, грозному таинственному божеству. Стало жаждет мифа, магического ритуала, знаков, символов

    — Полина Дашкова · книга
17. «

    Ресурсная политэкономия сопоставлена с ее содержательной критикой в трудах Мизеса, Ротбарда и их многочисленных предтечей и последователей. Однако эти работы, блестящие и по форме, и по содержанию, доказывающие неадекватность логики и практики социалистического строительства, все-таки дают мало оснований для прогнозов и оценок состояния постсоветского ресурсного строительства. Как иллюстрации к содержательной критике социализма можно рассматривать воспоминания жертв репрессий, участников войн, обычных граждан о том, как и какая им нарезалась пайка, как они воевали, сидели, голодали, хоронили близких или бежали из страны, направившей все усилия на достижение великой цели. Разрыв между нормативным политэкономическим описанием, с одной стороны, и критикой и обыденным видением ресурсного государства — с другой, настолько велик, что не поддается преодолению. Это хорошо видно при сравнении риторики «гласности» и современной патриотической риторики. Одни люди верят в нормативные схемы устройства имперской государственности, социализма и формулируемые сейчас конструкции идеального устройства современного российского государства. На этом основании они отказывают в адекватности другому знанию — об имперских и сталинских репрессиях, о голоде при императорах, Сталине, Хрущеве, Брежневе, о бардаке ельцинских времен, о повальном расхищении государственных ресурсов, современном произволе силовиков, о коррупции чиновников всех времен и многом другом. Другие признают адекватными только теоретическое отрицание социализма и обыденное знание о человеконенавистнической практике самодержавия, социалистического и постсоциалистического ресурсоустройства. Эти люди считают стилизованные описания империи, страны Советов и современной государственности злонамеренными спекуляциями или прямой ложью. И этот разрыв между нормативной теорией и описаниями практик ее реализации не может быть залатан никакой пропагандой.

    Ресурсная политэкономия сопоставлена с ее содержательной критикой в трудах Мизеса, Ротбарда и их многочисленных предтечей и последователей. Однако эти работы, блестящие и по форме, и по содержанию, доказывающие неадекватность логики и практики социалистического строительства, все-таки дают мало оснований для прогнозов и оценок состояния постсоветского ресурсного строительства. Как иллюстрации к содержательной критике социализма можно рассматривать воспоминания жертв репрессий, участников войн, обычных граждан о том, как и какая им нарезалась пайка, как они воевали, сидели, голодали, хоронили близких или бежали из страны, направившей все усилия на достижение великой цели. Разрыв между нормативным политэкономическим описанием, с одной стороны, и критикой и обыденным видением ресурсного государства — с другой, настолько велик, что не поддается преодолению. Это хорошо видно при сравнении риторики «гласности» и современной патриотической риторики. Одни люди верят в нормативные схемы устройства имперской государственности, социализма и формулируемые сейчас конструкции идеального устройства современного российского государства. На этом основании они отказывают в адекватности другому знанию — об имперских и сталинских репрессиях, о голоде при императорах, Сталине, Хрущеве, Брежневе, о бардаке ельцинских времен, о повальном расхищении государственных ресурсов, современном произволе силовиков, о коррупции чиновников всех времен и многом другом. Другие признают адекватными только теоретическое отрицание социализма и обыденное знание о человеконенавистнической практике самодержавия, социалистического и постсоциалистического ресурсоустройства. Эти люди считают стилизованные описания империи, страны Советов и современной государственности злонамеренными спекуляциями или прямой ложью. И этот разрыв между нормативной теорией и описаниями практик ее реализации не может быть залатан никакой пропагандой.

    — Симон Кордонский
18. «

    Спросите раковую опухоль — зачем она растёт? Она просто не может иначе. Так и коммунизм: не может не захватывать новых стран, злобным инстинктом, а вовсе не разумом стремясь к захвату и всего мира. Коммунизм — это новое качество, не виданное во всей мировой истории, и бесплодно искать аналоги.

    Спросите раковую опухоль — зачем она растёт? Она просто не может иначе. Так и коммунизм: не может не захватывать новых стран, злобным инстинктом, а вовсе не разумом стремясь к захвату и всего мира. Коммунизм — это новое качество, не виданное во всей мировой истории, и бесплодно искать аналоги.

    — Александр Солженицын
19. «

    1. Развратить молодёжь; отвести её от религии. Внушить ей интерес к сексу. 2. Ложной аргументацией разрушить старые моральные ценности. 3. Отвлечь умы от политики, переключив все внимание на спорт, книги о сексе, игры и прочие маловажные занятия. 4. Поставить под свой контроль все средства массовой информации. 5. Разрушить веру людей в их естественных лидеров, изображая их в постыдном, смешном и оскорбительном виде.

    1. Развратить молодёжь; отвести её от религии. Внушить ей интерес к сексу. 2. Ложной аргументацией разрушить старые моральные ценности. 3. Отвлечь умы от политики, переключив все внимание на спорт, книги о сексе, игры и прочие маловажные занятия. 4. Поставить под свой контроль все средства массовой информации. 5. Разрушить веру людей в их естественных лидеров, изображая их в постыдном, смешном и оскорбительном виде.
20. «

    Свобода всегда находится на расстоянии одного поколения от исчезновения. Мы не передаём её по крови нашим детям. За неё нужно бороться, защищать и передавать, чтобы они поступали так же, иначе однажды мы проведем в закате наших лет, рассказывая нашим детям и детям наших детей, как это было в Соединенных Штатах, где люди были свободны.

    Свобода всегда находится на расстоянии одного поколения от исчезновения. Мы не передаём её по крови нашим детям. За неё нужно бороться, защищать и передавать, чтобы они поступали так же, иначе однажды мы проведем в закате наших лет, рассказывая нашим детям и детям наших детей, как это было в Соединенных Штатах, где люди были свободны.

    — Рональд Рейган