«коммунизм»: 146 цитат со смыслом

Тема «коммунизм» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 146 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Вот есть Владимир, и вот есть антитеза — другой Владимир, который в октябре 1917-го года становится во главе абсолютно разорённой страны, в которой идёт «молекулярная» гражданская война, разгул бандитизма, террора, в которой экономика — ничто, в которой большая часть территории отдана врагу, он на глазах создаёт государство. Ленин — это человек, который из хаоса создал государство, которое было достаточно жёстким, но оно было жёстким точно так же, как отец жёсток по отношению к детям. Поэтому чем больше Путин будет находиться у власти, тем естественней образ другого Владимира. Они опровергают друг друга, они, как филосовская дихотомическая пара: Ленин — это человек, который из хаоса создаёт реальность, Путин — это человек, который реальность превращает в хаос, хаос капитализма, хаос бесконечного кризиса. Поэтому, естественно, даже бессознательно, даже не читая Ленина, даже не понимая Ленина, инстинктом люди будут стремиться к Ленину.

   Вот есть Владимир, и вот есть антитеза — другой Владимир, который в октябре 1917-го года становится во главе абсолютно разорённой страны, в которой идёт «молекулярная» гражданская война, разгул бандитизма, террора, в которой экономика — ничто, в которой большая часть территории отдана врагу, он на глазах создаёт государство. Ленин — это человек, который из хаоса создал государство, которое было достаточно жёстким, но оно было жёстким точно так же, как отец жёсток по отношению к детям. Поэтому чем больше Путин будет находиться у власти, тем естественней образ другого Владимира. Они опровергают друг друга, они, как филосовская дихотомическая пара: Ленин — это человек, который из хаоса создаёт реальность, Путин — это человек, который реальность превращает в хаос, хаос капитализма, хаос бесконечного кризиса. Поэтому, естественно, даже бессознательно, даже не читая Ленина, даже не понимая Ленина, инстинктом люди будут стремиться к Ленину.

   — Максим Шевченко
2. «

   Коммунизм – соблазн, которым прельщают трудящихся, чтобы они взбунтовались, так же как крик о свободе и равенстве воодушевляет их на риск. В мире всегда были эксплуататоры и эксплуатируемые. И всегда будут. И так и должно быть, потому что огромная масса людей по самой своей природе рабы, они не способны собой управлять, и для их же блага им нужны хозяева.

   Коммунизм – соблазн, которым прельщают трудящихся, чтобы они взбунтовались, так же как крик о свободе и равенстве воодушевляет их на риск. В мире всегда были эксплуататоры и эксплуатируемые. И всегда будут. И так и должно быть, потому что огромная масса людей по самой своей природе рабы, они не способны собой управлять, и для их же блага им нужны хозяева.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
3. «

   1. Развратить молодёжь; отвести её от религии. Внушить ей интерес к сексу. 2. Ложной аргументацией разрушить старые моральные ценности. 3. Отвлечь умы от политики, переключив все внимание на спорт, книги о сексе, игры и прочие маловажные занятия. 4. Поставить под свой контроль все средства массовой информации. 5. Разрушить веру людей в их естественных лидеров, изображая их в постыдном, смешном и оскорбительном виде.

   1. Развратить молодёжь; отвести её от религии. Внушить ей интерес к сексу. 2. Ложной аргументацией разрушить старые моральные ценности. 3. Отвлечь умы от политики, переключив все внимание на спорт, книги о сексе, игры и прочие маловажные занятия. 4. Поставить под свой контроль все средства массовой информации. 5. Разрушить веру людей в их естественных лидеров, изображая их в постыдном, смешном и оскорбительном виде.
4. «

   ... коммунизм может существовать только во всем мире. Для населения любой коммунистической страны соседняя нормальная страна — пример для сравнения.

   ... коммунизм может существовать только во всем мире. Для населения любой коммунистической страны соседняя нормальная страна — пример для сравнения.

   — Виктор Суворов · книга
5. «

   Для парня, шпионящего на коммунистов, он слишком хороший капиталист.

   Для парня, шпионящего на коммунистов, он слишком хороший капиталист.

   — Элис Дав · сериал
6. «

   Все хотят быть коммунистами, пока не приходит время делиться.

   Все хотят быть коммунистами, пока не приходит время делиться.

   — капитан Марло · сериал
7. «

   Не стыдиться нужно, что строили коммунизм, а гордиться. Ну не получилось, переоценили свои силы, но попробовали же! Первые в мире, даже единственные решились построить царство мира и справедливости на земле!

   Не стыдиться нужно, что строили коммунизм, а гордиться. Ну не получилось, переоценили свои силы, но попробовали же! Первые в мире, даже единственные решились построить царство мира и справедливости на земле!

   — Юрий Никитин · книга
8. «

   Коммунизм — как сухой закон: идея хорошая, но не работает.

   Коммунизм — как сухой закон: идея хорошая, но не работает.

   — Уилл Роджерс
9. «

   Блин, что там, что здесь – Запад давит, потому что свои власти мух не ловят. Вернее, ловят, но исключительно для себя любимых. Тогда какая, к хренам, разница? Ах, во всем были виноваты коммунисты, а теперь нас будут любить! Ага! Разве что плотски, во все дыры разом. Здесь про коммунизм ни слуху ни духу, а все тоже самое.

   Блин, что там, что здесь – Запад давит, потому что свои власти мух не ловят. Вернее, ловят, но исключительно для себя любимых. Тогда какая, к хренам, разница? Ах, во всем были виноваты коммунисты, а теперь нас будут любить! Ага! Разве что плотски, во все дыры разом. Здесь про коммунизм ни слуху ни духу, а все тоже самое.

   — Евгений Красницкий · книга
10. «

    Коммунизм — это не политическая партия, это зараза. Он совращает душу, превращает даже благородных людей в порочных злых тиранов. То, что мы видим — это всеобъемлющее презрение к закону и порядку, уровень преступности растет, пренебрежение законам ширится. И поверьте мне, если это не прекратить, то наша нация снова ввергнется в пучину анархии.

    Коммунизм — это не политическая партия, это зараза. Он совращает душу, превращает даже благородных людей в порочных злых тиранов. То, что мы видим — это всеобъемлющее презрение к закону и порядку, уровень преступности растет, пренебрежение законам ширится. И поверьте мне, если это не прекратить, то наша нация снова ввергнется в пучину анархии.

    — Джон Эдгар Гувер · фильм
11. «

    Диктатуру осуществляет организованный в Советы пролетариат, которым руководит коммунистическая партия большевиков, имеющая, по данным последнего партийного съезда (IV. 1920), 611 тысяч членов. Число членов колебалось и до Октябрьской революции и после нее очень сильно и прежде было значительно меньше, даже в 1918 и 1919 годах. Мы боимся чрезмерного расширения партии, ибо к правительственной партии неминуемо стремятся примазаться карьеристы и проходимцы, которые заслуживают только того, чтобы их расстреливать. Последний раз мы широко открыли двери партии — только для рабочих и крестьян — в те дни (зима 1919 г.), когда Юденич был в нескольких верстах от Питера, а Деникин в Орле (ок. 350 верст от Москвы), т. е. когда Советской республике угрожала отчаянная, смертельная опасность и когда авантюристы, карьеристы, проходимцы и вообще нестойкие люди никоим образом не могли рассчитывать на выгодную карьеру (а скорее могли ожидать виселицы и пыток) от присоединения к коммунистам.

    Диктатуру осуществляет организованный в Советы пролетариат, которым руководит коммунистическая партия большевиков, имеющая, по данным последнего партийного съезда (IV. 1920), 611 тысяч членов. Число членов колебалось и до Октябрьской революции и после нее очень сильно и прежде было значительно меньше, даже в 1918 и 1919 годах. Мы боимся чрезмерного расширения партии, ибо к правительственной партии неминуемо стремятся примазаться карьеристы и проходимцы, которые заслуживают только того, чтобы их расстреливать. Последний раз мы широко открыли двери партии — только для рабочих и крестьян — в те дни (зима 1919 г.), когда Юденич был в нескольких верстах от Питера, а Деникин в Орле (ок. 350 верст от Москвы), т. е. когда Советской республике угрожала отчаянная, смертельная опасность и когда авантюристы, карьеристы, проходимцы и вообще нестойкие люди никоим образом не могли рассчитывать на выгодную карьеру (а скорее могли ожидать виселицы и пыток) от присоединения к коммунистам.

    — Владимир Ильич Ленин · книга
12. «

    Члены первенствующей Церкви имели все общее (Деян. 4.35,42). Позднее эту общность хотели представить как некий коммунизм, но между первенствующей Церковью и коммунизмом существует глубокая разница. Для коммунизма характерно принудительное обобществление имущества и управление им, а в первенствующей Церкви люди сами, добровольно продавали свое имущество, чтобы не терять драгоценного времени на управление им. Членам первенствующей Церкви предстояла еще и миссионерская деятельность. В этой Церкви все распределялось, но именно по нужде, а не как уравниловка. Все знали нужды друг друга – можно сказать, что такое состояние можно сравнить с неудержимой благотворительностью. Все постоянно пребывали в общении, в молитве, и времени для управления хозяйством у них не было. Это была совершенно особая жизнь, которую можно было бы назвать «райской».

    Члены первенствующей Церкви имели все общее (Деян. 4.35,42). Позднее эту общность хотели представить как некий коммунизм, но между первенствующей Церковью и коммунизмом существует глубокая разница. Для коммунизма характерно принудительное обобществление имущества и управление им, а в первенствующей Церкви люди сами, добровольно продавали свое имущество, чтобы не терять драгоценного времени на управление им. Членам первенствующей Церкви предстояла еще и миссионерская деятельность. В этой Церкви все распределялось, но именно по нужде, а не как уравниловка. Все знали нужды друг друга – можно сказать, что такое состояние можно сравнить с неудержимой благотворительностью. Все постоянно пребывали в общении, в молитве, и времени для управления хозяйством у них не было. Это была совершенно особая жизнь, которую можно было бы назвать «райской».

    — Вера Михайловна Еремина
13. «

    Я в Советском Союзе вырос и, в общем-то, ничего плохого я в нём не видел. Во всяком случае, тех гадостей, которые про него рассказывают теперь. И зачем всё это надо было ломать — для меня загадка. Вот есть пример — коммунистический Китай. Если страна стоит перед лицом кризиса, что надо сделать? Это мне напоминает: вот живем мы с вами в сарае, неказистый такой, грубый барак. И вдруг прибегают какие-нибудь люди и говорят: «Вот у нас есть стенобитная машина, подъемный кран, на нём чугунный шар висит на тросу. Давайте сейчас мы вот это вот разнесём, а на этом месте построим сказочный дворец, в котором вы заживёте, не зная горя и вообще вечным счастьем». И мы как идиоты: «Да, давай». И вот они шарах вот этой гирей по нашему бараку и лежит груда поломанных досок. И мы спрашиваем: «А дальше-то что?», а они говорят: «Стройте дворец». Мы спрашиваем: «Из чего?», а они говорят: «А вот из этого и стройте». И вот зима, а мы с вами из поломанных досок барака строим дворец. Вы же нас обманули. Зачем мы послушались вообще? Для чего мы ломали свой барак? Да, не было у нас дворца, хорошо, так его и теперь нет! Зачем ломали, в чём был смысл?

    Я в Советском Союзе вырос и, в общем-то, ничего плохого я в нём не видел. Во всяком случае, тех гадостей, которые про него рассказывают теперь. И зачем всё это надо было ломать — для меня загадка. Вот есть пример — коммунистический Китай. Если страна стоит перед лицом кризиса, что надо сделать? Это мне напоминает: вот живем мы с вами в сарае, неказистый такой, грубый барак. И вдруг прибегают какие-нибудь люди и говорят: «Вот у нас есть стенобитная машина, подъемный кран, на нём чугунный шар висит на тросу. Давайте сейчас мы вот это вот разнесём, а на этом месте построим сказочный дворец, в котором вы заживёте, не зная горя и вообще вечным счастьем». И мы как идиоты: «Да, давай». И вот они шарах вот этой гирей по нашему бараку и лежит груда поломанных досок. И мы спрашиваем: «А дальше-то что?», а они говорят: «Стройте дворец». Мы спрашиваем: «Из чего?», а они говорят: «А вот из этого и стройте». И вот зима, а мы с вами из поломанных досок барака строим дворец. Вы же нас обманули. Зачем мы послушались вообще? Для чего мы ломали свой барак? Да, не было у нас дворца, хорошо, так его и теперь нет! Зачем ломали, в чём был смысл?

    — Дмитрий Юрьевич Пучков
14. «

    Все прежние классы, завоевав себе господство, стремились упрочить уже приобретенное ими положение в жизни, подчиняя все общество условиям, обеспечивающим их способ присвоения. Пролетарии же могут завоевать общественные производительные силы, лишь уничтожив свой собственный нынешний способ присвоения, а тем самым и весь существовавший до сих пор способ присвоения в целом. У пролетариев нет ничего своего, что надо было бы им охранять, они должны разрушить все, что до сих пор охраняло и обеспечивало частную собственность.

    Все прежние классы, завоевав себе господство, стремились упрочить уже приобретенное ими положение в жизни, подчиняя все общество условиям, обеспечивающим их способ присвоения. Пролетарии же могут завоевать общественные производительные силы, лишь уничтожив свой собственный нынешний способ присвоения, а тем самым и весь существовавший до сих пор способ присвоения в целом. У пролетариев нет ничего своего, что надо было бы им охранять, они должны разрушить все, что до сих пор охраняло и обеспечивало частную собственность.

    — Карл Маркс · книга
15. «

    Коммунисты очень скоро распознали своего врага. Они пытались срывать гитлеровские митинги, и в конце 1921 года он организовал свои первые штурмовые отряды.

    Коммунисты очень скоро распознали своего врага. Они пытались срывать гитлеровские митинги, и в конце 1921 года он организовал свои первые штурмовые отряды.

    — Уинстон Черчилль · книга
16. «

    Я думаю о коммунистах в гостиной то же самое, что думаю о гостиной. Дерьмо.

    Я думаю о коммунистах в гостиной то же самое, что думаю о гостиной. Дерьмо.

    — Пьер Паоло Пазолини
17. «

    Вся Европа полна славян и коммунистов. Все побежденные страны станут большевистскими и славянскими, если Германия будет разгромлена.

    Вся Европа полна славян и коммунистов. Все побежденные страны станут большевистскими и славянскими, если Германия будет разгромлена.

    — Уинстон Черчилль · книга
18. «

    Ведь что такое, в сущности, русский коммунизм? Шел бухой человек по заснеженному двору к выгребной яме, засмотрелся на блеск лампадки в оконной наледи, поднял голову, увидел черную пустыню неба с острыми точками звезд — и вдруг до такой боли, до такой тоски рвануло его к этим огням прямо с ежедневной ссаной тропинки, что почти долетел. Хорошо, разбудил волчий вой — а то, наверно, так и замерз бы мордой в блевоте. А как проснулся, оказалось, что дом сгорел, ноги изрезаны о стекло, а грудь пробита аккуратными европейскими пулями…

    Ведь что такое, в сущности, русский коммунизм? Шел бухой человек по заснеженному двору к выгребной яме, засмотрелся на блеск лампадки в оконной наледи, поднял голову, увидел черную пустыню неба с острыми точками звезд — и вдруг до такой боли, до такой тоски рвануло его к этим огням прямо с ежедневной ссаной тропинки, что почти долетел. Хорошо, разбудил волчий вой — а то, наверно, так и замерз бы мордой в блевоте. А как проснулся, оказалось, что дом сгорел, ноги изрезаны о стекло, а грудь пробита аккуратными европейскими пулями…

    — Виктор Пелевин · книга
19. «

    И никогда коммунисты не представляли интересы рабочего класса. Никогда. В основном это осколки и неудачники из всех слоев русского общества. Они истребили основу – крестьянство и интеллигенцию.

    И никогда коммунисты не представляли интересы рабочего класса. Никогда. В основном это осколки и неудачники из всех слоев русского общества. Они истребили основу – крестьянство и интеллигенцию.

    — Георгий Бурков · книга
20. «

    Мы уже одной ногой в коммунизме. А стоять враскоряк неудобно, потому и не все получается, как надо...

    Мы уже одной ногой в коммунизме. А стоять враскоряк неудобно, потому и не все получается, как надо...

    — Фаина Раневская · книга