12 фраз про «контрацепция» с глубоким смыслом

Тема «контрацепция» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 12 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я езид по национальности. Это такой народ из Ирака. И я встречаюсь с русской девушкой, из-за чего наши родители против наших отношений. Мои родители хотят, чтобы я женился на езидке, они консерваторы. Её родители хотят, чтобы она вышла за русского. Расисты. У меня строгие родители. Мне двадцать два года, но они относятся ко мне как к ребёнку. Недавно у меня дома нашли презервативы и дома был скандал. И это не был скандал в стиле: «Гурам, ты охренел, а как же ощущения?» Нет, они прям ругались.

   Я езид по национальности. Это такой народ из Ирака. И я встречаюсь с русской девушкой, из-за чего наши родители против наших отношений. Мои родители хотят, чтобы я женился на езидке, они консерваторы. Её родители хотят, чтобы она вышла за русского. Расисты. У меня строгие родители. Мне двадцать два года, но они относятся ко мне как к ребёнку. Недавно у меня дома нашли презервативы и дома был скандал. И это не был скандал в стиле: «Гурам, ты охренел, а как же ощущения?» Нет, они прям ругались.

   — Гурам Амарян
2. «

   — Я прочитала в интернете, что от «Пастинора» растут усы. — Усы это твоя личная проблема. Живот — вот наша общая проблема.

   — Я прочитала в интернете, что от «Пастинора» растут усы. — Усы это твоя личная проблема. Живот — вот наша общая проблема.

   — Кристина Олеринская · фильм
3. «

   Когда в 1968 году папа Павел Шестой издал свою энциклику против контрацепции «Нumanae vitaе», она была почти повсеместно, даже среди католиков, встречена весьма враждебно, что объяснялось переменами в общественном сознании. Однако покойный папа оказался пророком. Как заметил денверский архиепископ Чарльз Дж. Чэпьют, в своей энциклике папа предсказал четыре последствия использования человечеством контрацептивов: 1) широкое распространение супружеской неверности и общий упадок морали; 2) утрата женщиной статуса «уважаемой и возлюбленной подруги» мужчины и превращение её в «инструмент плотского наслаждения»; 3) вручение «опасного оружия в руки политиков, которые не станут обращать внимания на моральные соображения»; 4) отношение к мужчинам и женщинам как к предметам, а к нерожденным детям — «как к болезни», вследствие чего произойдёт общая дегуманизация человечества.

   Когда в 1968 году папа Павел Шестой издал свою энциклику против контрацепции «Нumanae vitaе», она была почти повсеместно, даже среди католиков, встречена весьма враждебно, что объяснялось переменами в общественном сознании. Однако покойный папа оказался пророком. Как заметил денверский архиепископ Чарльз Дж. Чэпьют, в своей энциклике папа предсказал четыре последствия использования человечеством контрацептивов: 1) широкое распространение супружеской неверности и общий упадок морали; 2) утрата женщиной статуса «уважаемой и возлюбленной подруги» мужчины и превращение её в «инструмент плотского наслаждения»; 3) вручение «опасного оружия в руки политиков, которые не станут обращать внимания на моральные соображения»; 4) отношение к мужчинам и женщинам как к предметам, а к нерожденным детям — «как к болезни», вследствие чего произойдёт общая дегуманизация человечества.

   — Патрик Бьюкенен · книга
4. «

   Есть люди, которых стоит вспоминать лишь 26 сентября, во Всемирный день контрацепции.

   Есть люди, которых стоит вспоминать лишь 26 сентября, во Всемирный день контрацепции.

   — Ашот Наданян
5. «

   Даже презервативы не защищают на 100%, смотрите, не забывайте об этом!

   Даже презервативы не защищают на 100%, смотрите, не забывайте об этом!

   — Уолтер Бишоп · сериал
6. «

   Мне надоела эта реклама презервативов наподобие «Самые тонкие». Но это же не звучит так надёжно. Надо чтобы это звучало как реклама бронежилета. «Они выдержат до семи тонн и очередь из колоша». Чтобы их продавали в деревянных ящиках. Чтобы их снова называли изделие. Почему они продаются в аптеках? Это же вообще не к месту! Передо мной женщина покупает лекарства для больной матери, а следом ты такой: «Я трахаться иду, выдайте мне реквизит!»

   Мне надоела эта реклама презервативов наподобие «Самые тонкие». Но это же не звучит так надёжно. Надо чтобы это звучало как реклама бронежилета. «Они выдержат до семи тонн и очередь из колоша». Чтобы их продавали в деревянных ящиках. Чтобы их снова называли изделие. Почему они продаются в аптеках? Это же вообще не к месту! Передо мной женщина покупает лекарства для больной матери, а следом ты такой: «Я трахаться иду, выдайте мне реквизит!»

   — Владислав Ильченко
7. «

   Не потеряй убеждения, что ты пуп Земли, Не слушай ничьих идиотских советов, Ты сама знаешь, что делать, Ты – непогрешимая, Ты – всеведущая. Ныне, и присно, и во веки веков, каждый день: Пользуйся контрацептивами.

   Не потеряй убеждения, что ты пуп Земли, Не слушай ничьих идиотских советов, Ты сама знаешь, что делать, Ты – непогрешимая, Ты – всеведущая. Ныне, и присно, и во веки веков, каждый день: Пользуйся контрацептивами.

   — Чак Паланик · книга
8. «

   В 1970-е стыда в сексе было еще довольно много. Но кроме стыда был страх. Женский страх забеременеть и (в гораздо меньшей степени) заразиться и мужской страх заразиться и (в гораздо меньшей степени) стать отцом. С контрацепцией был полный провал. При этом в аптеках продавались самые разные средства — презервативы для мужчин, женские перепонки и колпачки, разные пасты, а также гормональные таблетки. Кроме того, были народные средства контрацепции (знаменитый «ломтик лимона»). Но противозачаточными средствами пользовались очень мало. Считалось, что презервативы уменьшают наслаждение (хотя советский кондом ничем, кроме отсутствия смазки, не отличался от импортного). Считалось, что это «возня, которая отбивает всякое желание». Более того. Надевание презерватива часто расценивалось женщиной как оскорбительное недоверие — «он думает, что я заразная, то есть грязная потаскуха!» Или как обидная безответственность и даже своего рода отвержение — «он не хочет, чтоб я стала матерью его ребенка!».

   В 1970-е стыда в сексе было еще довольно много. Но кроме стыда был страх. Женский страх забеременеть и (в гораздо меньшей степени) заразиться и мужской страх заразиться и (в гораздо меньшей степени) стать отцом. С контрацепцией был полный провал. При этом в аптеках продавались самые разные средства — презервативы для мужчин, женские перепонки и колпачки, разные пасты, а также гормональные таблетки. Кроме того, были народные средства контрацепции (знаменитый «ломтик лимона»). Но противозачаточными средствами пользовались очень мало. Считалось, что презервативы уменьшают наслаждение (хотя советский кондом ничем, кроме отсутствия смазки, не отличался от импортного). Считалось, что это «возня, которая отбивает всякое желание». Более того. Надевание презерватива часто расценивалось женщиной как оскорбительное недоверие — «он думает, что я заразная, то есть грязная потаскуха!» Или как обидная безответственность и даже своего рода отвержение — «он не хочет, чтоб я стала матерью его ребенка!».

   — Денис Драгунский · книга
9. «

   Нет пока ещё только чёрных презервативов. «Потому что чёрный цвет стройнит», — говорит Магда.

   Нет пока ещё только чёрных презервативов. «Потому что чёрный цвет стройнит», — говорит Магда.

   — Януш Леон Вишневский · книга
10. «

    Ты не знаешь парня по-настоящему, пока не попросишь его надеть презерватив.

    Ты не знаешь парня по-настоящему, пока не попросишь его надеть презерватив.

    — Мадонна
11. «

    — Знаешь, — презерватив — это хрустальный башмачок нашего поколения. Надеваешь его при встрече с незнакомцем, танцуешь до утра, а затем выбрасываешь в мусор. В смысле, презерватив, а не незнакомца.

    — Знаешь, — презерватив — это хрустальный башмачок нашего поколения. Надеваешь его при встрече с незнакомцем, танцуешь до утра, а затем выбрасываешь в мусор. В смысле, презерватив, а не незнакомца.

    — Чак Паланик · книга
12. «

    Почему так приятно трахаться без резинки? Потому что рискуешь дважды и по полной программе: дать жизнь и заразиться смертью.

    Почему так приятно трахаться без резинки? Потому что рискуешь дважды и по полной программе: дать жизнь и заразиться смертью.

    — Фредерик Бегбедер · книга