124 фразы на тему «легенды», которые цепляют

124 цитаты про «легенды»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   – Просто об этом доме ходят жуткие легенды, – сказала она. – Ты уверен, что это тема подойдёт для детей? – Брось, ты же знаешь, как все дети обожают страшилки, – заверил её Майкл.

   – Просто об этом доме ходят жуткие легенды, – сказала она. – Ты уверен, что это тема подойдёт для детей? – Брось, ты же знаешь, как все дети обожают страшилки, – заверил её Майкл.

   — Дмитрий Блейк · книга
2. «

   Кто не захочет перед смертью надышаться досыта, Кто не прыгнет в огонь, за деньгами и пылесосом, Кто схватит стрелы судьбы, налету, гордясь ожогами, Кто тонущему бросит жизнь свою на подмогу, Тот сохранит род, всякой стихии сильней, И на легендах о себе воспитает новых людей.

   Кто не захочет перед смертью надышаться досыта, Кто не прыгнет в огонь, за деньгами и пылесосом, Кто схватит стрелы судьбы, налету, гордясь ожогами, Кто тонущему бросит жизнь свою на подмогу, Тот сохранит род, всякой стихии сильней, И на легендах о себе воспитает новых людей.
3. «

   Доступ к информации есть, умения и желания распорядиться ею нет, а дальше начинается поиск простых, чтобы не сказать примитивных ответов. Бескомпромиссно белых: не святой, не мученик, не полный бессребреник? Однозначно мерзавец. Бескомпромиссно черных: исправлению не подлежит, подлежит уничтожению. До основанья, а затем... Бескомпромиссно серых: весь мир — помойка, люди — дрянь, святых и героев нет, есть неразоблаченные. И злодеев тоже нет. Есть заурядные исполненные комплексов людишки, такие, «как все». Любой, только волю дай, плюхнется на трон, отдаст Кэмску волост, потребует отдельный кабинет и продолжение банкета. Любой! И отстаньте с вашими Эйнштейнами, де Голлями, Геварами, Гагариными. Особенно с Гагариным — не летал он никуда, ясно вам?!

   Доступ к информации есть, умения и желания распорядиться ею нет, а дальше начинается поиск простых, чтобы не сказать примитивных ответов. Бескомпромиссно белых: не святой, не мученик, не полный бессребреник? Однозначно мерзавец. Бескомпромиссно черных: исправлению не подлежит, подлежит уничтожению. До основанья, а затем... Бескомпромиссно серых: весь мир — помойка, люди — дрянь, святых и героев нет, есть неразоблаченные. И злодеев тоже нет. Есть заурядные исполненные комплексов людишки, такие, «как все». Любой, только волю дай, плюхнется на трон, отдаст Кэмску волост, потребует отдельный кабинет и продолжение банкета. Любой! И отстаньте с вашими Эйнштейнами, де Голлями, Геварами, Гагариными. Особенно с Гагариным — не летал он никуда, ясно вам?!

   — Алексей Мороз · книга
4. «

   — Веришь в эти сказки? — Это не сказка, а легенда! — Без разницы. — Сказки оживают, когда их рассказывают. Легендам рассказчик не нужен. Они бессмертны. Сказки чему-то учат или пугают. Легенды нужны чтобы помнить...

   — Веришь в эти сказки? — Это не сказка, а легенда! — Без разницы. — Сказки оживают, когда их рассказывают. Легендам рассказчик не нужен. Они бессмертны. Сказки чему-то учат или пугают. Легенды нужны чтобы помнить...

   — Ирина
5. «

   — Проклято. Золото проклято. Я предостерегу тебя, парень. Белая колдунья дала его, дала для сына короля. Но все было кончено, сын короля бежал, она не даст сделать так, чтобы золото получил трус. — Кто такая «она»? — неожиданно чрезвычайно взволновавшись, спросил Джейми. — Эта белая колдунья? — Она ищет храбреца, смельчака. Одного из Маккензи — оно для него, для Маккензи. «Оно достанется им, — говорит она, — ради того, кто мертв». — Кто эта колдунья» — снова задал вопрос Джейми. Дункан говорил «бандруид», что означало и «колдунья», и «ведьма», и «знахарка», и «белая дама». Когда-то очень давно так называли жену Джейми Клэр — его белую даму.

   — Проклято. Золото проклято. Я предостерегу тебя, парень. Белая колдунья дала его, дала для сына короля. Но все было кончено, сын короля бежал, она не даст сделать так, чтобы золото получил трус. — Кто такая «она»? — неожиданно чрезвычайно взволновавшись, спросил Джейми. — Эта белая колдунья? — Она ищет храбреца, смельчака. Одного из Маккензи — оно для него, для Маккензи. «Оно достанется им, — говорит она, — ради того, кто мертв». — Кто эта колдунья» — снова задал вопрос Джейми. Дункан говорил «бандруид», что означало и «колдунья», и «ведьма», и «знахарка», и «белая дама». Когда-то очень давно так называли жену Джейми Клэр — его белую даму.

   — Диана Гэблдон · книга
6. «

   Насколько мудрее были наши предки, придумывавшие для каждого созвездия десятки легенд. Не для того, чтобы порадовать детей сказкой, а чтобы языком образов и эмоций объяснить себе невероятную сложность и красоту Вселенной.

   Насколько мудрее были наши предки, придумывавшие для каждого созвездия десятки легенд. Не для того, чтобы порадовать детей сказкой, а чтобы языком образов и эмоций объяснить себе невероятную сложность и красоту Вселенной.

   — Олег Рой · книга
7. «

   Герой он бесстрашный, он непобедим, Так слушайте, норды, о славе его, Лишь кинешь ты клич — и придёт Довакин. Коль вера сильна, а честь прежде всего, Изгонит он зло и врагов победит, То сквозь адское пекло пройдёт невредим, И доблесть его небеса озарит. Наш герой, наш защитник, о, Довакин!

   Герой он бесстрашный, он непобедим, Так слушайте, норды, о славе его, Лишь кинешь ты клич — и придёт Довакин. Коль вера сильна, а честь прежде всего, Изгонит он зло и врагов победит, То сквозь адское пекло пройдёт невредим, И доблесть его небеса озарит. Наш герой, наш защитник, о, Довакин!

   — Жиман · игра
8. «

   Я часто больше верю легендам и мифам, чем официальной истории. Легенда всегда преувеличивает, но никогда не врёт, а история меняется каждый раз со сменой власти.

   Я часто больше верю легендам и мифам, чем официальной истории. Легенда всегда преувеличивает, но никогда не врёт, а история меняется каждый раз со сменой власти.

   — Михаил Задорнов
9. «

   Всякий старинный дом имеет свои легенды и своих призраков.

   Всякий старинный дом имеет свои легенды и своих призраков.

   — Диана Сеттерфилд · книга
10. «

    Во всех легендах есть крупицы правды.

    Во всех легендах есть крупицы правды.

    — Керри Манискалко · книга
11. «

    Древний Фангорн лежит на границе нашего королевства, но вот уже много поколений, как гондорцы там не бывали, так что опровергнуть пришедших из глубины времени легенд некому – но некому и подтвердить их.

    Древний Фангорн лежит на границе нашего королевства, но вот уже много поколений, как гондорцы там не бывали, так что опровергнуть пришедших из глубины времени легенд некому – но некому и подтвердить их.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
12. «

    В древних санскритских легендах говорится о любви, предопределенной кармой, о существовании связи между душами, которым суждено встретиться, соприкоснуться и найти упоение друг в друге. Согласно легендам, суженую узнаешь мгновенно, потому что твоя любовь к ней сквозит в каждом её жесте, каждой мысли, каждом движении, каждом звуке и каждом чувстве, светящемся в её глазах. Ты узнаешь её по крыльям, невидимым для других, а ещё потому, что страсть к ней убивает все другие любовные желания. Те же легенды предупреждают, что такая предопределенная любовь может овладеть только одной из двух душ, соединенных судьбой. Но мудрость судьбы в данном случае противоположна любви. Любовь не умирает в нас именно потому, что она не мудра.

    В древних санскритских легендах говорится о любви, предопределенной кармой, о существовании связи между душами, которым суждено встретиться, соприкоснуться и найти упоение друг в друге. Согласно легендам, суженую узнаешь мгновенно, потому что твоя любовь к ней сквозит в каждом её жесте, каждой мысли, каждом движении, каждом звуке и каждом чувстве, светящемся в её глазах. Ты узнаешь её по крыльям, невидимым для других, а ещё потому, что страсть к ней убивает все другие любовные желания. Те же легенды предупреждают, что такая предопределенная любовь может овладеть только одной из двух душ, соединенных судьбой. Но мудрость судьбы в данном случае противоположна любви. Любовь не умирает в нас именно потому, что она не мудра.

    — Грегори Дэвид Робертс · книга
13. «

    Люблю преданность сфинксов. По скандинавским легендам, по китайским, забавно, тоже – хульдры и лисы влюбляются только раз. И только в богов, но это такая любовь. No pressure in the world could break it, not even God himself. И они делают – не болтают, не чахнут, не страдают, но делают. И сфинксы бесстрашны, даже умирая от страха, они будут нырять за вами, умирая даже, они наслаждаются.

    Люблю преданность сфинксов. По скандинавским легендам, по китайским, забавно, тоже – хульдры и лисы влюбляются только раз. И только в богов, но это такая любовь. No pressure in the world could break it, not even God himself. И они делают – не болтают, не чахнут, не страдают, но делают. И сфинксы бесстрашны, даже умирая от страха, они будут нырять за вами, умирая даже, они наслаждаются.

    — Франц Вертфоллен · книга
14. «

    Легенды начинаются с малого.

    Легенды начинаются с малого.

    — Алла Матвеева · книга
15. «

    Знаешь, когда легенда перестает быть легендой? Когда в неё начинают верить.

    Знаешь, когда легенда перестает быть легендой? Когда в неё начинают верить.

    — Корина Тилли · игра
16. «

    Было время, было время, когда были Доны, Их именами украшали свои кулоны. О них говорили, но слова съедали тени. Остаётся лишь легенда, которую не убили.

    Было время, было время, когда были Доны, Их именами украшали свои кулоны. О них говорили, но слова съедали тени. Остаётся лишь легенда, которую не убили.
17. «

    Пока Сигмунда и Синфьотли хоронят заживо, сестра Сигмунда бросает в курган пучок соломы. А в соломе спрятан меч Сигмунда, дар Одина! С его помощью они выбираются из кургана и поджигают залы Сиггейра. Там король и сгорает. Сигмунд призывает сестру выйти, чтобы она жила и была почетаема. Та выходит, но только чтобы рассказать правду: что она возлегла с ним, своим братом, чтобы родить сильного мстителя. «Я недостойна жить», — говорит она и возвращается в горящий зал. Изгони из сердца желание мстить, Сенуа. Ибо плата за месть всегда высока.

    Пока Сигмунда и Синфьотли хоронят заживо, сестра Сигмунда бросает в курган пучок соломы. А в соломе спрятан меч Сигмунда, дар Одина! С его помощью они выбираются из кургана и поджигают залы Сиггейра. Там король и сгорает. Сигмунд призывает сестру выйти, чтобы она жила и была почетаема. Та выходит, но только чтобы рассказать правду: что она возлегла с ним, своим братом, чтобы родить сильного мстителя. «Я недостойна жить», — говорит она и возвращается в горящий зал. Изгони из сердца желание мстить, Сенуа. Ибо плата за месть всегда высока.

    — Друт · игра
18. «

    Чем дольше существует легенда, тем больше в ней лжи.

    Чем дольше существует легенда, тем больше в ней лжи.

    — Нара Шикаку · аниме
19. «

    Только в легендах может выжить то, что в природе выжить не может. Только легенде и мифу не ведомы пределы возможного.

    Только в легендах может выжить то, что в природе выжить не может. Только легенде и мифу не ведомы пределы возможного.

    — Анджей Сапковский · книга
20. «

    Человека охватило желание мести. Он позволил киту унести его мать в море. Ее волосы свились... свились в бивень и она превратилась в нарвала...

    Человека охватило желание мести. Он позволил киту унести его мать в море. Ее волосы свились... свились в бивень и она превратилась в нарвала...

    — Индеец-инуит · сериал