Подборка «Грустные цитаты о любви» — 792 цитаты

Тема «Грустные цитаты о любви» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 792 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Самый трусливый поступок на свете — разбудить любовь женщины, зная, что не полюбишь её в ответ.

   Самый трусливый поступок на свете — разбудить любовь женщины, зная, что не полюбишь её в ответ.

   — Боб Марли
2. «

   Я не помню, но зачем тогда, скажи Лист осенний так в руке моей дрожит? Ветер памяти принёс мне на крыле Только мысли, Мысли о тебе.

   Я не помню, но зачем тогда, скажи Лист осенний так в руке моей дрожит? Ветер памяти принёс мне на крыле Только мысли, Мысли о тебе.

   — Лариса Алексеевна Рубальская
3. «

   — Ты стыдишься меня, отец? — Когда ты была младенцем, в Драконий Камень заехал торговец из Дорна. Товар у него был неважный, кроме одной деревянной куклы. Он даже сшил для нее платьице в цветах нашего дома. Без сомнения, он прослышал о твоем рождении и посчитал, что молодой отец — легкая добыча. Как сейчас помню твою улыбку, когда я положил куклу в колыбель. Как ты прижала ее к щеке. Было уже слишком поздно, когда мы сожгли эту куклу. Мне сказали, что ты умрешь. Или, того хуже, серая хворь не будет спешить. Позволит тебе подрасти и познать мир, а потом разом его у тебя отберет. Все советовали отослать тебя в руины Валирии доживать свой короткий век с каменными людьми, пока хворь не расползлась по замку. А я послал их всех в пекло. Я созвал всех мейстеров страны. Каждого целителя, каждого лекаря. Они остановили болезнь и спасли твою жизнь. Ты не заслуживала того, чтобы оказаться на краю света среди прóклятых каменных людей. Ты принцесса Ширен из дома Баратеонов... И ты моя дочь.

   — Ты стыдишься меня, отец? — Когда ты была младенцем, в Драконий Камень заехал торговец из Дорна. Товар у него был неважный, кроме одной деревянной куклы. Он даже сшил для нее платьице в цветах нашего дома. Без сомнения, он прослышал о твоем рождении и посчитал, что молодой отец — легкая добыча. Как сейчас помню твою улыбку, когда я положил куклу в колыбель. Как ты прижала ее к щеке. Было уже слишком поздно, когда мы сожгли эту куклу. Мне сказали, что ты умрешь. Или, того хуже, серая хворь не будет спешить. Позволит тебе подрасти и познать мир, а потом разом его у тебя отберет. Все советовали отослать тебя в руины Валирии доживать свой короткий век с каменными людьми, пока хворь не расползлась по замку. А я послал их всех в пекло. Я созвал всех мейстеров страны. Каждого целителя, каждого лекаря. Они остановили болезнь и спасли твою жизнь. Ты не заслуживала того, чтобы оказаться на краю света среди прóклятых каменных людей. Ты принцесса Ширен из дома Баратеонов... И ты моя дочь.

   — Станнис Баратеон · сериал
4. «

   Нам всем есть, что терять. В каждой битве мы рискуем оставить безутешными тех, кто нас любит.

   Нам всем есть, что терять. В каждой битве мы рискуем оставить безутешными тех, кто нас любит.

   — Эрин Хантер · книга
5. «

   Любовь не исчезает бесследно, она оставляет в сердце рану – с каждым разом все большую. Пока однажды в груди не останется ничего, кроме пустоты.

   Любовь не исчезает бесследно, она оставляет в сердце рану – с каждым разом все большую. Пока однажды в груди не останется ничего, кроме пустоты.

   — Елена
6. «

   Я так и думал: вы неспособны на сочувствие, на сопереживание. Это типично для людей, которых никто не любил в детстве.

   Я так и думал: вы неспособны на сочувствие, на сопереживание. Это типично для людей, которых никто не любил в детстве.

   — Амели Нотомб · книга
7. «

   Любить кого-нибудь – это такая самонадеянность! Вокруг и так много любви. Мир переполнен ею. Иногда я думаю, что рай – это место, где все счастливы потому, что никто никого не любит.

   Любить кого-нибудь – это такая самонадеянность! Вокруг и так много любви. Мир переполнен ею. Иногда я думаю, что рай – это место, где все счастливы потому, что никто никого не любит.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
8. «

   На сердце — тоска, Как осенний туман Беспросветный. Томленье бесплодной любви... Что может быть горше?

   На сердце — тоска, Как осенний туман Беспросветный. Томленье бесплодной любви... Что может быть горше?

   — Осикоти-но Мицунэ
9. «

   Человек больше всего должен бояться тех, кого любит. Ведь больнее всего бьют самые близкие.

   Человек больше всего должен бояться тех, кого любит. Ведь больнее всего бьют самые близкие.
10. «

    Ты – злая принцесса, убившая добрую фею, Горят твои очи, и слабые руки в крови. Ты бродишь в лесу, никуда постучаться не смея, Укрыться от этой, тобою убитой любви.

    Ты – злая принцесса, убившая добрую фею, Горят твои очи, и слабые руки в крови. Ты бродишь в лесу, никуда постучаться не смея, Укрыться от этой, тобою убитой любви.

    — Александр Вертинский
11. «

    В человеке — не вообще в человеке, а во мне лично — катастрофический дефицит любви. Любить-то мы готовы, но только чтобы нас не бесили, не дергали, не злили, ни о чем не просили, не перегружали, не наступали на наши мозоли, вовремя оставляли в покое, давали нам больше, чем даем мы, или хотя бы столько же… Вот и приходится, зная это за собой, любить, сцепив зубы.

    В человеке — не вообще в человеке, а во мне лично — катастрофический дефицит любви. Любить-то мы готовы, но только чтобы нас не бесили, не дергали, не злили, ни о чем не просили, не перегружали, не наступали на наши мозоли, вовремя оставляли в покое, давали нам больше, чем даем мы, или хотя бы столько же… Вот и приходится, зная это за собой, любить, сцепив зубы.

    — Дмитрий Емец · книга
12. «

    Тут поворот, там поворот... и так тянется годами. Начинаешь видеть это иначе. Прости за то, кем я стал, каким был отцом. Надеюсь, ты сможешь вынести из этого урок, сынок. Надеюсь, ты не сомневаешься, что я любил тебя. Ты лучше меня. Если бы я был сильнее, я был бы таким, как ты. Чёрт, сынок, все были бы, как ты, будь они сильнее.

    Тут поворот, там поворот... и так тянется годами. Начинаешь видеть это иначе. Прости за то, кем я стал, каким был отцом. Надеюсь, ты сможешь вынести из этого урок, сынок. Надеюсь, ты не сомневаешься, что я любил тебя. Ты лучше меня. Если бы я был сильнее, я был бы таким, как ты. Чёрт, сынок, все были бы, как ты, будь они сильнее.

    — Рэймонд Велкоро · сериал
13. «

    Мне меньше полувека — сорок с лишним, Я жив, двенадцать лет тобой и господом храним. Мне есть что спеть, представ перед всевышним, Мне есть чем оправдаться перед ним.

    Мне меньше полувека — сорок с лишним, Я жив, двенадцать лет тобой и господом храним. Мне есть что спеть, представ перед всевышним, Мне есть чем оправдаться перед ним.

    — Владимир Семёнович Высоцкий
14. «

    Я ненавижу мою любовь. Если бы я знал, что ее можно удушить, я бы это сделал собственными pуками. Если бы я знал, что ее можно утопить, я бы сам пpивесил ей камень на шею. Если бы я знал, что от нее можно убежать на кpай света, я бы давным-давно глядел в чеpную бездну, за котоpой ничего нет.

    Я ненавижу мою любовь. Если бы я знал, что ее можно удушить, я бы это сделал собственными pуками. Если бы я знал, что ее можно утопить, я бы сам пpивесил ей камень на шею. Если бы я знал, что от нее можно убежать на кpай света, я бы давным-давно глядел в чеpную бездну, за котоpой ничего нет.

    — Анатолий Мариенгоф · книга
15. «

    Моё сердце разрывается на куски. Я сумела тебя простить.

    Моё сердце разрывается на куски. Я сумела тебя простить.
16. «

    — Не могу. Всё кончено. Я сдаюсь. — Ты никогда не сдаешься. — Если бы было суждено, мы были бы вместе. Я вспоминал, как мы в первый раз пошли в тот греческий ресторан на углу, там висел большой плакат «Теперь мы варим суп», и я начал тараторить про все те препятствия, которые пришлось преодолеть владельцу, чтобы воплотить мечту готовить суп. А потом, когда я замолчал, несколько секунд она ничего не говорила, а потом, словно бы выдохнула это, словно самой себе «я тебя люблю». Стало тихо. Она это сказала, а я молчал, хотел слушать снова и снова. Тогда она смогла влюбиться за две недели.... Она меня не любит.

    — Не могу. Всё кончено. Я сдаюсь. — Ты никогда не сдаешься. — Если бы было суждено, мы были бы вместе. Я вспоминал, как мы в первый раз пошли в тот греческий ресторан на углу, там висел большой плакат «Теперь мы варим суп», и я начал тараторить про все те препятствия, которые пришлось преодолеть владельцу, чтобы воплотить мечту готовить суп. А потом, когда я замолчал, несколько секунд она ничего не говорила, а потом, словно бы выдохнула это, словно самой себе «я тебя люблю». Стало тихо. Она это сказала, а я молчал, хотел слушать снова и снова. Тогда она смогла влюбиться за две недели.... Она меня не любит.

    — Лео Коллинз · фильм
17. «

    Не позволяй великой пустоте Казад-дума заполнить твоё сердце, Гимли сын Глоина, ибо мир стал полон опасностей и по всех краях любовь ныне омрачена печалью.

    Не позволяй великой пустоте Казад-дума заполнить твоё сердце, Гимли сын Глоина, ибо мир стал полон опасностей и по всех краях любовь ныне омрачена печалью.

    — Галадриэль · фильм
18. «

    Он ушел, сознавая, что ему хочется одного — остаться.

    Он ушел, сознавая, что ему хочется одного — остаться.

    — Теодор Драйзер · книга
19. «

    Ты хоть сам веришь в то, что говоришь? Несмотря на всё случившееся, мы сможем снова стать счастливыми? Я тебя не узнаю, Мурад, не узнаю. Словно твоя душа оледенела, погибла за одну ночь. И ты потерялся в той темноте. Ты, сражаясь с тиранами и грубиянами, сам стал одним из них. И если ты меня хоть немного знаешь, то должен понимать – я никогда не склоняю голову перед тиранами. Даже если это будет мой любимый человек – не склоню!

    Ты хоть сам веришь в то, что говоришь? Несмотря на всё случившееся, мы сможем снова стать счастливыми? Я тебя не узнаю, Мурад, не узнаю. Словно твоя душа оледенела, погибла за одну ночь. И ты потерялся в той темноте. Ты, сражаясь с тиранами и грубиянами, сам стал одним из них. И если ты меня хоть немного знаешь, то должен понимать – я никогда не склоняю голову перед тиранами. Даже если это будет мой любимый человек – не склоню!

    — Фарья Султан (Бетлен) · сериал
20. «

    Да, да, ты прав: что женщине в любви? Победы новые ей нужны ежедневно. Пожалуй, плачь, терзайся и моли - Смешон ей вид и голос твой плачевной, Ты прав — глупец, кто в женщине одной Мечтал найти свой рай земной.

    Да, да, ты прав: что женщине в любви? Победы новые ей нужны ежедневно. Пожалуй, плачь, терзайся и моли - Смешон ей вид и голос твой плачевной, Ты прав — глупец, кто в женщине одной Мечтал найти свой рай земной.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга