240 коротких цитат по теме «магия»

Тема «магия» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 240 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Если есть нечто такое, чего ты хочешь больше всех благ в мире, магия поможет тебе это получить.

   Если есть нечто такое, чего ты хочешь больше всех благ в мире, магия поможет тебе это получить.

   — Стефани Гарбер · книга
2. «

   Магия слов не действует на говорящего.

   Магия слов не действует на говорящего.

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   Ты слышишь шум волшебного водопада? Вода рассыпает серебрянные брызги радостной капелью и льет бушующей лавиной. Бесстрашно падает вниз. Вода бросается в глубокую пучину и торжествует в падшем величии. Замечаешь, что она не стремится ввысь? Не стремится в высоту, ибо у неё богатый исток в вышине синих гор и вода падает! Восторженностью свежей, родниковой чистотой вода падает! Неистово изливая блаженство природной смелостью она падает! Она не движется по направлению вверх, она движется по направлению вниз. Вода всегда ищет более глубокого уровня. Ей не нужно доказывать свое превосходство и она падает! Водопад! Ты слышишь магический шум водопада?....

   Ты слышишь шум волшебного водопада? Вода рассыпает серебрянные брызги радостной капелью и льет бушующей лавиной. Бесстрашно падает вниз. Вода бросается в глубокую пучину и торжествует в падшем величии. Замечаешь, что она не стремится ввысь? Не стремится в высоту, ибо у неё богатый исток в вышине синих гор и вода падает! Восторженностью свежей, родниковой чистотой вода падает! Неистово изливая блаженство природной смелостью она падает! Она не движется по направлению вверх, она движется по направлению вниз. Вода всегда ищет более глубокого уровня. Ей не нужно доказывать свое превосходство и она падает! Водопад! Ты слышишь магический шум водопада?....
4. «

   — А что, в руках есть магия? — Руки могут быть красноречивей слов, они могут приветствовать, благодарить, просить, молить... Руки могут все.

   — А что, в руках есть магия? — Руки могут быть красноречивей слов, они могут приветствовать, благодарить, просить, молить... Руки могут все.

   — Нимуэ · фильм
5. «

   … магия, как и театр, не терпит лжи и всегда требует правды, даже если за неё приходится платить собственным спокойствием.

   … магия, как и театр, не терпит лжи и всегда требует правды, даже если за неё приходится платить собственным спокойствием.

   — Шекспир · игра
6. «

   Удивительная у вас, магов, привычка говорить туманно, загадками. Вот и перетуманил!

   Удивительная у вас, магов, привычка говорить туманно, загадками. Вот и перетуманил!

   — Александр Беляев · книга
7. «

   Фокус без магии — не фокус. Магия без фокуса — не магия.

   Фокус без магии — не фокус. Магия без фокуса — не магия.
8. «

   Марлаграм: — Мой племянник сейчас вернётся. Мне очень трудно тягаться с ним, ведь он почти на 300 лет моложе меня! А в нашей профессии это очень много значит. Мальгрим: — Дядя, вы уже опоздали с вашим средневековым образованием... незаконченным. Наша профессия не для дураков. Вот почему здесь наблюдается некоторый регресс... на фоне общего прогресса, Ваше Высочество.

   Марлаграм: — Мой племянник сейчас вернётся. Мне очень трудно тягаться с ним, ведь он почти на 300 лет моложе меня! А в нашей профессии это очень много значит. Мальгрим: — Дядя, вы уже опоздали с вашим средневековым образованием... незаконченным. Наша профессия не для дураков. Вот почему здесь наблюдается некоторый регресс... на фоне общего прогресса, Ваше Высочество.

   — Мальгрим · фильм
9. «

   Приворотное зелье Закипает в котле, Мне за это не страшно Кончить жизнь на костре. Пусть в неистовом пламени Сгину, стану золой, Но не быть мне желанной Даже этой ценой.

   Приворотное зелье Закипает в котле, Мне за это не страшно Кончить жизнь на костре. Пусть в неистовом пламени Сгину, стану золой, Но не быть мне желанной Даже этой ценой.
10. «

    Мальчик лежал под одеялом в уютной, тёплой постели и думал, как прекрасно ночное звёздное небо волшебного мира. Ещё вчера он находился в скучном, унылом мире людей, где все гоняются лишь за выгодой и личными желаниями, но сегодня он находился в особенном месте. Майкл знал, что никогда не забудет эту ночь.

    Мальчик лежал под одеялом в уютной, тёплой постели и думал, как прекрасно ночное звёздное небо волшебного мира. Ещё вчера он находился в скучном, унылом мире людей, где все гоняются лишь за выгодой и личными желаниями, но сегодня он находился в особенном месте. Майкл знал, что никогда не забудет эту ночь.

    — Дмитрий Блейк · книга
11. «

    Вот оно, шаманство темных эльфов. Долгие шепотки, танцы, фигуры и различный мусор вроде сушеного дерьма летучей мыши.

    Вот оно, шаманство темных эльфов. Долгие шепотки, танцы, фигуры и различный мусор вроде сушеного дерьма летучей мыши.

    — Алексей Пехов · книга
12. «

    Я хотел написать тебе историю о магии. Я хотел, чтобы кролики появлялись из шляп. Я хотел, чтобы воздушные шары поднимали тебя в небо. А обернулось всё грустью, войной, разбитым сердцем. Ты этого так и не увидела, но внутри меня сад.

    Я хотел написать тебе историю о магии. Я хотел, чтобы кролики появлялись из шляп. Я хотел, чтобы воздушные шары поднимали тебя в небо. А обернулось всё грустью, войной, разбитым сердцем. Ты этого так и не увидела, но внутри меня сад.

    — Шейн Джонс · книга
13. «

    — На стороне Морганы магия. — А на твоей любовь народа.

    — На стороне Морганы магия. — А на твоей любовь народа.

    — Артур Пендрагон · сериал
14. «

    — А можно научиться ходить сквозь стены? <...> — С помощью магии? — Без, — ответил Мор, — просто так. Это возможно? — Ну, тогда надо выбирать очень тонкие стены, — посоветовал Кувыркс. — А ещё лучше пользоваться дверью. Вон та как раз подойдёт, если ты явился отнимать у меня драгоценное время.

    — А можно научиться ходить сквозь стены? <...> — С помощью магии? — Без, — ответил Мор, — просто так. Это возможно? — Ну, тогда надо выбирать очень тонкие стены, — посоветовал Кувыркс. — А ещё лучше пользоваться дверью. Вон та как раз подойдёт, если ты явился отнимать у меня драгоценное время.

    — Терри Пратчетт · книга
15. «

    ...ветер, спутник карнавала, всё ещё дует, пригоняя острые пряные ароматы приближающейся весны, от которых зудят ладони и учащается сердцебиение...

    ...ветер, спутник карнавала, всё ещё дует, пригоняя острые пряные ароматы приближающейся весны, от которых зудят ладони и учащается сердцебиение...

    — Джоанн Харрис · книга
16. «

    Магия – это то, от чего, попробовав, уже никогда не откажешься. Она будоражит.

    Магия – это то, от чего, попробовав, уже никогда не откажешься. Она будоражит.

    — Такао Наито · игра
17. «

    Важнейшим элементом религиозных верований, общим для всего коренного населения Океании, является магия. Практически всюду существуют профессиональные знахари, колдуны, шаманы, которые специализируются на отдельных видах магии; военная магия находится преимущественно в руках вождей.

    Важнейшим элементом религиозных верований, общим для всего коренного населения Океании, является магия. Практически всюду существуют профессиональные знахари, колдуны, шаманы, которые специализируются на отдельных видах магии; военная магия находится преимущественно в руках вождей.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
18. «

    Путь к моим сокровищам лежал через длинный узкий коридор на кухню. В кухонном столе в выдвижной ячейке с вилками и ножами я придумал место для хранения сундука с золотыми дублонами — спичечного коробка, набитого копеечками. По воскресным утрам, когда все спали, я вытаскивал свою сокровищницу, перебирал монетки, пересчитывал, начищал потускневшие дублоны кусочком войлока, прятал их обратно, и, довольный, возвращался в комнату. В эти минуты я был мудрым алхимиком, проникшим во все тайны превращения вещества. Философский камень лежал у меня в «секрете». Внешне он напоминал кусочек красного янтаря. На деле был застывшими слезами сестер Фаэтона, разбившегося на огненной колеснице бога Солнца. Это произошло миллион лет назад, но я уже мог видеть сквозь время… Теперь крохотный кусочек застывшей слезы был моим талисманом и философским камнем, из которого я извлекал тайны и любовался ими. Красная тинктура, великий эликсир. В нем было все, из чего творятся самые искусные сказки. Черная алхимия взрослых стала львом и попыталась проглотить солнце. Лев подавился им, и за дело превращения вещества взялись маленькие волшебники, таинственные алхимики. Иногда я доставал кусочек янтаря из «секрета», подходил к окну, глядел через него на солнце, и тысячи огненных стрелок пробуждали мою фантазию. Мысли — обрадованные солнцу живые существа — начинали танцевать в хороводе веселья. Я видел их, понимал каждую, иногда вступал в хоровод, чтобы впоследствии выскользнуть омытым волшебством. Вечный эликсир фантазии, таинство золотых нитей, из которых плетутся сказки. А когда я прикасался красным янтарем к золотистой шерстке моей Эльзы, происходило явное чудо: камень наполнялся внутренним светом, становился горячим, как кусочек солнца. Начинал светиться во тьме, а волшебная принцесса, кочующая в разных реальностях, преображалась. От шерстки ее сыпались искры. Сама она изгибалась таинственно, и передо мной… перед моим мысленным взором всплывало видение: тонкая, воздушная, зеленоглазая девушка с роскошными кудрями цвета желто-красного янтаря улыбается мне сквозь пространство и время. Две тайны, две волшебные стихии соприкасались и рождали чудо. Я скрывал это чудо от всех, боялся причинить ему разорение от чужих взглядов и насмешек. Только мир взрослых с непроглядной тьмой и страхом свободы мог смеяться над чудом. Ребенок купался в нем, как в неге. Очищался сказкой, в которой был свет. И разве можно было приоткрыть этот свет перед отрицателями света и чуда? Разве можно было подвергнуть испытанию темнотой саму нежность, которая не могла существовать в атмосфере подвального мрака, задыхалась и погибала во мгле, если не ускользала к источнику света? Мир взрослых сказок был суров. (Золотая Эльза — детство волшебника)

    Путь к моим сокровищам лежал через длинный узкий коридор на кухню. В кухонном столе в выдвижной ячейке с вилками и ножами я придумал место для хранения сундука с золотыми дублонами — спичечного коробка, набитого копеечками. По воскресным утрам, когда все спали, я вытаскивал свою сокровищницу, перебирал монетки, пересчитывал, начищал потускневшие дублоны кусочком войлока, прятал их обратно, и, довольный, возвращался в комнату. В эти минуты я был мудрым алхимиком, проникшим во все тайны превращения вещества. Философский камень лежал у меня в «секрете». Внешне он напоминал кусочек красного янтаря. На деле был застывшими слезами сестер Фаэтона, разбившегося на огненной колеснице бога Солнца. Это произошло миллион лет назад, но я уже мог видеть сквозь время… Теперь крохотный кусочек застывшей слезы был моим талисманом и философским камнем, из которого я извлекал тайны и любовался ими. Красная тинктура, великий эликсир. В нем было все, из чего творятся самые искусные сказки. Черная алхимия взрослых стала львом и попыталась проглотить солнце. Лев подавился им, и за дело превращения вещества взялись маленькие волшебники, таинственные алхимики. Иногда я доставал кусочек янтаря из «секрета», подходил к окну, глядел через него на солнце, и тысячи огненных стрелок пробуждали мою фантазию. Мысли — обрадованные солнцу живые существа — начинали танцевать в хороводе веселья. Я видел их, понимал каждую, иногда вступал в хоровод, чтобы впоследствии выскользнуть омытым волшебством. Вечный эликсир фантазии, таинство золотых нитей, из которых плетутся сказки. А когда я прикасался красным янтарем к золотистой шерстке моей Эльзы, происходило явное чудо: камень наполнялся внутренним светом, становился горячим, как кусочек солнца. Начинал светиться во тьме, а волшебная принцесса, кочующая в разных реальностях, преображалась. От шерстки ее сыпались искры. Сама она изгибалась таинственно, и передо мной… перед моим мысленным взором всплывало видение: тонкая, воздушная, зеленоглазая девушка с роскошными кудрями цвета желто-красного янтаря улыбается мне сквозь пространство и время. Две тайны, две волшебные стихии соприкасались и рождали чудо. Я скрывал это чудо от всех, боялся причинить ему разорение от чужих взглядов и насмешек. Только мир взрослых с непроглядной тьмой и страхом свободы мог смеяться над чудом. Ребенок купался в нем, как в неге. Очищался сказкой, в которой был свет. И разве можно было приоткрыть этот свет перед отрицателями света и чуда? Разве можно было подвергнуть испытанию темнотой саму нежность, которая не могла существовать в атмосфере подвального мрака, задыхалась и погибала во мгле, если не ускользала к источнику света? Мир взрослых сказок был суров. (Золотая Эльза — детство волшебника)

    — Юрий Меркеев · книга
19. «

    У музыки и магии много общего. Во-первых, они начинаются с одной буквы. А во-вторых, невозможно заниматься одновременно и тем, и другим.

    У музыки и магии много общего. Во-первых, они начинаются с одной буквы. А во-вторых, невозможно заниматься одновременно и тем, и другим.

    — Терри Пратчетт · книга
20. «

    Вы где набрали этих недоумков?!

    Вы где набрали этих недоумков?!

    — Алекс Кош · книга