Глашатай: — Магистр чёрной и белой магии Мальгрим! Ранее служивший у короля Эдуарда просит покровительства вашего королевского величества: короля Перадора, высокого повелителя Бермагора, Марралора и Парлота, властелина Лансингтона, Нижних Мхов... слуга короля Мелиота: — И Трёх Мостов. Глашатай: — Да-да, конечно... И трёх Мостов! Пускать? Мелиот: — Погоди, погоди! А рекомендации нашего венценосного брата короля Эдуарда этот Мальгрим имеет? Глашатай: — Имеет, Ваше Величество. Мелиот: — Хорошая рекомендация? Глашатай: — Плохая, Ваше Величество. [Джек исчезает и входит Мальгрим] Мальгрим: — У меня все рекомендации прекрасны... И от короля Георга, ныне здравствующего, и от короля Лира... И от короля Эдуарда, пока ещё здравствующего... Ваш герольд оскорбил меня, и поэтому я превратил его живой вес — в атомный. И сейчас он летает вокруг головы Вашего Величества. Мелиот: — Джек, где вы? Глашатай: — Летаю, летаю, Ваше Величество. слуга короля Мелиота: — Ну, летает он... летает! Мелиот: — Очень убедительно. Мы подумаем, к кому это применить.
— Насколько вы знакомы с проблемами внешнего порядка в пределах мироздания? — Вы имеете ввиду теорию относительности Эйнштейна?... Я, признаться, не силен в ней… — Сейчас я попробую изложить вам более популярно: представим себе Вселенную шести измерений. Ну, первые четыре проходят в школе – это длина, высота, ширина и фактор времени. С двумя остальными несколько посложнее. Это сфера материального воздействия и сфера воображения. Отсюда шестимерность пространства, а не четырехмерность, как ошибочно утверждал этот ваш… ну, этот ваш… — Эйнштейн? — Да, Эйнштейн. Понимаете? — Признаться, не очень. Я художник и привык мыслить образами, а не измерениями галактик. — Художник… художник… Хорошо. Перейдем на образное мышление. Вас устраивает формула, что всё, что созданное нашим воображением должно где-то существовать во Вселенной?
— А этот магнитофон, тоже музейный экспонат? — Да, это тоже музейный экспонат. Он связан с принцессой Мелисентой. Она исчезла из 12 века, а этот предмет остался в 12 веке. — По-моему, гораздо легче предположить, что эту вещь забыл кто-то из посетителей. — Может быть, это вы забыли? Возьмите. — Я не уверена, что это я. — Не уверены? — Пойдём отсюда. Здесь смотреть больше нечего? — Нет. Это маленький музей и работает он всего раз в году — 31 июня, в лунный день. — Да, простите, как вы сказали зовут эту принцессу? — Мелисента. — Мою жену тоже зовут Мелисента.
Марлаграм: — Мой племянник сейчас вернётся. Мне очень трудно тягаться с ним, ведь он почти на 300 лет моложе меня! А в нашей профессии это очень много значит. Мальгрим: — Дядя, вы уже опоздали с вашим средневековым образованием... незаконченным. Наша профессия не для дураков. Вот почему здесь наблюдается некоторый регресс... на фоне общего прогресса, Ваше Высочество.
Мальгрим: — А теперь, дорогая принцесса, займёмся вами. По-моему, вы мечтаете о женихе. Мелисента: — Уже не мечтаю. Из тех рыцарей, что предлагает наш венценосный отец... Кстати, он тут не витает? Так вот, из тех рыцарей, ничего нельзя подобрать. У одного — нос набок, у другого — ноги кривые, у третьего — глаза пустые... Четвёртый — недостаточно храбр, пятый — недостаточно скромен, шестой — хвастун, седьмой — просто урод, восьмой — откровенно глуп, девятый — стар, десятый... Мальгрим: — Остановитесь, принцесса. Сейчас Вы увидите молодого человека, у которого нос прямой, ноги ровные, в глазах бьётся мысль. Он храбр, бодр, не болтлив... Мелисента: — А он красив? Мальгрим: — Ну, это вы оцените сами. Мелисента: — Тогда представьте мне этого рыцаря!
