19 цитат «массы»: от классиков до современников

Тема «массы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 19 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Народ оказался публикой... Массам преподносят смысл, а они жаждут зрелища.

   Народ оказался публикой... Массам преподносят смысл, а они жаждут зрелища.

   — Жан Бодрийяр
2. «

   – Фаина Георгиевна, как вы считаете, каких людей больше – хороших или плохих? – Серых.

   – Фаина Георгиевна, как вы считаете, каких людей больше – хороших или плохих? – Серых.

   — Фаина Раневская · книга
3. «

   «Я думаю не как все» - так говорят миллионы.

   «Я думаю не как все» - так говорят миллионы.
4. «

   Большинство людей обязаны покорно подчиняться своему назначению, быть сырым материалом истории. Им, как, например, пеньке не нужно думать о том, какой толщины и прочности совьют из нее веревку, и для какой цели она необходима.

   Большинство людей обязаны покорно подчиняться своему назначению, быть сырым материалом истории. Им, как, например, пеньке не нужно думать о том, какой толщины и прочности совьют из нее веревку, и для какой цели она необходима.

   — Лидия Варавка · сериал
5. «

   Всё делается массово. Масскультура. Масс-все-на-свете.

   Всё делается массово. Масскультура. Масс-все-на-свете.

   — Джон Фаулз · книга
6. «

   В порыве народного гнева объединиться, затравить и выгнать из стада отбившуюся одиночку – это самое лучшее средство для сплочения масс.

   В порыве народного гнева объединиться, затравить и выгнать из стада отбившуюся одиночку – это самое лучшее средство для сплочения масс.

   — Сергей Минаев · книга
7. «

   Массы глупы, только личность прекрасна.

   Массы глупы, только личность прекрасна.

   — Жерар Депардье
8. «

   Вообще, что такое народ? И есть ли вообще разница между народом, населением, обществом, толпой, нацией, или массами? И как назвать миллионы людей, которые восторженно бегут за своими сумасшедшими вождями, неся их бесчисленные портреты и скандируя их безумные лозунги? Если ты хочешь сказать, что самое лучшее, что есть среди этих миллионов, это и есть народ, то тогда ты должен признать, что народ состоит всего из нескольких человек. Но если народ — это большинство, то я должен тебе сказать, что народ глупее одного человека. Увлечь одного человека идиотской идеей намного труднее чем весь народ.

   Вообще, что такое народ? И есть ли вообще разница между народом, населением, обществом, толпой, нацией, или массами? И как назвать миллионы людей, которые восторженно бегут за своими сумасшедшими вождями, неся их бесчисленные портреты и скандируя их безумные лозунги? Если ты хочешь сказать, что самое лучшее, что есть среди этих миллионов, это и есть народ, то тогда ты должен признать, что народ состоит всего из нескольких человек. Но если народ — это большинство, то я должен тебе сказать, что народ глупее одного человека. Увлечь одного человека идиотской идеей намного труднее чем весь народ.

   — Владимир Николаевич Войнович · книга
9. «

   Кто плывет по течению, никогда не достигнет источника.

   Кто плывет по течению, никогда не достигнет источника.

   — Клаус-Петер Тиле
10. «

    Жизнь бессмысленна и полна лжи, darling. Мы слишком проницательны, чтобы довольствоваться массовыми наркотиками: долгом, культурным прогрессом, религией и философией.

    Жизнь бессмысленна и полна лжи, darling. Мы слишком проницательны, чтобы довольствоваться массовыми наркотиками: долгом, культурным прогрессом, религией и философией.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Скряги не верят в будущую жизнь, для них все — в настоящем. Эта мысль проливает ужасающий свет на современную эпоху, когда, больше чем в какое бы то ни было другое время, деньги владычествуют над законами, политикой и нравами. Установления, книги, люди и учения — все сговорилось подорвать веру в будущую жизнь, на которую опиралось общество в продолжение восемнадцати столетий. Ныне могила — переход, которого мало боятся. Будущее, ожидающее нас по ту сторону Реквиема, переместилось в настоящее. Достигнуть per fas et nefas земного рая роскоши и суетных наслаждений, превратить сердце в камень, а тело изнурить ради обладания преходящими благами, как некогда претерпевали смертельные муки в чаянии вечных благ, — такова всеобщая мысль! Мысль, к тому же начертанная всюду, вплоть до законов, вопрошающих законодателя: «Что платишь?» — вместо того, чтобы сказать ему: «Что мыслишь?» Когда учение это перейдет от буржуазии в народ, что станется со страною?

    Скряги не верят в будущую жизнь, для них все — в настоящем. Эта мысль проливает ужасающий свет на современную эпоху, когда, больше чем в какое бы то ни было другое время, деньги владычествуют над законами, политикой и нравами. Установления, книги, люди и учения — все сговорилось подорвать веру в будущую жизнь, на которую опиралось общество в продолжение восемнадцати столетий. Ныне могила — переход, которого мало боятся. Будущее, ожидающее нас по ту сторону Реквиема, переместилось в настоящее. Достигнуть per fas et nefas земного рая роскоши и суетных наслаждений, превратить сердце в камень, а тело изнурить ради обладания преходящими благами, как некогда претерпевали смертельные муки в чаянии вечных благ, — такова всеобщая мысль! Мысль, к тому же начертанная всюду, вплоть до законов, вопрошающих законодателя: «Что платишь?» — вместо того, чтобы сказать ему: «Что мыслишь?» Когда учение это перейдет от буржуазии в народ, что станется со страною?

    — Оноре де Бальзак · книга
12. «

    Рабочая сила с более высокими моральными качествами более производительна, чем грубо эксплуатируемая масса.

    Рабочая сила с более высокими моральными качествами более производительна, чем грубо эксплуатируемая масса.

    — Альфред Нобель
13. «

    Буржуазия только тогда признает государство сильным, когда оно может всей мощью правительственного аппарата бросить массы туда, куда хотят буржуазные правители. Наше понятие о силе иное. По нашему представлению государство сильно сознательностью масс. Оно сильно тогда, когда массы все знают, обо всем могут судить и идут на все сознательно.

    Буржуазия только тогда признает государство сильным, когда оно может всей мощью правительственного аппарата бросить массы туда, куда хотят буржуазные правители. Наше понятие о силе иное. По нашему представлению государство сильно сознательностью масс. Оно сильно тогда, когда массы все знают, обо всем могут судить и идут на все сознательно.

    — Владимир Ильич Ленин
14. «

    Массы тоже могут быть одинокими.

    Массы тоже могут быть одинокими.

    — Станислав Ежи Лец
15. «

    И массы могут чувствовать себя одинокими.

    И массы могут чувствовать себя одинокими.

    — Станислав Ежи Лец
16. «

    Все герои умирают от переработок... Герои не сделаны из врождённого таланта, они созданы обстоятельствами. Могущественные враги, люди, которых нужно защищать, убеждения, которые нужно поддерживать... Если все эти условия соблюдены, любой может легко стать героем. Когда массы желают этого, незначительный человек может только отойти на задний план и даже не понять, что это ловушка.

    Все герои умирают от переработок... Герои не сделаны из врождённого таланта, они созданы обстоятельствами. Могущественные враги, люди, которых нужно защищать, убеждения, которые нужно поддерживать... Если все эти условия соблюдены, любой может легко стать героем. Когда массы желают этого, незначительный человек может только отойти на задний план и даже не понять, что это ловушка.

    — Икута Солорк · аниме
17. «

    Не важно, как думают все, Не важно, что их миллионы. Забудь про свою уникальность, Твори системы, меняй законы.

    Не важно, как думают все, Не важно, что их миллионы. Забудь про свою уникальность, Твори системы, меняй законы.
18. «

    Главное в жизни барана — найти своё место в стаде.

    Главное в жизни барана — найти своё место в стаде.

    — Михаил Михайлович Мамчич
19. «

    Массы никогда не восстают сами по себе и никогда не восстают только потому, что они угнетены. Больше того, они даже не сознают, что угнетены, пока им не дали возможности сравнивать.

    Массы никогда не восстают сами по себе и никогда не восстают только потому, что они угнетены. Больше того, они даже не сознают, что угнетены, пока им не дали возможности сравнивать.

    — Джордж Оруэлл · книга