473 фразы на тему «мать» для дневника

Тема «мать» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 473 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я падала больно, ревела, вставала, колени и локти я в кровь разбивала, а мама, лаская дрожащий комочек, шептала: «Ходить ты научишься, дочка!» Колени в порядке — шагаю, не трушу, но вот спотыкаюсь и — вдребезги душу!.. Осколки в газетку смету осторожно, свое пентамино сложить мне несложно: вот место любви и надежды, вот — веры, вот это — привычки, а это — манеры, тут место забот и печалей, тут — жалость, ну вот, посмотри, еще много осталось! Достоинство, гордость, к мещанству презренье, а эти осколки — мои озаренья... Вот тут потускнело, а там — потерялось, я слезы не лью — еще много осталось! Жестокость и трусость — крупинки металла (с асфальта ведь я все подряд наметала!) - и зависть, и подлость, и жадности крохи ползут по душе, ищут места, как блохи. Я им не позволю забраться поглубже, я лучше опять раскрошу свою душу - столкну с подоконника жестко и грубо, а после возьму семикратную лупу, промою осколки, чтоб каждую малость сложить и сказать: «Еще много осталось!»

   Я падала больно, ревела, вставала, колени и локти я в кровь разбивала, а мама, лаская дрожащий комочек, шептала: «Ходить ты научишься, дочка!» Колени в порядке — шагаю, не трушу, но вот спотыкаюсь и — вдребезги душу!.. Осколки в газетку смету осторожно, свое пентамино сложить мне несложно: вот место любви и надежды, вот — веры, вот это — привычки, а это — манеры, тут место забот и печалей, тут — жалость, ну вот, посмотри, еще много осталось! Достоинство, гордость, к мещанству презренье, а эти осколки — мои озаренья... Вот тут потускнело, а там — потерялось, я слезы не лью — еще много осталось! Жестокость и трусость — крупинки металла (с асфальта ведь я все подряд наметала!) - и зависть, и подлость, и жадности крохи ползут по душе, ищут места, как блохи. Я им не позволю забраться поглубже, я лучше опять раскрошу свою душу - столкну с подоконника жестко и грубо, а после возьму семикратную лупу, промою осколки, чтоб каждую малость сложить и сказать: «Еще много осталось!»
2. «

   Мы любим своих матерей, почти не задумываясь об этом, И не осознаем всей глубины этой любви, пока не расстанемся навсегда.

   Мы любим своих матерей, почти не задумываясь об этом, И не осознаем всей глубины этой любви, пока не расстанемся навсегда.

   — Ги де Мопассан
3. «

   В день её смерти — клянусь, это правда — садовые пчёлы не вылетели из ульев, ни одна из них не собирала мёд у нас в саду, будто они знали... Я бы хотел хоть на пять минут превратиться в маленького мальчика, спрятавшегося ото всех в кольце её рук, убаюканного звуком её голоса. Ещё раз почувствовать, как бегут по спине мурашки при пробуждении от сна, когда она зовет меня, проводя пальцем по подбородку.

   В день её смерти — клянусь, это правда — садовые пчёлы не вылетели из ульев, ни одна из них не собирала мёд у нас в саду, будто они знали... Я бы хотел хоть на пять минут превратиться в маленького мальчика, спрятавшегося ото всех в кольце её рук, убаюканного звуком её голоса. Ещё раз почувствовать, как бегут по спине мурашки при пробуждении от сна, когда она зовет меня, проводя пальцем по подбородку.

   — Марк Леви · книга
4. «

   Женщины слабы, но матери сильны.

   Женщины слабы, но матери сильны.

   — Виктор Гюго · книга
5. «

   Мама, в этом доме я не имею права ни на какую часть, но я часть тебя, и ее никто не сможет у меня отнять, даже ты!

   Мама, в этом доме я не имею права ни на какую часть, но я часть тебя, и ее никто не сможет у меня отнять, даже ты!

   — Девдас (Devdas) (2002) · фильм
6. «

   Вчера подхожу к маме, и говарю: «Мама дай денег», а мама говорит: «Позвjни Алёне — Алёна даст».

   Вчера подхожу к маме, и говарю: «Мама дай денег», а мама говорит: «Позвjни Алёне — Алёна даст».
7. «

   Твоя мать умерла, пытаясь спасти тебя. Если на свете есть что-то, чего Волан-де-Морт не в силах понять, — это любовь. Он не мог осознать, что любовь — такая сильная любовь, которую испытывала к тебе твоя мать — оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим... Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой. Твоя защита кроется в твоей коже. Именно поэтому Квиррелл, полный ненависти, жадности и амбиций, разделивший свою душу с Волан-де-Мортом, не смог прикоснуться к тебе. Прикосновение к человеку, отмеченному таким сильным и добрым чувством, как любовь, вызывало у него нестерпимую боль.

   Твоя мать умерла, пытаясь спасти тебя. Если на свете есть что-то, чего Волан-де-Морт не в силах понять, — это любовь. Он не мог осознать, что любовь — такая сильная любовь, которую испытывала к тебе твоя мать — оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим... Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой. Твоя защита кроется в твоей коже. Именно поэтому Квиррелл, полный ненависти, жадности и амбиций, разделивший свою душу с Волан-де-Мортом, не смог прикоснуться к тебе. Прикосновение к человеку, отмеченному таким сильным и добрым чувством, как любовь, вызывало у него нестерпимую боль.

   — Джоан Роулинг · книга
8. «

   «Наташа у меня, к счастью, холодна, — говаривала она, — не в меня... тем лучше. Она будет счастлива». Дарья Михайловна ошибалась. Впрочем, редкая мать понимает дочь свою.

   «Наташа у меня, к счастью, холодна, — говаривала она, — не в меня... тем лучше. Она будет счастлива». Дарья Михайловна ошибалась. Впрочем, редкая мать понимает дочь свою.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
9. «

   Что ты дурак, про то я одна знала. А ты хочешь всей Москве показать...

   Что ты дурак, про то я одна знала. А ты хочешь всей Москве показать...

   — Анна Ивановна Анненкова (мать Анненкова) · фильм
10. «

    В нашей семье слово отца было закон. Слово мамы было другой закон. Иногда эти законы друг другу противоречили, и определить, кто прав, а кто дурак, помогал только скандал.

    В нашей семье слово отца было закон. Слово мамы было другой закон. Иногда эти законы друг другу противоречили, и определить, кто прав, а кто дурак, помогал только скандал.

    — Фред Адра · книга
11. «

    Вдруг ощутила инстинктом самки, теряющей детеныша, что ей надо думать не о том, как вернуть сына на правильный путь, а только о том, как его не потерять.

    Вдруг ощутила инстинктом самки, теряющей детеныша, что ей надо думать не о том, как вернуть сына на правильный путь, а только о том, как его не потерять.

    — Елена Котова · книга
12. «

    Любовь никогда не причиняет мне страданий, — объяснил юноша. — Мое сердце способна разбить лишь смерть мамы.

    Любовь никогда не причиняет мне страданий, — объяснил юноша. — Мое сердце способна разбить лишь смерть мамы.

    — Санта Монтефиоре · книга
13. «

    Hо раз в году хотя бы, кажется, так просто Вернуться к тихой радости родимых глаз, Hо мы спешим к вершинам творческого роста И мамы понимают, не тревожат нас. И ждут, и врут опять немножечко соседям, Похлебывая тот же ягодный кисель, Что, может быть, на Новый год домой приедем, А нас несет опять за тридевять земель.

    Hо раз в году хотя бы, кажется, так просто Вернуться к тихой радости родимых глаз, Hо мы спешим к вершинам творческого роста И мамы понимают, не тревожат нас. И ждут, и врут опять немножечко соседям, Похлебывая тот же ягодный кисель, Что, может быть, на Новый год домой приедем, А нас несет опять за тридевять земель.
14. «

    О дочерях женщины не помнят. Что такое дочь? Просто напоминание о боли, младшее подобие тебя самой, обречённое пройти через то же, что и ты, тянуть ту же лямку и плакать теми же слезами.

    О дочерях женщины не помнят. Что такое дочь? Просто напоминание о боли, младшее подобие тебя самой, обречённое пройти через то же, что и ты, тянуть ту же лямку и плакать теми же слезами.

    — Колин Маккалоу · книга
15. «

    Воспоминание о матери рвало ему сердце потому, что она умерла, любя его, а он был слишком молод и эгоистичен, чтобы любить ответно, и потому, что она каким-то образом — он не помнил, каким — принесла себя в жертву идее верности, которая была личной и несокрушимой.

    Воспоминание о матери рвало ему сердце потому, что она умерла, любя его, а он был слишком молод и эгоистичен, чтобы любить ответно, и потому, что она каким-то образом — он не помнил, каким — принесла себя в жертву идее верности, которая была личной и несокрушимой.

    — Джордж Оруэлл · книга
16. «

    Мать — Бог в глазах ребёнка.

    Мать — Бог в глазах ребёнка.

    — Сибил Беннет · фильм
17. «

    J'ai gâché mes jours, sans trouver l'amour, tu me l'avais dit, quand je suis parti Et quand le chagrin, vous prend par la main Alors on se souvient que sans toi on est rien.

    J'ai gâché mes jours, sans trouver l'amour, tu me l'avais dit, quand je suis parti Et quand le chagrin, vous prend par la main Alors on se souvient que sans toi on est rien.
18. «

    «Тинь-дан-дан, тиги-ди дан-дан» Маме твоей я сказал тогда. Видимо сбылись мамины мечты, Лучший мой подарочек — это ты!

    «Тинь-дан-дан, тиги-ди дан-дан» Маме твоей я сказал тогда. Видимо сбылись мамины мечты, Лучший мой подарочек — это ты!
19. «

    — Взгляни вот на эту, — указал я ему на третью иллюстрацию. — В ней есть определенный смысл. Как ты ее понимаешь? Он рассматривал ее несколько минут. — Девочка больна, — заговорил он наконец. — Вот — доктор, смотрит на нее. Они всю ночь не спали: видишь — в лампе мало керосина, в окне — рассвет. Болезнь тяжелая; может быть, девочка умрет, поэтому доктор такой хмурый. А это — мать. Болезнь тяжелая: мать положила голову на стол и плачет. — Откуда ты знаешь, что плачет? — перебил я. — Ведь лица не видно. Может быть, она спит? Ситка Чарли удивленно взглянул на меня, потом опять на картину. Было ясно, что впечатление его было безотчетным. — Может, и спит, — согласился он. Потом посмотрел внимательнее. — Нет, не спит. По плечам видно, что не спит. Я видел, как плачут женщины — у них такие плечи. Мать плачет. Болезнь очень тяжелая.

    — Взгляни вот на эту, — указал я ему на третью иллюстрацию. — В ней есть определенный смысл. Как ты ее понимаешь? Он рассматривал ее несколько минут. — Девочка больна, — заговорил он наконец. — Вот — доктор, смотрит на нее. Они всю ночь не спали: видишь — в лампе мало керосина, в окне — рассвет. Болезнь тяжелая; может быть, девочка умрет, поэтому доктор такой хмурый. А это — мать. Болезнь тяжелая: мать положила голову на стол и плачет. — Откуда ты знаешь, что плачет? — перебил я. — Ведь лица не видно. Может быть, она спит? Ситка Чарли удивленно взглянул на меня, потом опять на картину. Было ясно, что впечатление его было безотчетным. — Может, и спит, — согласился он. Потом посмотрел внимательнее. — Нет, не спит. По плечам видно, что не спит. Я видел, как плачут женщины — у них такие плечи. Мать плачет. Болезнь очень тяжелая.

    — Джек Лондон · книга
20. «

    Ты не хочешь стать такой, как твоя мать. Но относишься ко всем точно так же, как мать относится к тебе. С меня хватит, Стелла. Теперь точно.

    Ты не хочешь стать такой, как твоя мать. Но относишься ко всем точно так же, как мать относится к тебе. С меня хватит, Стелла. Теперь точно.

    — Скай (Sky) · сериал