30 сильных цитат: «метро»

30 цитат про «метро»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Идти против толпы или перпендикулярно ей в час пик на Пушкинской — ещё один из способов как покончить с собой.

   Идти против толпы или перпендикулярно ей в час пик на Пушкинской — ещё один из способов как покончить с собой.
2. «

   — Никакого метро в Лос-Анджелесе нет! — Есть! — Где? Почему я не видела? — Оно под землёй.

   — Никакого метро в Лос-Анджелесе нет! — Есть! — Где? Почему я не видела? — Оно под землёй.

   — Гордон (бармен) · фильм
3. «

   ... ехать в метро — всё равно как сидеть в самих часах. Станции — это минуты.

   ... ехать в метро — всё равно как сидеть в самих часах. Станции — это минуты.

   — Хулио Кортасар · книга
4. «

   Верх нелепости: иметь ангела-хранителя и не иметь денег на метро.

   Верх нелепости: иметь ангела-хранителя и не иметь денег на метро.

   — Дон-Аминадо
5. «

   Если к Вам не прижимаются в метро, это не значит, что метро в Париже не существует.

   Если к Вам не прижимаются в метро, это не значит, что метро в Париже не существует.

   — Виржиния Ренуар · фильм
6. «

   Почему, если стоишь рядом с информационным столбом в метро многие думают, что информационный столб — это ты?

   Почему, если стоишь рядом с информационным столбом в метро многие думают, что информационный столб — это ты?
7. «

   Мне кажется, что если створки дверей как следует заточить, то давки в метро стало бы меньше.

   Мне кажется, что если створки дверей как следует заточить, то давки в метро стало бы меньше.
8. «

   — Он превысил скоростной режим. На двадцать километров в час. Не звучит безрассудно. Это не ужасное нарушение, но фатальное при аварии. — А я никогда не превышаю скорость. Это называется ездить на метро.

   — Он превысил скоростной режим. На двадцать километров в час. Не звучит безрассудно. Это не ужасное нарушение, но фатальное при аварии. — А я никогда не превышаю скорость. Это называется ездить на метро.

   — Марриса Морган · сериал
9. «

   Представляю, как ты слушаешь эту веселую песню в метро с каменным ебалом.

   Представляю, как ты слушаешь эту веселую песню в метро с каменным ебалом.
10. «

    То, что называется давкой в метро, в ночных клубах считается приятной близостью.

    То, что называется давкой в метро, в ночных клубах считается приятной близостью.

    — Александр фон Шенбург · книга
11. «

    Естественно, в час пик строить глазки некогда. Пассажиру надо сесть в вагон, машинисту – удержаться в графике. Тем временем набитый под завязку поезд увозит две тысячи народу. Два полка офисной пехоты за один раз. И пускай такие числа плохо укладываются в голове, но за год один-единственный машинист перевозит больше миллиона человек. Оставаясь для них невидимкой.

    Естественно, в час пик строить глазки некогда. Пассажиру надо сесть в вагон, машинисту – удержаться в графике. Тем временем набитый под завязку поезд увозит две тысячи народу. Два полка офисной пехоты за один раз. И пускай такие числа плохо укладываются в голове, но за год один-единственный машинист перевозит больше миллиона человек. Оставаясь для них невидимкой.

    — Олег Дивов · книга
12. «

    Он идёт с работы, он едет в метро. Он в толпе людей пробирается к выходу. Он глядит вокруг и склоняется к выводу, Что зло уже давно победило добро.

    Он идёт с работы, он едет в метро. Он в толпе людей пробирается к выходу. Он глядит вокруг и склоняется к выводу, Что зло уже давно победило добро.
13. «

    Смена начинается не с медосмотра, не с изучения инструктажей и приказов и даже не с подписи в журнале заступления. Смена начинается с тихого щелчка контроллера при переводе ручки в «Ход-1», с шипения воздуха, уходящего из тормозных цилиндров. Надвигается тьма тоннеля, разрезаемая фарами, и — одиночество. Ты остаешься один на один с поездом, с табачным дымом, витающим под потолком кабины. Сутки длиною в перегон. Тьма — свет, ночь — день. Встречи длиною в секунды. Город живет своей жизнью, мы своей. Ход, тормоз, информатор, двери открыл, информатор, двери закрыл, ход… Все те же рельсы, те же станции… Лица пассажиров на платформе сливаются в серую полосу. Только как вспышки из толпы прорываются эмоции. Вот кто-то спорит, кто-то ругается, а кто-то настолько заразительно смеется, что самому хочется улыбнуться. Тоннель — станция, тьма — свет, ночь — день. Каждый перегон — сутки в миниатюре.

    Смена начинается не с медосмотра, не с изучения инструктажей и приказов и даже не с подписи в журнале заступления. Смена начинается с тихого щелчка контроллера при переводе ручки в «Ход-1», с шипения воздуха, уходящего из тормозных цилиндров. Надвигается тьма тоннеля, разрезаемая фарами, и — одиночество. Ты остаешься один на один с поездом, с табачным дымом, витающим под потолком кабины. Сутки длиною в перегон. Тьма — свет, ночь — день. Встречи длиною в секунды. Город живет своей жизнью, мы своей. Ход, тормоз, информатор, двери открыл, информатор, двери закрыл, ход… Все те же рельсы, те же станции… Лица пассажиров на платформе сливаются в серую полосу. Только как вспышки из толпы прорываются эмоции. Вот кто-то спорит, кто-то ругается, а кто-то настолько заразительно смеется, что самому хочется улыбнуться. Тоннель — станция, тьма — свет, ночь — день. Каждый перегон — сутки в миниатюре.

    — Олег Дивов · книга
14. «

    — Заметил, что у 60% населения Москвы, при спуске в метро выключается мозг — Они просто связь с сервером теряют.

    — Заметил, что у 60% населения Москвы, при спуске в метро выключается мозг — Они просто связь с сервером теряют.
15. «

    Потеряем его – будем пользоваться подземкой. А это хуже смерти.

    Потеряем его – будем пользоваться подземкой. А это хуже смерти.

    — Виктор Манча (Victor Mancha)
16. «

    У метро особый вкус – осмысленности. От станции до станции есть цель.

    У метро особый вкус – осмысленности. От станции до станции есть цель.
17. «

    Есть отличие между Москвой и Петербургом. Я недавно нашёл ещё одно: мне кажется, в этих городах по-разному относятся к великим историческим личностям. Приведу пример. В Питере есть станция метро «Площадь Ленина», а в Москве станция метро называется «Площадь Ильича». Ильича — это что за панибратство? Я считаю, что назвать Ленина Ильичом может только один человек в мире. Это сотрудник мавзолея, который его купает каждый год.

    Есть отличие между Москвой и Петербургом. Я недавно нашёл ещё одно: мне кажется, в этих городах по-разному относятся к великим историческим личностям. Приведу пример. В Питере есть станция метро «Площадь Ленина», а в Москве станция метро называется «Площадь Ильича». Ильича — это что за панибратство? Я считаю, что назвать Ленина Ильичом может только один человек в мире. Это сотрудник мавзолея, который его купает каждый год.

    — Вадим Якунин
18. «

    Не знаю, как объяснить, но в подземке, в туннеле, для тебя не важно, на какой ты глубине, движение снимает это ощущение. Но когда движение прекращается, тебя начинает душить. И ты смотришь на потолок вагона и понимаешь, что у тебя над головой – земля, метры, метры.

    Не знаю, как объяснить, но в подземке, в туннеле, для тебя не важно, на какой ты глубине, движение снимает это ощущение. Но когда движение прекращается, тебя начинает душить. И ты смотришь на потолок вагона и понимаешь, что у тебя над головой – земля, метры, метры.

    — Хулио Кортасар · книга
19. «

    В метро рядом со мной садится парень с подарком. Через две остановки дочитывает книгу, убирает в сумку. Открывает подарок, там фотоальбом, он просматривает его, смеется, улыбается, многие фотографии с надписями. В конце фотоальбома — лист а4, на нем — «я ухожу от тебя». Когда он посмотрел на меня, я вышла из вагона.

    В метро рядом со мной садится парень с подарком. Через две остановки дочитывает книгу, убирает в сумку. Открывает подарок, там фотоальбом, он просматривает его, смеется, улыбается, многие фотографии с надписями. В конце фотоальбома — лист а4, на нем — «я ухожу от тебя». Когда он посмотрел на меня, я вышла из вагона.
20. «

    ...толпы торопливых парижан устремились к метро, точно к глубокой пропасти, куда бросаешься, чтобы принести себя в жертву некоему сумрачному божеству.

    ...толпы торопливых парижан устремились к метро, точно к глубокой пропасти, куда бросаешься, чтобы принести себя в жертву некоему сумрачному божеству.

    — Эрих Мария Ремарк · книга