126 лучших мыслей на тему «миф»

Тема «миф» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 126 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Чего ты хочешь? — Хочу быть счастливым, но счастье — миф, и проще ответить «ничего».

   — Чего ты хочешь? — Хочу быть счастливым, но счастье — миф, и проще ответить «ничего».
2. «

   Я не хочу быть мифом. Миф — результат недосказанности. Каждый сам посадил в себе семена мифа, главное, не дать им разрастись.

   Я не хочу быть мифом. Миф — результат недосказанности. Каждый сам посадил в себе семена мифа, главное, не дать им разрастись.
3. «

   Боги берегут дождевую воду, и порой ее приходится выпрашивать, поднимать руки к небу, молить о ней и приносить богам жертвы.

   Боги берегут дождевую воду, и порой ее приходится выпрашивать, поднимать руки к небу, молить о ней и приносить богам жертвы.

   — Яромир Слушны · книга
4. «

   Когда сплетни стареют, они становятся мифами.

   Когда сплетни стареют, они становятся мифами.

   — Станислав Ежи Лец
5. «

   Главное, что остается от истории — это миф. И ценна она как миф. <...> Реальный брак Ахматовой и Гумилева гораздо менее интересен и в общем гораздо менее сложен, нежели тот великолепный, двумя перьями, лучшими перьями Серебряного века сочиненный миф, который они потом об этом написали. Поэтому нельзя не согласиться… я понимаю, прогрессивная общественность никак мне не позволяет этого согласия, но ничего не поделаешь, вот я бы не хотел, чтобы кто-то знал мою биографию. А миф меня устраивает.

   Главное, что остается от истории — это миф. И ценна она как миф. <...> Реальный брак Ахматовой и Гумилева гораздо менее интересен и в общем гораздо менее сложен, нежели тот великолепный, двумя перьями, лучшими перьями Серебряного века сочиненный миф, который они потом об этом написали. Поэтому нельзя не согласиться… я понимаю, прогрессивная общественность никак мне не позволяет этого согласия, но ничего не поделаешь, вот я бы не хотел, чтобы кто-то знал мою биографию. А миф меня устраивает.

   — Дмитрий Львович Быков
6. «

   Миф рассеивается, как только в него перестает верить большинство.

   Миф рассеивается, как только в него перестает верить большинство.

   — Юваль Ной Харари · книга
7. «

   Сегодня всем хочется разрушать мифы – я нахожу это глупым и вульгарным. Куда легче развенчать легенду, чем ее создать, – и что же, интересно, выиграют, развенчав ее? Зато я знаю, что теряют.

   Сегодня всем хочется разрушать мифы – я нахожу это глупым и вульгарным. Куда легче развенчать легенду, чем ее создать, – и что же, интересно, выиграют, развенчав ее? Зато я знаю, что теряют.

   — Амели Нотомб · книга
8. «

   Боги так устроили, что год постоянно меняет свое лицо, его дни бегут, как положено по календарю. Сперва это юноша, по-весеннему расцветающий, требующий того, что никогда ему не принадлежало. Потом из него вырастет мужчина — лето. А отдав свою зрелость, он замедляет шаг. Тихая осень, зовущая отдохнуть, приходит вовремя. И наконец его охватывает сон посреди зимы, прикрывая снежной периной. Во сне он будет набираться силы и, когда его позовет солнышко, опять вскочит, потянется к светилу.

   Боги так устроили, что год постоянно меняет свое лицо, его дни бегут, как положено по календарю. Сперва это юноша, по-весеннему расцветающий, требующий того, что никогда ему не принадлежало. Потом из него вырастет мужчина — лето. А отдав свою зрелость, он замедляет шаг. Тихая осень, зовущая отдохнуть, приходит вовремя. И наконец его охватывает сон посреди зимы, прикрывая снежной периной. Во сне он будет набираться силы и, когда его позовет солнышко, опять вскочит, потянется к светилу.

   — Яромир Слушны · книга
9. «

   Древние скандинавы верили, что воинов, павших на поле брани, ожидает Валгалла, вечная пирушка в чертогах Одина. Интересно, валькирии прилетают за павшими на другие планеты или поле их деятельности ограничено только родной планетой человечества?

   Древние скандинавы верили, что воинов, павших на поле брани, ожидает Валгалла, вечная пирушка в чертогах Одина. Интересно, валькирии прилетают за павшими на другие планеты или поле их деятельности ограничено только родной планетой человечества?

   — Роман Злотников · книга
10. «

    Мифы — это анекдоты, ставшие легендами.

    Мифы — это анекдоты, ставшие легендами.

    — Аркадий Филиппович Давидович
11. «

    В каждом мифе есть зерно истины.

    В каждом мифе есть зерно истины.

    — Яков · игра
12. «

    Вот она любовь с первого взгляда по одним фотографиям, вот он принц на белом коне, всё так, за исключением одного — и принц, и его конь не для меня, а мне остается только безответная любовь и... навоз его Пегаса. Или Буцефала... Или... кто там у нас ещё есть из знаменитых коней? Кентавр Хирон, например.

    Вот она любовь с первого взгляда по одним фотографиям, вот он принц на белом коне, всё так, за исключением одного — и принц, и его конь не для меня, а мне остается только безответная любовь и... навоз его Пегаса. Или Буцефала... Или... кто там у нас ещё есть из знаменитых коней? Кентавр Хирон, например.

    — Эва Хансен · книга
13. «

    Прошлое и будущее — лишь миф. Прошлое есть не что иное, как мертвое настоящее, а будущего все равно не существует, потому что к тому времени, как мы добираемся до будущего, оно превращается в настоящее. Настоящее — это все, что у нас есть. Вечно движущееся, вечно меняющееся настоящее. Оно ускользает из рук. Его можно поймать, только отпустив.

    Прошлое и будущее — лишь миф. Прошлое есть не что иное, как мертвое настоящее, а будущего все равно не существует, потому что к тому времени, как мы добираемся до будущего, оно превращается в настоящее. Настоящее — это все, что у нас есть. Вечно движущееся, вечно меняющееся настоящее. Оно ускользает из рук. Его можно поймать, только отпустив.

    — Мэтт Хейг · книга
14. «

    В моем сборнике мифов Древней Греции было написано: нарцисс назван по имени одного красивого юноши, настолько прекрасного, что он влюбился в самого себя. Увидев свое отражение в воде, он так и не смог оторваться от него и в конце концов умер, а богам пришлось превратить его в цветок. Я читал, и мне представлялся самый прекрасный цветок в мире. Как же я был разочарован, узнав, что это просто белый нарцисс.

    В моем сборнике мифов Древней Греции было написано: нарцисс назван по имени одного красивого юноши, настолько прекрасного, что он влюбился в самого себя. Увидев свое отражение в воде, он так и не смог оторваться от него и в конце концов умер, а богам пришлось превратить его в цветок. Я читал, и мне представлялся самый прекрасный цветок в мире. Как же я был разочарован, узнав, что это просто белый нарцисс.

    — Нил Гейман · книга
15. «

    В те давние времена граница между живым и мертвым была еще очень тонкой, и многих живых постигло тяжкое наказание: они превратились в камни и лишь изредка им удавалось вернуться в свое прежнее состояние. Так камни стали предметами поклонения, символом силы, смирения и очищения.

    В те давние времена граница между живым и мертвым была еще очень тонкой, и многих живых постигло тяжкое наказание: они превратились в камни и лишь изредка им удавалось вернуться в свое прежнее состояние. Так камни стали предметами поклонения, символом силы, смирения и очищения.

    — Яромир Слушны · книга
16. «

    – Однако, я думаю, у каждого мифа, у каждой легенды должны быть какие-то корни. И у этих корней что-то лежит. – Лежит, – согласился Геральт. – Чаще всего мечта, желание, тоска. Уверенность, что нет предела возможному. А иногда – случай.

    – Однако, я думаю, у каждого мифа, у каждой легенды должны быть какие-то корни. И у этих корней что-то лежит. – Лежит, – согласился Геральт. – Чаще всего мечта, желание, тоска. Уверенность, что нет предела возможному. А иногда – случай.

    — Анджей Сапковский · книга
17. «

    Миф — основа искусства и его первичный материал, ибо миф есть бессознательное, непроизвольное, стихийное творчество.

    Миф — основа искусства и его первичный материал, ибо миф есть бессознательное, непроизвольное, стихийное творчество.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
18. «

    Медведь встал на четыре лапы, произведя немало шума, и изрек: — Мы можем разговаривать, о дитя смертного, но ты не должен бояться, потому что под этой звериной шкурой мы носим... ну, не шкурой, в смысле, но только шкурой, мы ведь и в самом деле медведь, лис и большая птица, вот ведь беда какая, в общем, мы... на чем я остановился? — Боги! — проскрипел орел. — Боги? — переспросил Одд. — Ага, боги, — вздохнул медведь. — Я как раз к тому вел. Я Тор, Бог Грома. Орел — Бог Один, Всеотец, величайший из богов. А этот назойливый, ушастый коротышка-лис... — Локи, — спокойно сказал лис. — Кровный брат богам. Самый умный, самый острый на язык, самый блестящий из обитателей Асгарда, по крайней мере, так говорят...

    Медведь встал на четыре лапы, произведя немало шума, и изрек: — Мы можем разговаривать, о дитя смертного, но ты не должен бояться, потому что под этой звериной шкурой мы носим... ну, не шкурой, в смысле, но только шкурой, мы ведь и в самом деле медведь, лис и большая птица, вот ведь беда какая, в общем, мы... на чем я остановился? — Боги! — проскрипел орел. — Боги? — переспросил Одд. — Ага, боги, — вздохнул медведь. — Я как раз к тому вел. Я Тор, Бог Грома. Орел — Бог Один, Всеотец, величайший из богов. А этот назойливый, ушастый коротышка-лис... — Локи, — спокойно сказал лис. — Кровный брат богам. Самый умный, самый острый на язык, самый блестящий из обитателей Асгарда, по крайней мере, так говорят...

    — Нил Гейман · книга
19. «

    0001320. Когда родители перестает быть волшебниками, дети перестают верить в сказки.

    0001320. Когда родители перестает быть волшебниками, дети перестают верить в сказки.
20. «

    Сновидение — это персонифицированный миф, а миф — это деперсонифицированное сновидение; как миф, так и сновидение символически в целом одинаково выражают динамику психики. Но в сновидении образы искажены специфическими проблемами сновидца, в то время как в мифе их разрешения представлены в виде, прямо однозначном для всего человечества.

    Сновидение — это персонифицированный миф, а миф — это деперсонифицированное сновидение; как миф, так и сновидение символически в целом одинаково выражают динамику психики. Но в сновидении образы искажены специфическими проблемами сновидца, в то время как в мифе их разрешения представлены в виде, прямо однозначном для всего человечества.

    — Джозеф Кэмпбелл · книга