125 цитат про «миф» — коротко и по делу

Тема «миф» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 125 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Неизведанного-то — гораздо больше, чем изведанного... А в объяснениях нуждаются все. Слишком важных вещей это всё касается. Жизни и смерти иногда. Вот и придумывают [люди] себе и близким потихоньку правдоподобные объяснения на все более или менее важные случаи жизни. И начинают в них верить.

   Неизведанного-то — гораздо больше, чем изведанного... А в объяснениях нуждаются все. Слишком важных вещей это всё касается. Жизни и смерти иногда. Вот и придумывают [люди] себе и близким потихоньку правдоподобные объяснения на все более или менее важные случаи жизни. И начинают в них верить.

   — Валерий Рабинович · книга
2. «

   Недостаток памяти у человечества способствует упрочению мифов.

   Недостаток памяти у человечества способствует упрочению мифов.

   — Станислав Ежи Лец · книга
3. «

   — ...потом Сет стал завидовать своему брату Осирису и убил его. — Прямо как Каин и Авель. — Да, удивительно, как многие сюжеты совпадают.

   — ...потом Сет стал завидовать своему брату Осирису и убил его. — Прямо как Каин и Авель. — Да, удивительно, как многие сюжеты совпадают.

   — Говард Картер · сериал
4. «

   Медведь встал на четыре лапы, произведя немало шума, и изрек: — Мы можем разговаривать, о дитя смертного, но ты не должен бояться, потому что под этой звериной шкурой мы носим... ну, не шкурой, в смысле, но только шкурой, мы ведь и в самом деле медведь, лис и большая птица, вот ведь беда какая, в общем, мы... на чем я остановился? — Боги! — проскрипел орел. — Боги? — переспросил Одд. — Ага, боги, — вздохнул медведь. — Я как раз к тому вел. Я Тор, Бог Грома. Орел — Бог Один, Всеотец, величайший из богов. А этот назойливый, ушастый коротышка-лис... — Локи, — спокойно сказал лис. — Кровный брат богам. Самый умный, самый острый на язык, самый блестящий из обитателей Асгарда, по крайней мере, так говорят...

   Медведь встал на четыре лапы, произведя немало шума, и изрек: — Мы можем разговаривать, о дитя смертного, но ты не должен бояться, потому что под этой звериной шкурой мы носим... ну, не шкурой, в смысле, но только шкурой, мы ведь и в самом деле медведь, лис и большая птица, вот ведь беда какая, в общем, мы... на чем я остановился? — Боги! — проскрипел орел. — Боги? — переспросил Одд. — Ага, боги, — вздохнул медведь. — Я как раз к тому вел. Я Тор, Бог Грома. Орел — Бог Один, Всеотец, величайший из богов. А этот назойливый, ушастый коротышка-лис... — Локи, — спокойно сказал лис. — Кровный брат богам. Самый умный, самый острый на язык, самый блестящий из обитателей Асгарда, по крайней мере, так говорят...

   — Нил Гейман · книга
5. «

   Развеян миф. И камня не осталось, холодный ветер дует на пески, и волчий вой, из песни только малость да из проклятья первых две строки. Но вдох и взор и снова пилигримом становится незримая Душа, и вот гарцует Дух непобедимый, мечта стает до боли хороша. По капле исполняются заветы из крови от меча судьбы — то знак, что воздается по делам ответом, отныне и вовек. Да будет так.

   Развеян миф. И камня не осталось, холодный ветер дует на пески, и волчий вой, из песни только малость да из проклятья первых две строки. Но вдох и взор и снова пилигримом становится незримая Душа, и вот гарцует Дух непобедимый, мечта стает до боли хороша. По капле исполняются заветы из крови от меча судьбы — то знак, что воздается по делам ответом, отныне и вовек. Да будет так.
6. «

   Когда человек стал больше понимать мир богов и их помыслы, поменялись и его представления о том, что ждет его душу на том свете. На небе, где-то на краю Млечного пути, поместился рай с плодовыми деревьями и вечно накрытыми столами, на которых никогда не убывала еда. Изменилась и кара. Если человек не жил законопослушной жизнью, он попадал в подземный мир, который сегодня называется пеклом.

   Когда человек стал больше понимать мир богов и их помыслы, поменялись и его представления о том, что ждет его душу на том свете. На небе, где-то на краю Млечного пути, поместился рай с плодовыми деревьями и вечно накрытыми столами, на которых никогда не убывала еда. Изменилась и кара. Если человек не жил законопослушной жизнью, он попадал в подземный мир, который сегодня называется пеклом.

   — Яромир Слушны · книга
7. «

   Боги так устроили, что год постоянно меняет свое лицо, его дни бегут, как положено по календарю. Сперва это юноша, по-весеннему расцветающий, требующий того, что никогда ему не принадлежало. Потом из него вырастет мужчина — лето. А отдав свою зрелость, он замедляет шаг. Тихая осень, зовущая отдохнуть, приходит вовремя. И наконец его охватывает сон посреди зимы, прикрывая снежной периной. Во сне он будет набираться силы и, когда его позовет солнышко, опять вскочит, потянется к светилу.

   Боги так устроили, что год постоянно меняет свое лицо, его дни бегут, как положено по календарю. Сперва это юноша, по-весеннему расцветающий, требующий того, что никогда ему не принадлежало. Потом из него вырастет мужчина — лето. А отдав свою зрелость, он замедляет шаг. Тихая осень, зовущая отдохнуть, приходит вовремя. И наконец его охватывает сон посреди зимы, прикрывая снежной периной. Во сне он будет набираться силы и, когда его позовет солнышко, опять вскочит, потянется к светилу.

   — Яромир Слушны · книга
8. «

   Мне нравились мифы. Они не были историями для взрослых или детей. Они были лучше. Лучше, и всё.

   Мне нравились мифы. Они не были историями для взрослых или детей. Они были лучше. Лучше, и всё.

   — Нил Гейман · книга
9. «

   История — это правда, которая становится ложью. Миф — это ложь, которая становится правдой.

   История — это правда, которая становится ложью. Миф — это ложь, которая становится правдой.

   — Жан Кокто
10. «

    – Вы знаете миф о Ликаоне? – Я знаю, что от него произошло слово «ликантропия». – Согласно мифу, некоторые жители Греции верили, что они обязаны своими жизнями Прометею, чем богам Олимпа, и некоторые последователи брали себе их имена в честь титанов, противостоящих богам. – Как Девкалион. – Сын Прометея. – Ликаон не просто отказался чтить богов, он бросил им вызов. Он пригласил Зевса на пир и там попытался угостить его человеческой плотью. В гневе Зевс обрушил на это место молнии, а затем наказал Ликаона и его сыновей, превратив их в волков. Часть, которая менее известна, гласит о том, как Ликаон просил друидов помочь ему снова стать человеком. – Почему друидов? – Он верил, что древние друиды знают, как менять облик. Они не могли снова сделать Ликаона и его сыновей людьми, но научили их, как превращаться обратно. С тех пор друиды стали важными советниками стаи.

    – Вы знаете миф о Ликаоне? – Я знаю, что от него произошло слово «ликантропия». – Согласно мифу, некоторые жители Греции верили, что они обязаны своими жизнями Прометею, чем богам Олимпа, и некоторые последователи брали себе их имена в честь титанов, противостоящих богам. – Как Девкалион. – Сын Прометея. – Ликаон не просто отказался чтить богов, он бросил им вызов. Он пригласил Зевса на пир и там попытался угостить его человеческой плотью. В гневе Зевс обрушил на это место молнии, а затем наказал Ликаона и его сыновей, превратив их в волков. Часть, которая менее известна, гласит о том, как Ликаон просил друидов помочь ему снова стать человеком. – Почему друидов? – Он верил, что древние друиды знают, как менять облик. Они не могли снова сделать Ликаона и его сыновей людьми, но научили их, как превращаться обратно. С тех пор друиды стали важными советниками стаи.

    — Джаред · сериал
11. «

    — Значит, рыцари — существа мифические, — рассуждали молодые неопытные драконы. — Мы всегда так и думали.

    — Значит, рыцари — существа мифические, — рассуждали молодые неопытные драконы. — Мы всегда так и думали.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
12. «

    Однажды Александр сказал мне: — Мы наиболее одиноки в окружении мифов.

    Однажды Александр сказал мне: — Мы наиболее одиноки в окружении мифов.

    — Птолемей · фильм
13. «

    Каждый миф есть одна из версий правды.

    Каждый миф есть одна из версий правды.

    — Маргарет Этвуд
14. «

    Миф — основа искусства и его первичный материал, ибо миф есть бессознательное, непроизвольное, стихийное творчество.

    Миф — основа искусства и его первичный материал, ибо миф есть бессознательное, непроизвольное, стихийное творчество.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
15. «

    Когда миф сталкивается с мифом, происходит очень даже реальное столкновение.

    Когда миф сталкивается с мифом, происходит очень даже реальное столкновение.

    — Станислав Ежи Лец · книга
16. «

    Какова же была та огромная потребность, из которой возникло столь блистательное собрание олимпийских существ? Тот, кто подходит к этим олимпийцам с другой религией в сердце и думает найти у них нравственную высоту, даже святость, бестелесное одухотворение, исполненные милосердия взоры, тот неизбежно и скоро с недовольством и разочарованием отвернётся от них. Здесь ничто не напоминает об аскезе, духовности и долге; здесь всё говорит нам лишь о роскошном, даже торжествующем существовании, в котором всё наличное обожествляется, безотносительно к тому добро оно или зло. И зритель, глубоко поражённый, остановится перед этим фантастическим преизбытком жизни и спросит себя: с каким же волшебным напитком в теле прожили, наслаждаясь жизнью, эти заносчивые люди, что им, куда они ни глянут, отовсюду улыбается облик Елены, как в сладкой чувственности парящий идеальный образ их собственного существования.

    Какова же была та огромная потребность, из которой возникло столь блистательное собрание олимпийских существ? Тот, кто подходит к этим олимпийцам с другой религией в сердце и думает найти у них нравственную высоту, даже святость, бестелесное одухотворение, исполненные милосердия взоры, тот неизбежно и скоро с недовольством и разочарованием отвернётся от них. Здесь ничто не напоминает об аскезе, духовности и долге; здесь всё говорит нам лишь о роскошном, даже торжествующем существовании, в котором всё наличное обожествляется, безотносительно к тому добро оно или зло. И зритель, глубоко поражённый, остановится перед этим фантастическим преизбытком жизни и спросит себя: с каким же волшебным напитком в теле прожили, наслаждаясь жизнью, эти заносчивые люди, что им, куда они ни глянут, отовсюду улыбается облик Елены, как в сладкой чувственности парящий идеальный образ их собственного существования.

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
17. «

    — Однажды давным-давно... жил-был рыбак. Забрасывал он свои сети в море... И в один прекрасный день.... — И? — И что? — Какая она? — Какая она? — Она была русалка? — Нет, не русалка. — Значит, она была селки? — Кто такая селки? — Девушка-тюлень. Можно услышать, как селки поют на Тюленьей Скале. — Кто тебе рассказал об этом? — Учитель. Она вышла из моря, сбросила свою тюленью шкуру и осталась жить на земле, пока море не призовёт её обратно. — У неё не было тюленьей шкуры. Она никак не могла вспомнить, как тонула. — И? — И... это всё. — Плохая сказка.

    — Однажды давным-давно... жил-был рыбак. Забрасывал он свои сети в море... И в один прекрасный день.... — И? — И что? — Какая она? — Какая она? — Она была русалка? — Нет, не русалка. — Значит, она была селки? — Кто такая селки? — Девушка-тюлень. Можно услышать, как селки поют на Тюленьей Скале. — Кто тебе рассказал об этом? — Учитель. Она вышла из моря, сбросила свою тюленью шкуру и осталась жить на земле, пока море не призовёт её обратно. — У неё не было тюленьей шкуры. Она никак не могла вспомнить, как тонула. — И? — И... это всё. — Плохая сказка.

    — Сиракуз · фильм
18. «

    Но почему Орфей должен был обернуться? Его предупредили, чтобы он ни в коем случае н оглядывался, иначе потеряет Эвридику. Он уже почти вышел и оглядывается. Следовательно, он наверняка хотел оглянуться! По мне, так он просто бросил ее.

    Но почему Орфей должен был обернуться? Его предупредили, чтобы он ни в коем случае н оглядывался, иначе потеряет Эвридику. Он уже почти вышел и оглядывается. Следовательно, он наверняка хотел оглянуться! По мне, так он просто бросил ее.

    — Грэм Джойс · книга
19. «

    Если «холокост» нельзя обсуждать и ставить под сомнение, он перестает быть историческим фактом и превращается в догму, что относится к области мифологии.

    Если «холокост» нельзя обсуждать и ставить под сомнение, он перестает быть историческим фактом и превращается в догму, что относится к области мифологии.

    — Ян Ерпе
20. «

    Иногда в мифах и легендах есть доля правды.

    Иногда в мифах и легендах есть доля правды.

    — Питер Хейл · сериал