44 цитаты: всё о «мировосприятие»

Собрали 44 цитаты на тему «мировосприятие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   ..современное сознание почти безнадежно расколото на самоцели... люди выращиваются лишь как отдельные качества, они сами становятся инструментами.

   ..современное сознание почти безнадежно расколото на самоцели... люди выращиваются лишь как отдельные качества, они сами становятся инструментами.

   — Карл Густав Юнг · книга
2. «

   Жизнь делают разнообразной не прыжки с парашютом. Не какие-то материальные декорации делают жизнь яркой. Жизнь делает яркой восприятие того, что тебя окружает. Способность это прожить, сформулировать и этим поделиться.

   Жизнь делают разнообразной не прыжки с парашютом. Не какие-то материальные декорации делают жизнь яркой. Жизнь делает яркой восприятие того, что тебя окружает. Способность это прожить, сформулировать и этим поделиться.

   — Франц Вертфоллен
3. «

   Зеркало мира есть у меня. Хочешь взглянуть — так не бойся огня. Этот огонь воспоет моя лира. Пусь люди знают — есть добрая сила В зеркале мира… Новое утро — добрая весть. Доброе утро — новая песня. Ясен мой путь и послушна мне лира. Голос поэта снова зовет вас заглянуть В зеркало мира…

   Зеркало мира есть у меня. Хочешь взглянуть — так не бойся огня. Этот огонь воспоет моя лира. Пусь люди знают — есть добрая сила В зеркале мира… Новое утро — добрая весть. Доброе утро — новая песня. Ясен мой путь и послушна мне лира. Голос поэта снова зовет вас заглянуть В зеркало мира…
4. «

   Мы были вместе — я забыл весь мир.

   Мы были вместе — я забыл весь мир.

   — Погоня (The Chase) (1994) · фильм
5. «

   — Они меня очень разочаровали, Вивиан, — помолчав, сказала она наконец. — Кто? — Я думала, она скажет «нацисты». — Взрослые, — пояснила она. — Все взрослые. Как они допустили такое безобразие в целом мире?

   — Они меня очень разочаровали, Вивиан, — помолчав, сказала она наконец. — Кто? — Я думала, она скажет «нацисты». — Взрослые, — пояснила она. — Все взрослые. Как они допустили такое безобразие в целом мире?

   — Элизабет Гилберт · книга
6. «

   Но весь этот чертов мир — такая фальшивка.

   Но весь этот чертов мир — такая фальшивка.

   — Чарльз Буковски · книга
7. «

   Вы – это ваш подход к жизни. Вы – это те намерения, из которых вы действуете. Вы – это ваша картина мира, это ваше восприятие мира. Вы – это те выборы, которые вы делаете. Каждый маленький выбор формирует ваш подход к жизни. И вот это всё и только это и есть вы.

   Вы – это ваш подход к жизни. Вы – это те намерения, из которых вы действуете. Вы – это ваша картина мира, это ваше восприятие мира. Вы – это те выборы, которые вы делаете. Каждый маленький выбор формирует ваш подход к жизни. И вот это всё и только это и есть вы.

   — Франц Вертфоллен · книга
8. «

   И я сам, и этот мир – для меня впервые.

   И я сам, и этот мир – для меня впервые.

   — Харуки Мураками · книга
9. «

   Большинство думает, что наше мировосприятие достаточно объективно, но на самом деле это не так. Слишком много всего происходит вокруг, и мозг не в силах воспринимать и обрабатывать весь объем информации – он вынужден выбирать, на что ему обращать внимание, а чем пренебрегать.

   Большинство думает, что наше мировосприятие достаточно объективно, но на самом деле это не так. Слишком много всего происходит вокруг, и мозг не в силах воспринимать и обрабатывать весь объем информации – он вынужден выбирать, на что ему обращать внимание, а чем пренебрегать.

   — Сара Хилл · книга
10. «

    — Мне пойти и принести тебе одеяло? Единственное, что ты здесь получишь, это простуда. — Аска хотел тебя спасти. — Что, забыла? Ты та, кто меня изменила. — Ничего не меняла. Я просто показала тебе правду. — Что ж, такое объяснение наверняка снимает с твоих плеч большую ответственность. — Тогда что я, по твоему, сделала? — Ты слишком много мне показала. Я поняла, что я — мир. И потому что ты боишься меня... Ты пытаешься сделать меня простым человеком. — ... Ты узнала? — Ага, узнала, что и много другого дерьма, о котором я не хотела знать. Благодаря тебе. Я также знаю... Что ты можешь превратить меня в человека ценой своей жизни. Хочешь попробовать? Может быть, до окончания G4? — Могу, если хочешь. Но сначала я должна спросить у тебя кое-что. Тебе нужен этот мир... Что это, твое «желание»? — Это было где-то в 20 веке, я полагаю... В трущобах был человек по имени Уилл. Сын какого-то богатого парня и его жены. Я не помню его лица, но помню, что у него были красивые светлые волосы, как у женщины. Он был странным. Он всегда дрался, но плакал после того, как кого-то бил. Сказал мне, что после того, как он потерял силу, чтобы нанести удар, он ничего не мог, кроме как расплакаться. И я не могe сказать почему, но в конце концов каждый всегда оказывался на его стороне. В том числе и я. Что ж, наши отношения немного... более тесные. Мы поклялись друг другу в своем будущем, отбросив старые жизни и имена. Хочу сказать... мы были счастливы. Но однажды Уилл внезапно исчез. Никому не сказал ни слова. И он больше не вернулся. Ни один полицейский или журналист никогда не мог сказать мне, почему. Я не планировала отказываться от него, но я все равно дала себе обещание... Что бы ни случилось, я никогда не забуду свои воспоминания о Уилле. И все же все эти воспоминания... расплывчаты. Есть догадки, почему? Потому что их никогда не было. Не во второй версии 20 века. У меня нет прошлого. Значит, у меня нет будущего. Я просто хочу выбраться из этой пустой клетки. — Даже ценой всего остального? — Бегает олень, а гонится лев. Кого из них, по вашему мнению, поддерживает Бог? — Я могу измерять вещи только в терминах потерь и приобретений. — Тогда не возражаешь, если я тебя о чем-то спрошу? Если твой мир настолько ценен, ты сможешь раздавить мой? — Нет ни моего, ни твоего. Мир просто... мир. — Значит, если мы действительно окажемся в эпохе вечного мира... Будет ли в ней место для тебя?

    — Мне пойти и принести тебе одеяло? Единственное, что ты здесь получишь, это простуда. — Аска хотел тебя спасти. — Что, забыла? Ты та, кто меня изменила. — Ничего не меняла. Я просто показала тебе правду. — Что ж, такое объяснение наверняка снимает с твоих плеч большую ответственность. — Тогда что я, по твоему, сделала? — Ты слишком много мне показала. Я поняла, что я — мир. И потому что ты боишься меня... Ты пытаешься сделать меня простым человеком. — ... Ты узнала? — Ага, узнала, что и много другого дерьма, о котором я не хотела знать. Благодаря тебе. Я также знаю... Что ты можешь превратить меня в человека ценой своей жизни. Хочешь попробовать? Может быть, до окончания G4? — Могу, если хочешь. Но сначала я должна спросить у тебя кое-что. Тебе нужен этот мир... Что это, твое «желание»? — Это было где-то в 20 веке, я полагаю... В трущобах был человек по имени Уилл. Сын какого-то богатого парня и его жены. Я не помню его лица, но помню, что у него были красивые светлые волосы, как у женщины. Он был странным. Он всегда дрался, но плакал после того, как кого-то бил. Сказал мне, что после того, как он потерял силу, чтобы нанести удар, он ничего не мог, кроме как расплакаться. И я не могe сказать почему, но в конце концов каждый всегда оказывался на его стороне. В том числе и я. Что ж, наши отношения немного... более тесные. Мы поклялись друг другу в своем будущем, отбросив старые жизни и имена. Хочу сказать... мы были счастливы. Но однажды Уилл внезапно исчез. Никому не сказал ни слова. И он больше не вернулся. Ни один полицейский или журналист никогда не мог сказать мне, почему. Я не планировала отказываться от него, но я все равно дала себе обещание... Что бы ни случилось, я никогда не забуду свои воспоминания о Уилле. И все же все эти воспоминания... расплывчаты. Есть догадки, почему? Потому что их никогда не было. Не во второй версии 20 века. У меня нет прошлого. Значит, у меня нет будущего. Я просто хочу выбраться из этой пустой клетки. — Даже ценой всего остального? — Бегает олень, а гонится лев. Кого из них, по вашему мнению, поддерживает Бог? — Я могу измерять вещи только в терминах потерь и приобретений. — Тогда не возражаешь, если я тебя о чем-то спрошу? Если твой мир настолько ценен, ты сможешь раздавить мой? — Нет ни моего, ни твоего. Мир просто... мир. — Значит, если мы действительно окажемся в эпохе вечного мира... Будет ли в ней место для тебя?

    — И-Но (I-No) · игра
11. «

    — Ну что, так и будешь ещё двадцать лет об этом вспоминать? <...> — О чем? — Да об этой поломке. — Ну... да нет, конечно. С чего бы? — Ну и забудь сразу же!

    — Ну что, так и будешь ещё двадцать лет об этом вспоминать? <...> — О чем? — Да об этой поломке. — Ну... да нет, конечно. С чего бы? — Ну и забудь сразу же!

    — Лоран Гунель · книга
12. «

    Энни: — Я поняла. Ты хороший человек, Армин. Всегда пытался найти общий язык даже с врагами. По этой же причине ты никогда не сдавался и спорил с Эреном. И даже с чудовищем в камне старался разговориться, чтобы в будущем избежать лишних конфликтов. Я права? [Энни поднявшись, собралась уходить] Армин: — [взяв её за руку] Присядь, пожалуйста. Всё не так. Я ведь тебе уже говорил — мне не нравится, когда людей делят на хороших и плохих. И себя я тоже хорошим не считаю. Я убивал людей без разбору, в том числе детей. А теперь я и вовсе сделал выбор предать людей с острова, на котором я родился и вырос. Я убил своих товарищей. Так что, я такое же чудовище. Раньше я убивался лишь одной мечтой. Хотел сдержать обещание и вместе с Эреном исследовать мир. Хотел узнать, что же там, далеко. Энни: — Но в конечном счёте мир оказался не таким уж и хорошим, да? Армин: — Да. Этот мир не похож на мои грёзы. Совсем. Но знаешь... По правде, мне хочется верить, что за стенами ещё осталось что-то неизведанное, незнакомое.

    Энни: — Я поняла. Ты хороший человек, Армин. Всегда пытался найти общий язык даже с врагами. По этой же причине ты никогда не сдавался и спорил с Эреном. И даже с чудовищем в камне старался разговориться, чтобы в будущем избежать лишних конфликтов. Я права? [Энни поднявшись, собралась уходить] Армин: — [взяв её за руку] Присядь, пожалуйста. Всё не так. Я ведь тебе уже говорил — мне не нравится, когда людей делят на хороших и плохих. И себя я тоже хорошим не считаю. Я убивал людей без разбору, в том числе детей. А теперь я и вовсе сделал выбор предать людей с острова, на котором я родился и вырос. Я убил своих товарищей. Так что, я такое же чудовище. Раньше я убивался лишь одной мечтой. Хотел сдержать обещание и вместе с Эреном исследовать мир. Хотел узнать, что же там, далеко. Энни: — Но в конечном счёте мир оказался не таким уж и хорошим, да? Армин: — Да. Этот мир не похож на мои грёзы. Совсем. Но знаешь... По правде, мне хочется верить, что за стенами ещё осталось что-то неизведанное, незнакомое.

    — Армин Арлерт · аниме
13. «

    Когда у тебя муж и ребёнок, знаешь ли, всё немного иначе.

    Когда у тебя муж и ребёнок, знаешь ли, всё немного иначе.

    — Патриция Хайсмит · книга
14. «

    Всё, что происходит, происходит естественно. Верим мы в это или нет.

    Всё, что происходит, происходит естественно. Верим мы в это или нет.

    — Арт Дженкинс · фильм
15. «

    Окружающий нас мир иллюзорен. Кто подтвердит, что предмет, кажущийся нам твёрдым, в действительности твёрдый? Мы думаем о геометрии пространства, но с чего мы взяли, что пространство вообще строится по законам геометрии? Почему мы измеряем время последовательностью событий, и в этом ли суть времени? Материальный мир, состоящий из физических предметов, по большому счету — блеф, картинка, нарисованная нашим мозгом. Мир вокруг нас, конечно же, существует. Но то, что мы видим, это только одна из версий подлинного мира. Это версия истины, созданная нашим сознанием, нашими органами чувств. Обычный человек не способен выйти за границы своего мира, он — его узник. У каждого из нас есть то, что шаманы называют «точкой сборки». Эта «точка сборки» удерживает нас в границах нашего мира и спасает таким образом от безумия. Если бы мы восприняли мир в его подлинности, то поняли бы, что у него нет центра. Не всякая психика способна пережить это откровение. Истинный мир — это поток, процесс, движение. «Точка сборки» дает нам определенность. Она — якорь, который держит нас в центре нашего мира. Если сместить «точку сборки», сдвинуть ее, то мы увидим тот же самый мир, но с другого ракурса, другим. Шаманы искусны в этом «фокусе» — смещении «точки сборки». Наш мир — это проекция мира из нашей личной «точки сборки». Но представьте себе, как этот мир воспринимается камнем, деревом или, например, птицей? А Мир тем временем продолжает стоять по ту сторону восприятия, никем не узнанный, но лишь угадываемый. Наш личный мир иллюзорен, но он же и реален. Наше видение ошибочно, но оно же и видение правды.

    Окружающий нас мир иллюзорен. Кто подтвердит, что предмет, кажущийся нам твёрдым, в действительности твёрдый? Мы думаем о геометрии пространства, но с чего мы взяли, что пространство вообще строится по законам геометрии? Почему мы измеряем время последовательностью событий, и в этом ли суть времени? Материальный мир, состоящий из физических предметов, по большому счету — блеф, картинка, нарисованная нашим мозгом. Мир вокруг нас, конечно же, существует. Но то, что мы видим, это только одна из версий подлинного мира. Это версия истины, созданная нашим сознанием, нашими органами чувств. Обычный человек не способен выйти за границы своего мира, он — его узник. У каждого из нас есть то, что шаманы называют «точкой сборки». Эта «точка сборки» удерживает нас в границах нашего мира и спасает таким образом от безумия. Если бы мы восприняли мир в его подлинности, то поняли бы, что у него нет центра. Не всякая психика способна пережить это откровение. Истинный мир — это поток, процесс, движение. «Точка сборки» дает нам определенность. Она — якорь, который держит нас в центре нашего мира. Если сместить «точку сборки», сдвинуть ее, то мы увидим тот же самый мир, но с другого ракурса, другим. Шаманы искусны в этом «фокусе» — смещении «точки сборки». Наш мир — это проекция мира из нашей личной «точки сборки». Но представьте себе, как этот мир воспринимается камнем, деревом или, например, птицей? А Мир тем временем продолжает стоять по ту сторону восприятия, никем не узнанный, но лишь угадываемый. Наш личный мир иллюзорен, но он же и реален. Наше видение ошибочно, но оно же и видение правды.

    — Анхель де Куатье · книга
16. «

    Мне кажется, Стив [Джобс] так страстно желает, чтобы мир был устроен определенным образом, что заставляет его быть таким. Иногда это не срабатывает. Реальность жестока.

    Мне кажется, Стив [Джобс] так страстно желает, чтобы мир был устроен определенным образом, что заставляет его быть таким. Иногда это не срабатывает. Реальность жестока.

    — Уолтер Айзексон · книга
17. «

    Материнство даёт прекрасную возможность осмыслить своё место в мире, а также пересмотреть ценности, в соответствии с которыми мы жили.

    Материнство даёт прекрасную возможность осмыслить своё место в мире, а также пересмотреть ценности, в соответствии с которыми мы жили.

    — Лиза Марчиано · книга
18. «

    — Как тебе сегодня нравится мир? — Сегодня он прекрасен. — Он всегда прекрасен, если ты в это веришь.

    — Как тебе сегодня нравится мир? — Сегодня он прекрасен. — Он всегда прекрасен, если ты в это веришь.

    — Ольга Голубятникова · книга
19. «

    К примеру, два охотника встретили в лесу дракона. Один заметил изогнутые когти и белые зубы, а другой – мудрость в миндалевидных глазах. Первый человек будет говорить всем, что у них в лесу поселилась страшная зверюга, которую надо убить. Второй – расскажет о старом мудреце, которому не надо мешать. — А на самом деле? Откинув назад рыжие кудри, сморщив носик, девочка пнула камешек. — И что вы такие неразвитые пошли? Мир – это то, что вы о нем думаете: вы решите, что море розовое, горячее и соленое – оно таким и станет, ясно? Я могу решить о море совсем другое. Для меня оно может быть прозрачным, холодным и горьким. Выходит, что если я вам скажу, где находится мое море, вы все равно придете не туда, теперь ясно? — Да, – хором дети.

    К примеру, два охотника встретили в лесу дракона. Один заметил изогнутые когти и белые зубы, а другой – мудрость в миндалевидных глазах. Первый человек будет говорить всем, что у них в лесу поселилась страшная зверюга, которую надо убить. Второй – расскажет о старом мудреце, которому не надо мешать. — А на самом деле? Откинув назад рыжие кудри, сморщив носик, девочка пнула камешек. — И что вы такие неразвитые пошли? Мир – это то, что вы о нем думаете: вы решите, что море розовое, горячее и соленое – оно таким и станет, ясно? Я могу решить о море совсем другое. Для меня оно может быть прозрачным, холодным и горьким. Выходит, что если я вам скажу, где находится мое море, вы все равно придете не туда, теперь ясно? — Да, – хором дети.

    — Франц Вертфоллен
20. «

    В сущности она зеркало, в котором отражается часть твоего мозга. Если она прекрасна, то только потому, что прекрасно было твоё воспоминание. Ты дал рецепт. Кольцевой процесс, не забывай.

    В сущности она зеркало, в котором отражается часть твоего мозга. Если она прекрасна, то только потому, что прекрасно было твоё воспоминание. Ты дал рецепт. Кольцевой процесс, не забывай.

    — Станислав Лем · книга