113 цитат: всё о «мировоззрение»

Собрали 113 цитат на тему «мировоззрение» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Вся история человечества говорит, что нет простых ответов. Любые простые ответы — ложные. Как и лозунги. Нет большего вранья, чем лозунги.

   Вся история человечества говорит, что нет простых ответов. Любые простые ответы — ложные. Как и лозунги. Нет большего вранья, чем лозунги.

   — Сергей Шнуров
2. «

   Страх зависит от того — и только от того, — как ты предпочитаешь смотреть на вещи.

   Страх зависит от того — и только от того, — как ты предпочитаешь смотреть на вещи.

   — Джен Синсеро · книга
3. «

   Даже если предположить, что люди, которые технически обладают сходной структурой, могли бы обмениваться друг с другом душами, они бы видели и слышали миры, которые находятся за гранью их воображения.

   Даже если предположить, что люди, которые технически обладают сходной структурой, могли бы обмениваться друг с другом душами, они бы видели и слышали миры, которые находятся за гранью их воображения.

   — Миги · аниме
4. «

   — Может, смертные именно оттого и поглощены так сильно своими мыслями, — проговорила я. — Потому что не видят, каков мир на самом деле. А увидели бы — сумели бы заглянуть за пределы своих снов и забот.

   — Может, смертные именно оттого и поглощены так сильно своими мыслями, — проговорила я. — Потому что не видят, каков мир на самом деле. А увидели бы — сумели бы заглянуть за пределы своих снов и забот.

   — Ребекка Мейзел · книга
5. «

   Мир... он разный, вопрос в том, каким его видишь ты?

   Мир... он разный, вопрос в том, каким его видишь ты?
6. «

   Напрасно отец отправил меня смотреть мир, ибо мир сложнее моих понятий о мире.

   Напрасно отец отправил меня смотреть мир, ибо мир сложнее моих понятий о мире.

   — Умберто Эко · книга
7. «

   Ты только представь, что мы с тобой созданы из крошечных атомов, а вокруг миллионы живых организмов, возникших на тонкой каменной оболочке над бездной жидких металлов. Нас удерживает страшная сила, которая так тебя беспокоит и мы вращаемся вокруг Солнца со скоростью 67 миль в час, проносимся во Млечном Пути со скоростью 600 миль в час во Вселенной, которая, возможно, гоняется за своим хвостом со скоростью света и во всей этой кутерьме, сознавая неизбежность конца, жестокую власть смерти, мы тянемся друг к другу…

   Ты только представь, что мы с тобой созданы из крошечных атомов, а вокруг миллионы живых организмов, возникших на тонкой каменной оболочке над бездной жидких металлов. Нас удерживает страшная сила, которая так тебя беспокоит и мы вращаемся вокруг Солнца со скоростью 67 миль в час, проносимся во Млечном Пути со скоростью 600 миль в час во Вселенной, которая, возможно, гоняется за своим хвостом со скоростью света и во всей этой кутерьме, сознавая неизбежность конца, жестокую власть смерти, мы тянемся друг к другу…

   — Дэвид Гордон · фильм
8. «

   Я знаю, чувствую — мир гораздо гораздо удивительней и глубже, чем кажется на первый взгляд, и все так называемые “проблемы общества” ничто по сравнению со всем прекрасным миром.

   Я знаю, чувствую — мир гораздо гораздо удивительней и глубже, чем кажется на первый взгляд, и все так называемые “проблемы общества” ничто по сравнению со всем прекрасным миром.
9. «

   Проще в дерьме, по принципу: с волками жить, по-волчьи выть. Я ведь прав? Только дерьмо – это не вектор. Это направление жизненного вектора. Хочешь, чтобы жизнь не была дерьмом и люди не были дерьмом, измени угол зрения. Все от тебя зависит.

   Проще в дерьме, по принципу: с волками жить, по-волчьи выть. Я ведь прав? Только дерьмо – это не вектор. Это направление жизненного вектора. Хочешь, чтобы жизнь не была дерьмом и люди не были дерьмом, измени угол зрения. Все от тебя зависит.

   — Алексей Гравицкий · книга
10. «

    Дорогой галстук без мыльных пузырей — просто понты!

    Дорогой галстук без мыльных пузырей — просто понты!

    — Илья Леонович Кнабенгоф (Илья Чёрт)
11. «

    Я» – это то, что создает границы. Мы живем в мире, который разделен на «я» и «не я». И поэтому «я» вынуждено защищаться. Всегда. Враг появляется сразу вслед за установлением границ. Боится не тот, кому угрожают, боится тот, кто защищается.

    Я» – это то, что создает границы. Мы живем в мире, который разделен на «я» и «не я». И поэтому «я» вынуждено защищаться. Всегда. Враг появляется сразу вслед за установлением границ. Боится не тот, кому угрожают, боится тот, кто защищается.

    — Анхель де Куатье · книга
12. «

    Мы почти еще девственны, но воображение наше растлено, и мы даже не заметили, как это произошло: прежде чем мы узнали что-либо о любви, нас уже публично всех подряд подвергали медицинскому обследованию, чтобы установить, не страдаем ли мы венерическими болезнями.

    Мы почти еще девственны, но воображение наше растлено, и мы даже не заметили, как это произошло: прежде чем мы узнали что-либо о любви, нас уже публично всех подряд подвергали медицинскому обследованию, чтобы установить, не страдаем ли мы венерическими болезнями.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Для неведомого все имена, что одно. Видеть в чудесном чудесное — вот ключ ко всем тайнам мира.

    Для неведомого все имена, что одно. Видеть в чудесном чудесное — вот ключ ко всем тайнам мира.

    — Лао-Цзы · книга
14. «

    Человек ощущает себя, свои мысли и чувства, отделенными от всего мира — и это его оптический обман. Эта иллюзия стала темницей для нас, ограничивающей нас миром собственных желаний. Наша задача — освободиться из этой тюрьмы, расширив сферу своего участия до всякого живого существа, до целого мира. Никто не сможет выполнить эту задачу до конца, но попытки достичь этой цели, являются частью освобождения.

    Человек ощущает себя, свои мысли и чувства, отделенными от всего мира — и это его оптический обман. Эта иллюзия стала темницей для нас, ограничивающей нас миром собственных желаний. Наша задача — освободиться из этой тюрьмы, расширив сферу своего участия до всякого живого существа, до целого мира. Никто не сможет выполнить эту задачу до конца, но попытки достичь этой цели, являются частью освобождения.

    — Альберт Эйнштейн
15. «

    Мысль о том, что никто не знает реальности, хоть и не нова, но насколько точна! Мы все смотрим на эту реальность через оптический прибор восприятия, находясь в темной комнате своего «я». И какой бы прозрачной ни была линза, искажение присутствует. А мы принимает изображение линзы за реальность и уверены, что это единственная правда… «Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно», — написал когда-то апостол Павел. И действительно, кто-то смотрит на реальность через бинокль, а изображение слишком увеличено в ущерб частностям. У другого бинокль в душе перевернулся — и, наоборот, уменьшает реальность. У третьего линзу покрыла копоть, и теперь действительность — в темном налете, без единого светлого пятна. Еще для кого-то она раскрашена в красивый свет. Есть и те, у кого линза была почти хрустальна, играла радугой в преломлении, но оказалась слишком хрупка — и ничего теперь разобрать нельзя, кроме трещин. И, наконец, есть те, у кого в груди — камера-обскура, а реальность не просто искажена, а уменьшена и перевернута. Они смеются в темноте, не понимая трагизма перевернутого мира...

    Мысль о том, что никто не знает реальности, хоть и не нова, но насколько точна! Мы все смотрим на эту реальность через оптический прибор восприятия, находясь в темной комнате своего «я». И какой бы прозрачной ни была линза, искажение присутствует. А мы принимает изображение линзы за реальность и уверены, что это единственная правда… «Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло, гадательно», — написал когда-то апостол Павел. И действительно, кто-то смотрит на реальность через бинокль, а изображение слишком увеличено в ущерб частностям. У другого бинокль в душе перевернулся — и, наоборот, уменьшает реальность. У третьего линзу покрыла копоть, и теперь действительность — в темном налете, без единого светлого пятна. Еще для кого-то она раскрашена в красивый свет. Есть и те, у кого линза была почти хрустальна, играла радугой в преломлении, но оказалась слишком хрупка — и ничего теперь разобрать нельзя, кроме трещин. И, наконец, есть те, у кого в груди — камера-обскура, а реальность не просто искажена, а уменьшена и перевернута. Они смеются в темноте, не понимая трагизма перевернутого мира...

    — Владимир Набоков · книга
16. «

    В мире нет ничего, про что можно было бы с уверенностью сказать: это так и никак иначе. Судить о чем-либо мы можем, выбрав определенную систему понятий. Но при ее изменении, как при смене угла зрения, меняет очертания и сама истина.

    В мире нет ничего, про что можно было бы с уверенностью сказать: это так и никак иначе. Судить о чем-либо мы можем, выбрав определенную систему понятий. Но при ее изменении, как при смене угла зрения, меняет очертания и сама истина.

    — Слава Курилов · книга
17. «

    Ведь, действительно, не знают меня, прошедшие мимо мужчина и женщина. Они прошли мимо меня однажды, и даже не обратили на меня внимание... Потому что они тогда вообще ни на кого не смотрели... они ни на кого не обращали внимания... потому, что они, так смотрели друг на друга! Что тем самым привлекли моё внимание и я проводил их взглядом. Я проводил их взглядом и подумал... ну, как эти мужчина и женщина могут так друг на друга смотреть!? Ведь, они же такие не красивые, оба! <...> она много времени провела у зеркала, она долго создавала вот этот образ... и в итоге же, осталась довольна. И, как бы она, наверное, была удивлена и возмущена, если бы ей взять и показать то, как я её увидел... ну, если бы была такая техническая возможность — подсоединить к моей голове проводки, вывести изображение из глаз на экран и показать ей... Она бы удивилась. Потому, что она бы, явно, увидела не тоже самое, что видела когда смотрела на себя в зеркало... И, наверное, как бы она была счастлива, в каком бы она наверное, была бы восторге, если бы ей показать, как её видел тот мужчина... тоже, если бы ему подсоединить проводки и показать ей... в его то глазах было видно, что он видит перед собой, что-то более прекрасное... и даже, более совершенное чем то, что видела женщина смотря на себя в зеркало...

    Ведь, действительно, не знают меня, прошедшие мимо мужчина и женщина. Они прошли мимо меня однажды, и даже не обратили на меня внимание... Потому что они тогда вообще ни на кого не смотрели... они ни на кого не обращали внимания... потому, что они, так смотрели друг на друга! Что тем самым привлекли моё внимание и я проводил их взглядом. Я проводил их взглядом и подумал... ну, как эти мужчина и женщина могут так друг на друга смотреть!? Ведь, они же такие не красивые, оба! <...> она много времени провела у зеркала, она долго создавала вот этот образ... и в итоге же, осталась довольна. И, как бы она, наверное, была удивлена и возмущена, если бы ей взять и показать то, как я её увидел... ну, если бы была такая техническая возможность — подсоединить к моей голове проводки, вывести изображение из глаз на экран и показать ей... Она бы удивилась. Потому, что она бы, явно, увидела не тоже самое, что видела когда смотрела на себя в зеркало... И, наверное, как бы она была счастлива, в каком бы она наверное, была бы восторге, если бы ей показать, как её видел тот мужчина... тоже, если бы ему подсоединить проводки и показать ей... в его то глазах было видно, что он видит перед собой, что-то более прекрасное... и даже, более совершенное чем то, что видела женщина смотря на себя в зеркало...

    — Евгений Гришковец
18. «

    Мой мир — это в основном лагерь принудительного труда, откуда рабочих, абсолютно невинных, забирают по жребию, по несколько за день, чтобы казнить. Я считаю, я не просто вижу его таким, я считаю, что он такой и есть. Есть ли другие точки зрения? Да. Выдержит ли хоть одна из них пристальную проверку? Нет.

    Мой мир — это в основном лагерь принудительного труда, откуда рабочих, абсолютно невинных, забирают по жребию, по несколько за день, чтобы казнить. Я считаю, я не просто вижу его таким, я считаю, что он такой и есть. Есть ли другие точки зрения? Да. Выдержит ли хоть одна из них пристальную проверку? Нет.

    — Белый (профессор) · фильм
19. «

    Мир есть мир. Его не изменишь. Изменяемо лишь наше отношение к происходящему.

    Мир есть мир. Его не изменишь. Изменяемо лишь наше отношение к происходящему.

    — Дуглас Коупленд · книга
20. «

    Если бы люди тратили чуть больше сил на то, чтобы искать и открывать то, что их объединяет, а не умножать то, что их разделяет, – быть может, нам удалось бы жить в мире.

    Если бы люди тратили чуть больше сил на то, чтобы искать и открывать то, что их объединяет, а не умножать то, что их разделяет, – быть может, нам удалось бы жить в мире.

    — Антуан де Сент-Экзюпери