10 фраз на тему «Смешные цитаты на тему «море»», которые цепляют

10 цитат про «Смешные цитаты на тему «море»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   И всё-таки сочинцы гораздо честней, чем бакинцы. Мы всё ещё называем своё море Каспийским, а они своё давно уже Чёрным!

   И всё-таки сочинцы гораздо честней, чем бакинцы. Мы всё ещё называем своё море Каспийским, а они своё давно уже Чёрным!
2. «

   Женщина на корабле — к несчастью, но, как говорят моряки дальнего плаванья, изголодавшиеся по женскому общению: не было бы счастья, да несчастье помогло.

   Женщина на корабле — к несчастью, но, как говорят моряки дальнего плаванья, изголодавшиеся по женскому общению: не было бы счастья, да несчастье помогло.
3. «

   Загар — визитная карточка туриста.

   Загар — визитная карточка туриста.
4. «

   Раньше я руководил другой базой, оптовой, так сказать. А теперь вот повысили: две тысячи метров над уровнем моря.

   Раньше я руководил другой базой, оптовой, так сказать. А теперь вот повысили: две тысячи метров над уровнем моря.

   — директор турбазы · фильм
5. «

   — А море ведь соединяется, да? — Соединяется с чем, детка?

   — А море ведь соединяется, да? — Соединяется с чем, детка?

   — Джемма Ханикатт · фильм
6. «

   Странная вещь: людей, подверженных морской болезни, вообще не бывает… на суше. В море вы встречаете этих несчастных на каждом шагу, на пароходе их хоть отбавляй. Но на твердой земле мне еще ни разу не попадался человек, который знал бы, что значит болеть морской болезнью. Просто диву даешься: куда исчезают, сойдя на берег, те тысячи и тысячи страдальцев, которыми кишмя кишит любое судно.

   Странная вещь: людей, подверженных морской болезни, вообще не бывает… на суше. В море вы встречаете этих несчастных на каждом шагу, на пароходе их хоть отбавляй. Но на твердой земле мне еще ни разу не попадался человек, который знал бы, что значит болеть морской болезнью. Просто диву даешься: куда исчезают, сойдя на берег, те тысячи и тысячи страдальцев, которыми кишмя кишит любое судно.

   — Джером Клапка Джером · книга
7. «

   — Вы меня обманули. Оказывается, тут до моря 10 километров! — Это отлив...

   — Вы меня обманули. Оказывается, тут до моря 10 километров! — Это отлив...

   — Тимур Тания
8. «

   — Примостись, тут будет очень важная военная база: тут танковая, там ракетная, ну а где-то здесь — военно-морская. — Ой, да тут же, воды нету, ааай [падает в обморок]... — Что значит «нету воды»? Будет!

   — Примостись, тут будет очень важная военная база: тут танковая, там ракетная, ну а где-то здесь — военно-морская. — Ой, да тут же, воды нету, ааай [падает в обморок]... — Что значит «нету воды»? Будет!

   — Синьор Помидор · фильм
9. «

   Потом я удалил лишних из рубки и включил радио. Передавали сообщение о переговорах по созданию объединенных ядерных сил НАТО. Меня чрезвычайно интересует создание этих сил. Ведь речь идет о морских делах. Я не знаю, как там договорятся политики и дипломаты. Может, они и сунут длинный немецкий палец на ракетно-атомную кнопку. Меня интересует другая сторона вопроса: каким макаром там будут договариваться моряки. Уж их-то я знаю, моряков. Почти каждый моряк убежден в том, что он хороший, стоящий моряк. И в этом все моряки мира одинаковы. <...> Я представляю себе натовский ходовой мостик и немецкого, английского, турецкого, норвежского и американского штурманов с секстанами в руках. По свистку капитана в единый момент они вскидывают секстаны и прицеливаются на солнечный диск. Потом бросаются к таблицам и арифмометрам. И хоть на сотую мили, но у всех будут разниться результаты. Тут уж просто сработает теория вероятности. Но ни один настоящий штурман в глубине своей морской души не согласится с другим. Разве может британский моряк смириться с тем, что немец или турок лучше него знает астрономию? Настоящий британский штурман скорее повесится на ноке рея. И то же самое сделает настоящий немецкий штурман на другом ноке того же рея. Или я ничего не понимаю в морских делах, или на следующем рее повиснет турок. И ничего с этими ребятами никакой политик и дипломат поделать не смогут.

   Потом я удалил лишних из рубки и включил радио. Передавали сообщение о переговорах по созданию объединенных ядерных сил НАТО. Меня чрезвычайно интересует создание этих сил. Ведь речь идет о морских делах. Я не знаю, как там договорятся политики и дипломаты. Может, они и сунут длинный немецкий палец на ракетно-атомную кнопку. Меня интересует другая сторона вопроса: каким макаром там будут договариваться моряки. Уж их-то я знаю, моряков. Почти каждый моряк убежден в том, что он хороший, стоящий моряк. И в этом все моряки мира одинаковы. <...> Я представляю себе натовский ходовой мостик и немецкого, английского, турецкого, норвежского и американского штурманов с секстанами в руках. По свистку капитана в единый момент они вскидывают секстаны и прицеливаются на солнечный диск. Потом бросаются к таблицам и арифмометрам. И хоть на сотую мили, но у всех будут разниться результаты. Тут уж просто сработает теория вероятности. Но ни один настоящий штурман в глубине своей морской души не согласится с другим. Разве может британский моряк смириться с тем, что немец или турок лучше него знает астрономию? Настоящий британский штурман скорее повесится на ноке рея. И то же самое сделает настоящий немецкий штурман на другом ноке того же рея. Или я ничего не понимаю в морских делах, или на следующем рее повиснет турок. И ничего с этими ребятами никакой политик и дипломат поделать не смогут.

   — Виктор Викторович Конецкий · книга
10. «

    Сухогруз оказался антикварной калошей, сыном порочной страсти самовара и стиральной машины. Он не тонул оттого лишь, что море не хотело принять в себя такое уродство. Океан активно отторгал эту гадость. Энергию отторжения внук таза и кочерги преобразовывал в поступательное движение. Непостижимым образом, вопреки законам богонравия, Франкенштейн плыл.

    Сухогруз оказался антикварной калошей, сыном порочной страсти самовара и стиральной машины. Он не тонул оттого лишь, что море не хотело принять в себя такое уродство. Океан активно отторгал эту гадость. Энергию отторжения внук таза и кочерги преобразовывал в поступательное движение. Непостижимым образом, вопреки законам богонравия, Франкенштейн плыл.

    — Вячеслав Солдатенко (Слава Сэ) · книга