432 лучших мыслей на тему «мы»

Тема «мы» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 432 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   По-настоящему мы любим лишь в первый раз; все последующие наши увлечения уже не так безоглядны.

   По-настоящему мы любим лишь в первый раз; все последующие наши увлечения уже не так безоглядны.

   — Жан де Лабрюйер
2. «

   Ибо мы, если нам не говорят, кто мы, словно и не мы вовсе.

   Ибо мы, если нам не говорят, кто мы, словно и не мы вовсе.

   — Джойс Кэрол Оутс · книга
3. «

   Иногда у нас нет ни малейшего представления о том, где мы находимся, и потому нуждаемся в самом маленьком ключике, чтобы понять, как искать начало.

   Иногда у нас нет ни малейшего представления о том, где мы находимся, и потому нуждаемся в самом маленьком ключике, чтобы понять, как искать начало.

   — Сесилия Ахерн · книга
4. «

   Мы больше не живем в реальном мире. Мы живем в мире условностей.

   Мы больше не живем в реальном мире. Мы живем в мире условностей.

   — Удушье · книга
5. «

   Всем нам известно различие между местоимениями «он» или «она» — и «ты», прямым обращением, — все мы испытываем при личном сообщении друг с другом влияние чего-то, помимо обычной учтивости, чего-то, опережающего ее. У нас язык не повернется намекнуть человеку в лицо о неприятном, хотя мы час тому назад, быть может, свободно о том распространялись за его спиною. Мы чувствуем себя по-другому.

   Всем нам известно различие между местоимениями «он» или «она» — и «ты», прямым обращением, — все мы испытываем при личном сообщении друг с другом влияние чего-то, помимо обычной учтивости, чего-то, опережающего ее. У нас язык не повернется намекнуть человеку в лицо о неприятном, хотя мы час тому назад, быть может, свободно о том распространялись за его спиною. Мы чувствуем себя по-другому.

   — Джейн Остин · книга
6. «

   Мы словно дети на морском берегу, занятые строительством песочных замков, а возвышенные существа подобны взрослым, наблюдающим за нами, сидя под зонтиком. Дети восхищаются своими творениями, дерутся за ракушки и совки, пугаются накатывающих волн. Они испытывают всевозможные эмоции. А взрослые лежат рядом, потягивают кокосовый коктейль и наблюдают: они не оценивают эти песочные замки, не гордятся, если какой-то из них красивее других, не злятся и не горюют, если кто-то случайно наступит на башню. Драматизм происходящего не захватывает их так, как он захватывает детей.

   Мы словно дети на морском берегу, занятые строительством песочных замков, а возвышенные существа подобны взрослым, наблюдающим за нами, сидя под зонтиком. Дети восхищаются своими творениями, дерутся за ракушки и совки, пугаются накатывающих волн. Они испытывают всевозможные эмоции. А взрослые лежат рядом, потягивают кокосовый коктейль и наблюдают: они не оценивают эти песочные замки, не гордятся, если какой-то из них красивее других, не злятся и не горюют, если кто-то случайно наступит на башню. Драматизм происходящего не захватывает их так, как он захватывает детей.

   — Дзонгсар Кхьенце Норбу Ринпоче · книга
7. «

   Мы выходим в мир в поиске наших желаний и идеалов. Часто мы делаем недоступным то, что в пределах наших возможностей. Когда мы ошибаемся, мы чувствуем, что мы истратили наше время, ища на расстоянии ладони. Мы обвиняем себя в ошибках, в бесполезности нашего поиска и в проблемах, которые мы вызвали. Учитель сказал: Хотя сокровище может быть закопано под твоим домом, ты найдешь его, только если станешь его искать. Если бы Петр не испытал боль отказа, он не был бы выбран главой Церкви. Если бы блудный сын не промотал все, его покаяние не было бы праздником для его отца. Есть определенные вещи в наших жизнях, которые несут печать, говорящую: 'Ты оценишь мое значение только после того, как потеряешь меня... и вернешь меня обратно'. Нехорошо пытаться сократить путь.

   Мы выходим в мир в поиске наших желаний и идеалов. Часто мы делаем недоступным то, что в пределах наших возможностей. Когда мы ошибаемся, мы чувствуем, что мы истратили наше время, ища на расстоянии ладони. Мы обвиняем себя в ошибках, в бесполезности нашего поиска и в проблемах, которые мы вызвали. Учитель сказал: Хотя сокровище может быть закопано под твоим домом, ты найдешь его, только если станешь его искать. Если бы Петр не испытал боль отказа, он не был бы выбран главой Церкви. Если бы блудный сын не промотал все, его покаяние не было бы праздником для его отца. Есть определенные вещи в наших жизнях, которые несут печать, говорящую: 'Ты оценишь мое значение только после того, как потеряешь меня... и вернешь меня обратно'. Нехорошо пытаться сократить путь.

   — Пауло Коэльо · книга
8. «

   Мы все по-прежнему ходим друг мимо друга. В чужих городах, на улице, на вокзалах, в аэропортах, парках, на пляжах и в книжных магазинах. И только иногда встречаемся в закутке моих мыслей.

   Мы все по-прежнему ходим друг мимо друга. В чужих городах, на улице, на вокзалах, в аэропортах, парках, на пляжах и в книжных магазинах. И только иногда встречаемся в закутке моих мыслей.

   — Януш Леон Вишневский · книга
9. «

   Ничто не имеет для нас цены, если этого нельзя разделить с тем, кто любит нас, любит от всего сердца; однако и эта любовь принесёт нам мало радости, если мы не отвечаем на неё взаимностью.

   Ничто не имеет для нас цены, если этого нельзя разделить с тем, кто любит нас, любит от всего сердца; однако и эта любовь принесёт нам мало радости, если мы не отвечаем на неё взаимностью.

   — Андре Моруа · книга
10. «

    Мы забываем свои исполнившиеся желания, но чтобы желать — надо стать слабым, чтобы чувствовать — закрыть глаза и уши. Лишь в сказке наказанием за исполнившиеся желания бывает потеря воспоминаний. В жизни — наградой за потерю памяти служат желания.

    Мы забываем свои исполнившиеся желания, но чтобы желать — надо стать слабым, чтобы чувствовать — закрыть глаза и уши. Лишь в сказке наказанием за исполнившиеся желания бывает потеря воспоминаний. В жизни — наградой за потерю памяти служат желания.

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    Как правило, эти встречи происходят в тот миг, когда мы доходим до предела, когда испытываем потребность умереть и возродиться. Встречи ждут нас — но как часто мы сами уклоняемся от них! И когда мы пришли в отчаяние, поняв, что нам нечего терять, или наоборот — чересчур радуемся жизни, проявляется неизведанное, и наша галактика меняет орбиту.

    Как правило, эти встречи происходят в тот миг, когда мы доходим до предела, когда испытываем потребность умереть и возродиться. Встречи ждут нас — но как часто мы сами уклоняемся от них! И когда мы пришли в отчаяние, поняв, что нам нечего терять, или наоборот — чересчур радуемся жизни, проявляется неизведанное, и наша галактика меняет орбиту.

    — Пауло Коэльо · книга
12. «

    Я придумаю нас другими Не такими, Но все равно ты останешься сильным. А я такой же красивой, Я придумаю нам другие Имена и фамилии. И чтобы не знали их остальные, И чтобы не отпустила тебя.

    Я придумаю нас другими Не такими, Но все равно ты останешься сильным. А я такой же красивой, Я придумаю нам другие Имена и фамилии. И чтобы не знали их остальные, И чтобы не отпустила тебя.
13. «

    И я хочу, чтоб были мы, опять с тобою кем-то кем были мы.

    И я хочу, чтоб были мы, опять с тобою кем-то кем были мы.
14. «

    Если бы нас не одолевала гордость, мы не жаловались бы на гордость других.

    Если бы нас не одолевала гордость, мы не жаловались бы на гордость других.

    — Франсуа де Ларошфуко · книга
15. «

    Мы все — попутчики в неисправном самолете. Конечно, есть везучие, а есть невезучие. Есть сильные, а есть немощные. Есть богатые, а есть бедные. Но все равно ни у кого нет такой силы, чтобы из ряда вон. Все одинаковы. Те, у которых что-то есть, боятся это потерять, а те, у кого ничего нет, переживают, что так и не появится. Все равны. И тому, кто успел это подметить, стоит попробовать и стать хоть чуточку сильнее. Хотя бы просто прикинуться, понимаешь? На самом-то деле сильных людей нигде нет — есть только те, которые делают вид.

    Мы все — попутчики в неисправном самолете. Конечно, есть везучие, а есть невезучие. Есть сильные, а есть немощные. Есть богатые, а есть бедные. Но все равно ни у кого нет такой силы, чтобы из ряда вон. Все одинаковы. Те, у которых что-то есть, боятся это потерять, а те, у кого ничего нет, переживают, что так и не появится. Все равны. И тому, кто успел это подметить, стоит попробовать и стать хоть чуточку сильнее. Хотя бы просто прикинуться, понимаешь? На самом-то деле сильных людей нигде нет — есть только те, которые делают вид.

    — Харуки Мураками · книга
16. «

    Мы все как товары на конвейере, понимаешь?! Встречаемся на пути друг друга, пока однажды наконец не закрываем фабрику. Мы выбираем только один товар и пользуемся им моногамно, уже до конца своей жизни.

    Мы все как товары на конвейере, понимаешь?! Встречаемся на пути друг друга, пока однажды наконец не закрываем фабрику. Мы выбираем только один товар и пользуемся им моногамно, уже до конца своей жизни.

    — Мэтти Рейнольдс · фильм
17. «

    В своих чувствах мы знаем все, не знаем только их глубины, то есть искренности. Тут даже поступки не могут служить мерилом, во всяком случае, до тех пор, пока не доказано, что они не поза, а доказать это не всегда легко.

    В своих чувствах мы знаем все, не знаем только их глубины, то есть искренности. Тут даже поступки не могут служить мерилом, во всяком случае, до тех пор, пока не доказано, что они не поза, а доказать это не всегда легко.

    — Жан-Поль Сартр · книга
18. «

    Детство – это то, что мы потеряли во времени, но сохранили в себе.

    Детство – это то, что мы потеряли во времени, но сохранили в себе.

    — Эльчин Сафарли · книга
19. «

    Это не мы приходим в мир, мир приходит к нам. Родиться — это то же самое, что получить в подарок целый мир.

    Это не мы приходим в мир, мир приходит к нам. Родиться — это то же самое, что получить в подарок целый мир.

    — Юстейн Гордер · книга
20. «

    Мы можем растратить все наши жизни, позволяя миру диктовать нам, кто мы есть. Нормальные или ненормальные. Святые или сексоманы. Герои или жертвы. Позволяя истории рассказывать нам, какие мы плохие, или какие хорошие. Позволяя нашему прошлому решать наше будущее. Или можем решать сами. И может быть, наше дело — открыть что-нибудь получше.

    Мы можем растратить все наши жизни, позволяя миру диктовать нам, кто мы есть. Нормальные или ненормальные. Святые или сексоманы. Герои или жертвы. Позволяя истории рассказывать нам, какие мы плохие, или какие хорошие. Позволяя нашему прошлому решать наше будущее. Или можем решать сами. И может быть, наше дело — открыть что-нибудь получше.

    — Чак Паланик · книга