55 цитат «национальность» для статуса

55 цитат про «национальность»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Леночка, откуда у тебя такой чудный восточный разрез глаз? — Я наполовину бурятка – у меня папа бурят! — Тогда я наполовину женщина – у меня мама женщина!

   — Леночка, откуда у тебя такой чудный восточный разрез глаз? — Я наполовину бурятка – у меня папа бурят! — Тогда я наполовину женщина – у меня мама женщина!
2. «

   — Друзья мои, — учил он нас, — наша национальность, если и в самом деле «зародилась», как они там теперь уверяют в газетах, — то сидит еще в школе, в немецкой какой-нибудь петершуле, за немецкою книжкой и твердит свой вечный немецкий урок, а немец-учитель ставит ее на колени, когда понадобится. За учителя-немца хвалю; но вероятнее всего, что ничего не случилось и ничего такого не зародилось, а идет всё как прежде шло, то есть под покровительством божиим. По-моему, и довольно бы для России, pour notre sainte Russie. Притом же все эти всеславянства и национальности — всё это слишком старо, чтобы быть новым. Национальность, если хотите, никогда и не являлась у нас иначе как в виде клубной барской затеи, и вдобавок еще московской.

   — Друзья мои, — учил он нас, — наша национальность, если и в самом деле «зародилась», как они там теперь уверяют в газетах, — то сидит еще в школе, в немецкой какой-нибудь петершуле, за немецкою книжкой и твердит свой вечный немецкий урок, а немец-учитель ставит ее на колени, когда понадобится. За учителя-немца хвалю; но вероятнее всего, что ничего не случилось и ничего такого не зародилось, а идет всё как прежде шло, то есть под покровительством божиим. По-моему, и довольно бы для России, pour notre sainte Russie. Притом же все эти всеславянства и национальности — всё это слишком старо, чтобы быть новым. Национальность, если хотите, никогда и не являлась у нас иначе как в виде клубной барской затеи, и вдобавок еще московской.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
3. «

   Кулачный господин при слове «бокс» только презрительно и обидчиво улыбался и, с своей стороны, не удостаивая соперника явного прения, показывал иногда, молча, как бы невзначай, или, лучше сказать, выдвигал иногда на вид одну совершенно национальную вещь — огромный кулак, жилистый, узловатый, обросший каким-то рыжим пухом, и всем становилось ясно, что если эта глубоко национальная вещь опустится без промаху на предмет, то действительно только мокренько станет.

   Кулачный господин при слове «бокс» только презрительно и обидчиво улыбался и, с своей стороны, не удостаивая соперника явного прения, показывал иногда, молча, как бы невзначай, или, лучше сказать, выдвигал иногда на вид одну совершенно национальную вещь — огромный кулак, жилистый, узловатый, обросший каким-то рыжим пухом, и всем становилось ясно, что если эта глубоко национальная вещь опустится без промаху на предмет, то действительно только мокренько станет.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
4. «

   — Ты ведь знаешь, что я черный, а не китаец? — Я слепой, Карл, не тупой.

   — Ты ведь знаешь, что я черный, а не китаец? — Я слепой, Карл, не тупой.

   — Вузи · игра
5. «

   И всё-таки удивительно: мы говорим «горячие финские парни», имея в виду их медлительность, «тормознутость», а самые быстрые в мире гонщики — именно финны! Знаете, почему? Они просто не успевают отпустить педаль газа!

   И всё-таки удивительно: мы говорим «горячие финские парни», имея в виду их медлительность, «тормознутость», а самые быстрые в мире гонщики — именно финны! Знаете, почему? Они просто не успевают отпустить педаль газа!

   — Михаил Задорнов
6. «

   Для меня не существует национальностей. Для меня существуют талантливые, интересные люди или идиоты.

   Для меня не существует национальностей. Для меня существуют талантливые, интересные люди или идиоты.

   — Леонид Ярмольник
7. «

   Люди не делятся на классы, расы, государственные системы. Люди делятся на плохих и хороших. Только так. Хорошие всегда исключение, подарок Неба.

   Люди не делятся на классы, расы, государственные системы. Люди делятся на плохих и хороших. Только так. Хорошие всегда исключение, подарок Неба.

   — Майя Плисецкая
8. «

   Вы, русские, очень пассионарная нация. Особенно в политике. Спор моментально переходит в ссору, ссора в драку.

   Вы, русские, очень пассионарная нация. Особенно в политике. Спор моментально переходит в ссору, ссора в драку.

   — Анна Борисова (писатель) · книга
9. «

   — Ты одна из нас или же одна из них? — И то, и то. Как и многие другие, после двух-трех поколений. Разделять на данов и саксов уже глупо. — Когда одни пытаются уничтожить других — нужно выбрать сторону. — А я отказываюсь. Это игры для стариков. Я не хочу отвечать за вражду минувших лет. Я не была и не буду врагом ни одной из сторон. Я не стану марать честь матери или отца.

   — Ты одна из нас или же одна из них? — И то, и то. Как и многие другие, после двух-трех поколений. Разделять на данов и саксов уже глупо. — Когда одни пытаются уничтожить других — нужно выбрать сторону. — А я отказываюсь. Это игры для стариков. Я не хочу отвечать за вражду минувших лет. Я не была и не буду врагом ни одной из сторон. Я не стану марать честь матери или отца.

   — Сигтриггр · сериал
10. «

    Для европейцев Южная Америка — это мужчина с усами, гитарой и револьвером. Они нас не понимают.

    Для европейцев Южная Америка — это мужчина с усами, гитарой и револьвером. Они нас не понимают.

    — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
11. «

    Самое главное заключается не в том, еврей ты или христианин, а в том, хороший ли ты человек.

    Самое главное заключается не в том, еврей ты или христианин, а в том, хороший ли ты человек.

    — Эрик Сигал · книга
12. «

    ...всякий согласится, что бывает патриотизм неразумный, вместо желаемой пользы приносящий вред и ведущий народы к гибели, бывает патриотизм пустой, выражающий только голословную претензию, и бывает, наконец, патриотизм прямо лживый, служащий только личиною для низких, своекорыстных побуждений. <...> Что касается до нашего отечества... Петр Великий и Пушкин — достаточно этих двух имен, чтобы признать, что наш национальный дух осуществляет свое достоинство лишь в открытом общении со всем человечеством, а не в отчуждении от него.

    ...всякий согласится, что бывает патриотизм неразумный, вместо желаемой пользы приносящий вред и ведущий народы к гибели, бывает патриотизм пустой, выражающий только голословную претензию, и бывает, наконец, патриотизм прямо лживый, служащий только личиною для низких, своекорыстных побуждений. <...> Что касается до нашего отечества... Петр Великий и Пушкин — достаточно этих двух имен, чтобы признать, что наш национальный дух осуществляет свое достоинство лишь в открытом общении со всем человечеством, а не в отчуждении от него.

    — Владимир Сергеевич Соловьёв · книга
13. «

    Почему никто никогда не занялся вопросом того, что русский язык — это и есть... Не кровь. Крови украинской нет, так же как и нет русской крови. Никто не сказал, что главное — это язык.

    Почему никто никогда не занялся вопросом того, что русский язык — это и есть... Не кровь. Крови украинской нет, так же как и нет русской крови. Никто не сказал, что главное — это язык.

    — Эдуард Лимонов
14. «

    Говорят, что китаец знает не изучая, видит не глядя, и достигает не делая. Подумаешь! Зато русский пишет не читая, пьёт не закусывая, любит не женясь и гребет капусту лопатой, не разбираясь в сельском хозяйстве.

    Говорят, что китаец знает не изучая, видит не глядя, и достигает не делая. Подумаешь! Зато русский пишет не читая, пьёт не закусывая, любит не женясь и гребет капусту лопатой, не разбираясь в сельском хозяйстве.

    — Геннадий Москвин
15. «

    На каком языке ты думаешь, к тому народу ты и принадлежишь.

    На каком языке ты думаешь, к тому народу ты и принадлежишь.

    — Аристарх Ромашин
16. «

    Под «нацией», «национальным» никогда не понимаются люди, конкретные существа, а отвлечённый принцип, выгодный для некоторых социальных групп. В этом коренное различие нации от народа, который всегда связан с людьми. Национальная идеология обыкновенно оказывается идеологией классовой. Апеллируя к национальному целому, хотят задавить части, состоящие из людей, существ, способных страдать и радоваться. «Национальность» превращается в идола, требует человеческих жертвоприношений, как и все идолы.

    Под «нацией», «национальным» никогда не понимаются люди, конкретные существа, а отвлечённый принцип, выгодный для некоторых социальных групп. В этом коренное различие нации от народа, который всегда связан с людьми. Национальная идеология обыкновенно оказывается идеологией классовой. Апеллируя к национальному целому, хотят задавить части, состоящие из людей, существ, способных страдать и радоваться. «Национальность» превращается в идола, требует человеческих жертвоприношений, как и все идолы.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
17. «

    Старым мастерам никак не удавалось денационализироваться. Художники итальянцы писали итальянских мадонн, голландцы — голландских, мадонны французских живописцев были француженками, — никто из них ни разу не вложил в лицо девы Марии того не поддающегося описанию «нечто», по которому можно узнать еврейку, где бы вы ее ни встретили — в Нью-Йорке, в Константинополе, в Париже, в Иерусалиме или в Марокко.

    Старым мастерам никак не удавалось денационализироваться. Художники итальянцы писали итальянских мадонн, голландцы — голландских, мадонны французских живописцев были француженками, — никто из них ни разу не вложил в лицо девы Марии того не поддающегося описанию «нечто», по которому можно узнать еврейку, где бы вы ее ни встретили — в Нью-Йорке, в Константинополе, в Париже, в Иерусалиме или в Марокко.

    — Марк Твен · книга
18. «

    В Америке негров всегда обижали: Столетия их в черном теле держали. Но нынче иные пришли времена: Другая политика, мода, страна...

    В Америке негров всегда обижали: Столетия их в черном теле держали. Но нынче иные пришли времена: Другая политика, мода, страна...

    — Андрей Алексеевич Усачёв · книга
19. «

    — Я еврей, — говорил мистер Голан, — но прежде всего я человек.

    — Я еврей, — говорил мистер Голан, — но прежде всего я человек.

    — Сара Уинман · книга
20. «

    Национальность — это понятие не биологическое. Вход в любую национальность открыт для любого человека. Моя национальность – я советский.

    Национальность — это понятие не биологическое. Вход в любую национальность открыт для любого человека. Моя национальность – я советский.

    — Александр Невзоров