138 цитат на тему «наказание» — читать онлайн

Тема «наказание» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 138 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Сознаю свою вину. Меру. Степень. Глубину. И прошу меня направить На текущую войну. Нет войны — я все приму - Ссылку. Каторгу. Тюрьму. Но желательно — в июле, И желательно — в Крыму.

   Сознаю свою вину. Меру. Степень. Глубину. И прошу меня направить На текущую войну. Нет войны — я все приму - Ссылку. Каторгу. Тюрьму. Но желательно — в июле, И желательно — в Крыму.

   — Леонид Филатов · книга
2. «

   Есть средство воспрепятствовать преступлениям — это наказания; есть средства изменять нравы — это благие примеры.

   Есть средство воспрепятствовать преступлениям — это наказания; есть средства изменять нравы — это благие примеры.

   — Шарль Луи де Монтескьё
3. «

   Всё это одинаково: в начале жизни — воспитатели, учителя, орехи, мячики, воробьи; когда же человек стал взрослым — префекты, цари, золото, поместья, рабы — в сущности, всё это одно и то же, только линейку сменяют тяжёлые наказания.

   Всё это одинаково: в начале жизни — воспитатели, учителя, орехи, мячики, воробьи; когда же человек стал взрослым — префекты, цари, золото, поместья, рабы — в сущности, всё это одно и то же, только линейку сменяют тяжёлые наказания.

   — Аврелий Августин
4. «

   Господи! Воистину! Если ты хочешь наказать нас, то делаешь слепыми и глухими...

   Господи! Воистину! Если ты хочешь наказать нас, то делаешь слепыми и глухими...

   — Софья Матвеевна Зотова · фильм
5. «

   Скидок на юность Волкодав не понимал никогда. Напакостил — отвечай.

   Скидок на юность Волкодав не понимал никогда. Напакостил — отвечай.

   — Мария Семенова · книга
6. «

   Люди жаждут осуждения. Весьма сильно. Позволь сказать — когда на сердце тяжкий груз, самым тяжёлым наказанием является снисхождение.

   Люди жаждут осуждения. Весьма сильно. Позволь сказать — когда на сердце тяжкий груз, самым тяжёлым наказанием является снисхождение.

   — Осирис · сериал
7. «

   Легко требовать возмездия, пока сам не окажешься на месте того, кто приговорён к наказанию.

   Легко требовать возмездия, пока сам не окажешься на месте того, кто приговорён к наказанию.
8. «

   Ступайте же теперь домой, и пусть тот ад, который устроит вам ваша супруга, будет вам наказанием.

   Ступайте же теперь домой, и пусть тот ад, который устроит вам ваша супруга, будет вам наказанием.

   — Михаил Булгаков · книга
9. «

   — У вас просто идеальное государство какое-то, — удивленно сказал я. — Все довольны. А что у вас с преступлениями, воровством например? — У нас нет воровства. — Как это? — Вот так. Наши законы довольно суровы. К примеру, наказание за убийство — смерть. За нападение на вампира — смерть, за разбой на дорогах — смерть, за воровство… — Дай-ка я догадаюсь — смерть? — Именно, — подмигнул вампир. — Видишь, как, оказывается, просто убедить людей соблюдать все законы.

   — У вас просто идеальное государство какое-то, — удивленно сказал я. — Все довольны. А что у вас с преступлениями, воровством например? — У нас нет воровства. — Как это? — Вот так. Наши законы довольно суровы. К примеру, наказание за убийство — смерть. За нападение на вампира — смерть, за разбой на дорогах — смерть, за воровство… — Дай-ка я догадаюсь — смерть? — Именно, — подмигнул вампир. — Видишь, как, оказывается, просто убедить людей соблюдать все законы.

   — Алекс Кош · книга
10. «

    Слушай, злой и глупый дятел. Стонет каждой ночью лес. Ты стучал, кроша деревья, этот стук достиг небес.

    Слушай, злой и глупый дятел. Стонет каждой ночью лес. Ты стучал, кроша деревья, этот стук достиг небес.
11. «

    Мне пришло раз на мысль, что если б захотели вполне раздавить, уничтожить человека, наказать его самым ужасным наказанием, так что самый страшный убийца содрогнулся бы от этого наказания и пугался его заранее, то стоило бы только придать работе характер совершенной, полнейшей бесполезности и бессмыслицы. <...> Разумеется, такое наказание обратилось бы в пытку, в мщение и было бы бессмысленно, потому что не достигало бы никакой разумной цели. Но так как часть такой пытки, бессмыслицы, унижения и стыда есть непременно и во всякой вынужденной работе, то и каторжная работа несравненно мучительнее всякой вольной, именно тем, что вынужденная.

    Мне пришло раз на мысль, что если б захотели вполне раздавить, уничтожить человека, наказать его самым ужасным наказанием, так что самый страшный убийца содрогнулся бы от этого наказания и пугался его заранее, то стоило бы только придать работе характер совершенной, полнейшей бесполезности и бессмыслицы. <...> Разумеется, такое наказание обратилось бы в пытку, в мщение и было бы бессмысленно, потому что не достигало бы никакой разумной цели. Но так как часть такой пытки, бессмыслицы, унижения и стыда есть непременно и во всякой вынужденной работе, то и каторжная работа несравненно мучительнее всякой вольной, именно тем, что вынужденная.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
12. «

    Однажды Гарри оговорился и сказал вместо «когда ребенок ведет себя плохо, то его надо наказывать» — «когда человек ведет себя плохо...», тем самым подкинув девочке революционную идею о том, что дети тоже могут наказывать своих родителей, конечно, если они этого заслуживают.

    Однажды Гарри оговорился и сказал вместо «когда ребенок ведет себя плохо, то его надо наказывать» — «когда человек ведет себя плохо...», тем самым подкинув девочке революционную идею о том, что дети тоже могут наказывать своих родителей, конечно, если они этого заслуживают.

    — Голос за кадром · фильм
13. «

    Вот тогда Док и придумал наказание для банка, если он в чем-нибудь перед вами провинится. «Снимите в банке сейф для хранения ценностей, — сказал он, — поместите туда свежую семгу, а сами уезжайте куда-нибудь на полгода».

    Вот тогда Док и придумал наказание для банка, если он в чем-нибудь перед вами провинится. «Снимите в банке сейф для хранения ценностей, — сказал он, — поместите туда свежую семгу, а сами уезжайте куда-нибудь на полгода».

    — Джон Стейнбек · книга
14. «

    Остаться наедине с собственной совестью будет для меня достаточным наказанием.

    Остаться наедине с собственной совестью будет для меня достаточным наказанием.

    — Чарльз Уильяме Стаббс
15. «

    Потому что есть добро и есть зло, и зло должно быть наказано. Даже перед лицом Армагеддона я не должен нарушать этого. Но столь многие заслуживают воздаяния... и так мало времени.

    Потому что есть добро и есть зло, и зло должно быть наказано. Даже перед лицом Армагеддона я не должен нарушать этого. Но столь многие заслуживают воздаяния... и так мало времени.

    — Уолтер Ковач / Роршах (Walter Kovacs / Rorschach)
16. «

    Может, с религиозной точки зрения и правильнее предотвращать зло, но с житейской — наказывать его куда интереснее!

    Может, с религиозной точки зрения и правильнее предотвращать зло, но с житейской — наказывать его куда интереснее!

    — Ольга Громыко · книга
17. «

    Ты спрашиваешь: неужели мне её не жаль? Сегодня уже нет. После того как её наказали, ей стало гораздо легче, хоть она сейчас и огорчена. По-настоящему несчастна она была вчера, когда злополучная лошадка лежала в печке. Весь дом разыскивал её, а малютка непрерывно дрожала от страха, что пропажу вот-вот обнаружат. Страх хуже наказания. В наказании есть нечто определённое. Велико ли оно, или мало, всё лучше, чем неопределённость, чем нескончаемый ужас ожидания. Едва только она узнала, как её накажут, ей стало легко. Пусть тебя не смущают слёзы — сейчас они только вырвались наружу, раньше они скоплялись внутри. А таить их внутри куда больнее.

    Ты спрашиваешь: неужели мне её не жаль? Сегодня уже нет. После того как её наказали, ей стало гораздо легче, хоть она сейчас и огорчена. По-настоящему несчастна она была вчера, когда злополучная лошадка лежала в печке. Весь дом разыскивал её, а малютка непрерывно дрожала от страха, что пропажу вот-вот обнаружат. Страх хуже наказания. В наказании есть нечто определённое. Велико ли оно, или мало, всё лучше, чем неопределённость, чем нескончаемый ужас ожидания. Едва только она узнала, как её накажут, ей стало легко. Пусть тебя не смущают слёзы — сейчас они только вырвались наружу, раньше они скоплялись внутри. А таить их внутри куда больнее.

    — Стефан Цвейг · книга
18. «

    Один убил по бродяжничеству, осаждаемый целым полком сыщиков, защищая свою свободу, жизнь, нередко умирая от голодной смерти; а другой режет маленьких детей из удовольствия резать, чувствовать на своих руках их тёплую кровь, насладиться их страхом, их последним голубиным трепетом под самым ножом. И что же? И тот и другой поступают в ту же каторгу.

    Один убил по бродяжничеству, осаждаемый целым полком сыщиков, защищая свою свободу, жизнь, нередко умирая от голодной смерти; а другой режет маленьких детей из удовольствия резать, чувствовать на своих руках их тёплую кровь, насладиться их страхом, их последним голубиным трепетом под самым ножом. И что же? И тот и другой поступают в ту же каторгу.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
19. «

    Я не знаю, как можно наказать себя сильнее: посадить самого себя в тюрьму совести.

    Я не знаю, как можно наказать себя сильнее: посадить самого себя в тюрьму совести.

    — Ольга Савельева · книга
20. «

    — Сомнения — это испытания, которым подвергает нас Господь. — Когда я убил двух человек — мне ничего не сделали. А за любовь меня наказывают... Какое отношение это имеет к божьей воле? — Это не имеет никакого отношения к воле Господа. Это козни и интриги людей.

    — Сомнения — это испытания, которым подвергает нас Господь. — Когда я убил двух человек — мне ничего не сделали. А за любовь меня наказывают... Какое отношение это имеет к божьей воле? — Это не имеет никакого отношения к воле Господа. Это козни и интриги людей.

    — Брат Гилберт · фильм