86 цитат «Жизненные цитаты про народ» на каждый день

Собрали 86 цитат на тему «Жизненные цитаты про народ» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Сила России – внутри нас самих, она внутри нашего народа, в наших людях, в наших традициях и нашей культуре, в нашей экономике, в огромной нашей территории и природных богатствах, в обороноспособности, конечно. Но самое главное – наша сила, безусловно, в единстве нашего народа.

   Сила России – внутри нас самих, она внутри нашего народа, в наших людях, в наших традициях и нашей культуре, в нашей экономике, в огромной нашей территории и природных богатствах, в обороноспособности, конечно. Но самое главное – наша сила, безусловно, в единстве нашего народа.

   — Владимир Владимирович Путин
2. «

   Образ героя почти всегда рисует народ.

   Образ героя почти всегда рисует народ.

   — Екатерина Казакова · книга
3. «

   Политика — клоака. Депутаты — паралитики. Беспомощные, кто голосует — дураки. Я вижу: старики по улицам ищут бутылки. Вижу: политики лишь набивают кошельки, Водят тачки, строят дачи, особняки, Устраивают склоки по ТВ. Они ведь те же гопники, Только у власти.

   Политика — клоака. Депутаты — паралитики. Беспомощные, кто голосует — дураки. Я вижу: старики по улицам ищут бутылки. Вижу: политики лишь набивают кошельки, Водят тачки, строят дачи, особняки, Устраивают склоки по ТВ. Они ведь те же гопники, Только у власти.
4. «

   Для того, чтобы народ оценил великие государственные дела, надо чтобы ему от них досталось хотя бы малое.

   Для того, чтобы народ оценил великие государственные дела, надо чтобы ему от них досталось хотя бы малое.

   — Хань Сян-цзы
5. «

   Чтобы русскому народу действительно пребыть надолго тем народом «богоносцем», от которого ждал так много наш пламенный народолюбец Достоевский, – он должен быть ограничен, привинчен, отечески и совестливо стеснен. Не надо лишать его тех внешних ограничений и уз, которые так долго утверждали и воспитывали в нем смирение и покорность. Эти качества составляли его душевную красу и делали его истинно великим и примерным народом. Чтобы продолжать быть и для нас самих с этой стороны примером, он должен быть сызнова и мудро стеснен в своей свободе; удержан свыше на скользком пути эгалитарного своеволия. При меньшей свободе, при меньших порывах к равенству прав будет больше серьезности, а при большей серьезности будет гораздо больше и того истинного достоинства в смирении, которое его так красит. Иначе, через какие-нибудь полвека, не более, он из народа «богоносца» станет мало-помалу, и сам того не замечая, «народом-богоборцем», и даже скорее всякого другого народа, быть может. Ибо, действительно, он способен во всем доходить до крайностей… Евреи были гораздо более нас, в свое время, избранным народом, ибо они тогда были одни во всем мире, веровавшие в Единого Бога, и, однако, они же распяли на кресте Христа, Сына Божия, когда Он сошел к ним на землю.

   Чтобы русскому народу действительно пребыть надолго тем народом «богоносцем», от которого ждал так много наш пламенный народолюбец Достоевский, – он должен быть ограничен, привинчен, отечески и совестливо стеснен. Не надо лишать его тех внешних ограничений и уз, которые так долго утверждали и воспитывали в нем смирение и покорность. Эти качества составляли его душевную красу и делали его истинно великим и примерным народом. Чтобы продолжать быть и для нас самих с этой стороны примером, он должен быть сызнова и мудро стеснен в своей свободе; удержан свыше на скользком пути эгалитарного своеволия. При меньшей свободе, при меньших порывах к равенству прав будет больше серьезности, а при большей серьезности будет гораздо больше и того истинного достоинства в смирении, которое его так красит. Иначе, через какие-нибудь полвека, не более, он из народа «богоносца» станет мало-помалу, и сам того не замечая, «народом-богоборцем», и даже скорее всякого другого народа, быть может. Ибо, действительно, он способен во всем доходить до крайностей… Евреи были гораздо более нас, в свое время, избранным народом, ибо они тогда были одни во всем мире, веровавшие в Единого Бога, и, однако, они же распяли на кресте Христа, Сына Божия, когда Он сошел к ним на землю.

   — Константин Николаевич Леонтьев
6. «

   Дайте мне средства массовой информации, и я из любого народа сделаю стадо свиней.

   Дайте мне средства массовой информации, и я из любого народа сделаю стадо свиней.

   — Йозеф Геббельс
7. «

   Ну-ё, браток, ты что это, за маузер ухватился-ё? Что, в детстве в большевиков не наигрался? Головой работай, головой! Вот когда мне на стройку раствор не завезли, я что за пистолет хватаюсь-ё? Я головой работаю! Я ею кричу! А ну-ё, где раствор мать вашу!? Работа стоит-ё! И всё! Моё начальство только такой язык понимает и эти (полицейские, депутаты, министры) тоже понимают. Отвечаю, что они там пишут? Законы? Вот ты — это их закон-ё! Чтобы зарплата всем была хорошая, в закон! Чтобы налогов лишних не брали, в закон! И всё!...

   Ну-ё, браток, ты что это, за маузер ухватился-ё? Что, в детстве в большевиков не наигрался? Головой работай, головой! Вот когда мне на стройку раствор не завезли, я что за пистолет хватаюсь-ё? Я головой работаю! Я ею кричу! А ну-ё, где раствор мать вашу!? Работа стоит-ё! И всё! Моё начальство только такой язык понимает и эти (полицейские, депутаты, министры) тоже понимают. Отвечаю, что они там пишут? Законы? Вот ты — это их закон-ё! Чтобы зарплата всем была хорошая, в закон! Чтобы налогов лишних не брали, в закон! И всё!...

   — Иван Гвоздодёров · мультфильм
8. «

   Как часто говаривал Кларе отец, народ не склонен смотреть в глаза правде, особенно когда берется за оружие.

   Как часто говаривал Кларе отец, народ не склонен смотреть в глаза правде, особенно когда берется за оружие.

   — Карлос Руис Сафон · книга
9. «

   По поводу отношения к людям... Мне кажется, есть и проблема отношения либералов к людям. Они начинали с того, что они — за людей, за права людей, но свелось всё к тому, что, на самом деле, людей они наших не любят, потому что люди перестали любить их.

   По поводу отношения к людям... Мне кажется, есть и проблема отношения либералов к людям. Они начинали с того, что они — за людей, за права людей, но свелось всё к тому, что, на самом деле, людей они наших не любят, потому что люди перестали любить их.

   — Сергей Александрович Михеев
10. «

    Население любой страны делится на две части: народ и враги народа. Поскольку моя программа направлена на народное благо, то все, кто против нее, по логике вещей являются врагами народа.

    Население любой страны делится на две части: народ и враги народа. Поскольку моя программа направлена на народное благо, то все, кто против нее, по логике вещей являются врагами народа.

    — Лайон Спрэг де Камп · книга
11. «

    Элигор умел нравиться, он всегда говорил то, что люди хотят слышать – за эту замечательную способность его обожал народ. На прямых линиях у демона часто просили подарки и разные суммы денег, и он никогда никому не отказывал. Ведь и полному дураку ясно – легче раз в год публично подарить ребёнку конструктор «Лего» и увеличить рейтинг до 90 процентов, чем выделять миллиарды баксов на новые детские сады.

    Элигор умел нравиться, он всегда говорил то, что люди хотят слышать – за эту замечательную способность его обожал народ. На прямых линиях у демона часто просили подарки и разные суммы денег, и он никогда никому не отказывал. Ведь и полному дураку ясно – легче раз в год публично подарить ребёнку конструктор «Лего» и увеличить рейтинг до 90 процентов, чем выделять миллиарды баксов на новые детские сады.

    — Георгий Зотов · книга
12. «

    Взгляды народов различны: одни преклоняются перед самыми гнусными животными и делают из них своих богов; над другими властвуют иные, не менее смешные, предрассудки. Но существует ли на земле народ, который не уважал бы доброты, кротости, чувства благодарности? Существует ли народ, который не презирал бы, не питал бы отвращения к высокомерию, злобе, жестокости, неблагодарности? Природа, желавшая связать людей между собою общением и взаимными отношениями, начала с того, что создала их справедливыми.

    Взгляды народов различны: одни преклоняются перед самыми гнусными животными и делают из них своих богов; над другими властвуют иные, не менее смешные, предрассудки. Но существует ли на земле народ, который не уважал бы доброты, кротости, чувства благодарности? Существует ли народ, который не презирал бы, не питал бы отвращения к высокомерию, злобе, жестокости, неблагодарности? Природа, желавшая связать людей между собою общением и взаимными отношениями, начала с того, что создала их справедливыми.

    — Марк Туллий Цицерон · книга
13. «

    И благо тому народу, который в минуту испытания, не спрашивая о том, как по правилам поступали другие в подобных случаях, с простотою и легкостью поднимает первую попавшуюся дубину и гвоздит ею до тех пор, пока в душе его чувство оскорбления и мести не заменяется презрением и жалостью.

    И благо тому народу, который в минуту испытания, не спрашивая о том, как по правилам поступали другие в подобных случаях, с простотою и легкостью поднимает первую попавшуюся дубину и гвоздит ею до тех пор, пока в душе его чувство оскорбления и мести не заменяется презрением и жалостью.

    — Голос за кадром · сериал
14. «

    При тоталитарных режимах, — коммунизме, фашизме, религиозном фундаментализме, — поддержка народа — данность. Можно начинать войну, продолжать войну, обрядить всех в военную форму на какой угодно промежуток времени и не беспокоиться об обратной реакции. При демократии ситуация диаметрально противоположная. Поддержку народа приходится лелеять, как ограниченный государственный ресурс. И тратить мудро, аккуратно, с отдачей, во много раз превышающей вложения.

    При тоталитарных режимах, — коммунизме, фашизме, религиозном фундаментализме, — поддержка народа — данность. Можно начинать войну, продолжать войну, обрядить всех в военную форму на какой угодно промежуток времени и не беспокоиться об обратной реакции. При демократии ситуация диаметрально противоположная. Поддержку народа приходится лелеять, как ограниченный государственный ресурс. И тратить мудро, аккуратно, с отдачей, во много раз превышающей вложения.

    — Макс Брукс
15. «

    Аморально строить свое благополучие на чужой крови. Любая антигуманная политика в конечном счете оборачивается не только крахом правителей, но и трагедией для всего народа.

    Аморально строить свое благополучие на чужой крови. Любая антигуманная политика в конечном счете оборачивается не только крахом правителей, но и трагедией для всего народа.

    — Андрей Таманцев · книга
16. «

    Одна пятая часть народа — против чего бы то ни было когда бы то ни было.

    Одна пятая часть народа — против чего бы то ни было когда бы то ни было.

    — Роберт Кеннеди
17. «

    Мы не выбирали ни страну, где родимся, ни народ, в котором родимся, ни время, в котором родимся, но выбираем одно: быть людьми или нелюдями.

    Мы не выбирали ни страну, где родимся, ни народ, в котором родимся, ни время, в котором родимся, но выбираем одно: быть людьми или нелюдями.

    — Патриарх Сербский Павел
18. «

    – Кто я? Я – нищета. Милорды, вы должны меня выслушать. Дрожь охватила присутствующих. Воцарилась тишина. Гуинплен продолжал. – Милорды, вы – на вершине. Отлично. Нужно предположить, что у бога есть на то свои причины. В ваших руках власть и богатство, все радости жизни, для вас всегда сияет солнце, вы пользуетесь неограниченным авторитетом, безраздельным счастьем, и вы забыли обо всем прочих людях. Пусть так. Но под вами, а может быть и над вами есть еще кое-кто. Милорды, я пришел, чтобы сообщить вам новость: на свете существует род человеческий. <...> – Я поднялся сюда из низов. Милорды, вы знатны и богаты. Это таит опасность. Вы пользуетесь прикрывающим вас мраком. Но берегитесь, существует великая сила – заря. Заря непобедима. Она наступит. Она уже занимается. Она несет с собой потоки неодолимого света. И кто же помешает этой праще взметнуть солнце на небо? Солнце – это справедливость. Вы захватили в свои руки все преимущества. Страшитесь! Подлинный хозяин скоро постучится в дверь. Кто порождает привилегии? Случай. А что порождают привилегии? Злоупотребления. Однако ни то, ни другое не прочно. Будущее сулит вам беду. Я пришел предупредить вас. Я пришел изобличить ваше счастье. Оно построено на несчастье людей. Вы обладаете всем, но только потому, что обездолены другие. Милорды, я – адвокат, защищающий безнадежное дело. Однако бог восстановит нарушенную справедливость. Сам я ничто, я только голос. Род человеческий – уста, и я их вопль. Вы услышите меня. Перед вами, пэры Англии, я открываю великий суд народа – этого властелина, подвергаемого пыткам, этого верховного судьи, которого ввергли в положение осужденного...

    – Кто я? Я – нищета. Милорды, вы должны меня выслушать. Дрожь охватила присутствующих. Воцарилась тишина. Гуинплен продолжал. – Милорды, вы – на вершине. Отлично. Нужно предположить, что у бога есть на то свои причины. В ваших руках власть и богатство, все радости жизни, для вас всегда сияет солнце, вы пользуетесь неограниченным авторитетом, безраздельным счастьем, и вы забыли обо всем прочих людях. Пусть так. Но под вами, а может быть и над вами есть еще кое-кто. Милорды, я пришел, чтобы сообщить вам новость: на свете существует род человеческий. <...> – Я поднялся сюда из низов. Милорды, вы знатны и богаты. Это таит опасность. Вы пользуетесь прикрывающим вас мраком. Но берегитесь, существует великая сила – заря. Заря непобедима. Она наступит. Она уже занимается. Она несет с собой потоки неодолимого света. И кто же помешает этой праще взметнуть солнце на небо? Солнце – это справедливость. Вы захватили в свои руки все преимущества. Страшитесь! Подлинный хозяин скоро постучится в дверь. Кто порождает привилегии? Случай. А что порождают привилегии? Злоупотребления. Однако ни то, ни другое не прочно. Будущее сулит вам беду. Я пришел предупредить вас. Я пришел изобличить ваше счастье. Оно построено на несчастье людей. Вы обладаете всем, но только потому, что обездолены другие. Милорды, я – адвокат, защищающий безнадежное дело. Однако бог восстановит нарушенную справедливость. Сам я ничто, я только голос. Род человеческий – уста, и я их вопль. Вы услышите меня. Перед вами, пэры Англии, я открываю великий суд народа – этого властелина, подвергаемого пыткам, этого верховного судьи, которого ввергли в положение осужденного...

    — Виктор Гюго · книга
19. «

    Народу и женщинам надо обещать не больше того, о чём они мечтают.

    Народу и женщинам надо обещать не больше того, о чём они мечтают.

    — Аркадий Филиппович Давидович
20. «

    — Лучше уж «не трогай, пока работает», — поправил я. — Валентин, вся беда в том, что власть — отражение общества. Кривое, гротескное, но отражение. И пока большинство граждан в стране, доведись им попасть во власть, будут воровать и считать себя лучше других — никакая реморализация верхушки ничего не изменит. Политики, которые обретут совесть, уйдут. А на их место придут новые — без совести. Должны измениться люди, общество…

    — Лучше уж «не трогай, пока работает», — поправил я. — Валентин, вся беда в том, что власть — отражение общества. Кривое, гротескное, но отражение. И пока большинство граждан в стране, доведись им попасть во власть, будут воровать и считать себя лучше других — никакая реморализация верхушки ничего не изменит. Политики, которые обретут совесть, уйдут. А на их место придут новые — без совести. Должны измениться люди, общество…

    — Сергей Лукьяненко · книга