264 цитаты про «насилие» для вдохновения

Собрали 264 цитаты на тему «насилие» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Ты прибегаешь к физическому насилию только потому, что не можешь доказать, что я не прав.

   Ты прибегаешь к физическому насилию только потому, что не можешь доказать, что я не прав.

   — Армин Арлерт · аниме
2. «

   Домашнее насилие причиняет боль, которая гораздо сильнее, чем видимые отметины синяков и шрамов. Это опустошающее чувство — быть оскорбленной тем, кого ты любишь и веришь, что это взаимно.

   Домашнее насилие причиняет боль, которая гораздо сильнее, чем видимые отметины синяков и шрамов. Это опустошающее чувство — быть оскорбленной тем, кого ты любишь и веришь, что это взаимно.

   — Диана Файнстайн
3. «

   Самым страшным в нашем мучителе стало несоответствие первоначального впечатления о нем его сути. При встрече с Виктором мы не могли заподозрить в нем настоящего тирана. Когда они с Алексеем предложили нас подвезти, он казался обычным, слегка неловким дяденькой, который в жизни никого не обидел. Но когда мы узнали его по-настоящему, нам открылся совершенно другой человек. Если он чего-то хотел, то становился совершенно безжалостен и был способен на все ради достижения своей цели.

   Самым страшным в нашем мучителе стало несоответствие первоначального впечатления о нем его сути. При встрече с Виктором мы не могли заподозрить в нем настоящего тирана. Когда они с Алексеем предложили нас подвезти, он казался обычным, слегка неловким дяденькой, который в жизни никого не обидел. Но когда мы узнали его по-настоящему, нам открылся совершенно другой человек. Если он чего-то хотел, то становился совершенно безжалостен и был способен на все ради достижения своей цели.

   — Карстэн Графф · книга
4. «

   Когда критикам нравится фильм, они пытаются этому придумать культурологическое объяснение. Если это жестокий фильм, они стараются его обелить — привести в какое-то, пусть призрачное, хрупкое, соответствие с моральными стандартами своего общества. Общество осуждает насилие, так что они пишут, что насилие — это метафора.

   Когда критикам нравится фильм, они пытаются этому придумать культурологическое объяснение. Если это жестокий фильм, они стараются его обелить — привести в какое-то, пусть призрачное, хрупкое, соответствие с моральными стандартами своего общества. Общество осуждает насилие, так что они пишут, что насилие — это метафора.

   — Пак Чхан Ук
5. «

   Истинно счастлив только тот, кто не чувствует присутствие насилия.

   Истинно счастлив только тот, кто не чувствует присутствие насилия.

   — Гарегин Нжде
6. «

   Насилие никогда ничего не решает. Убив кого-то, ты, может быть, и справишься с одной проблемой, но будешь тащить на себе груз убийства до конца твоих дней. Еще несколько убийств, и в тебе не остается места для роста души. Жизнь становится тяжким бременем, и ты кое-как ползешь по ней.

   Насилие никогда ничего не решает. Убив кого-то, ты, может быть, и справишься с одной проблемой, но будешь тащить на себе груз убийства до конца твоих дней. Еще несколько убийств, и в тебе не остается места для роста души. Жизнь становится тяжким бременем, и ты кое-как ползешь по ней.

   — Чарльз де Линт · книга
7. «

   Как победить насилие, не пользуясь насилием?

   Как победить насилие, не пользуясь насилием?

   — Жерар Клейн · книга
8. «

   Путь насилия — это путь тех, кто ни на что не годен, а пустые угрозы — жалкое оружие слабоумных.

   Путь насилия — это путь тех, кто ни на что не годен, а пустые угрозы — жалкое оружие слабоумных.

   — Нил Гейман · книга
9. «

   на городской помойке воют собаки это мир в котором ни секунды без драки Бог сделал непрозрачной здесь каждую дверь чтобы никто не видел чем питается зверь

   на городской помойке воют собаки это мир в котором ни секунды без драки Бог сделал непрозрачной здесь каждую дверь чтобы никто не видел чем питается зверь

   — Илья Кормильцев
10. «

    Как бы страшно их ни избивали, дети не могут ответить тем же. Даже если мать охаживает их рожком для обуви, шлангом пылесоса, рукояткой кухонного ножа, душит их, обваривает кипятком, они не пытаются от нее убежать, не смеют по-настоящему возненавидеть. Дети страстно стремятся любить своих родителей. Скорее они станут ненавидеть не родственников, а самих себя.

    Как бы страшно их ни избивали, дети не могут ответить тем же. Даже если мать охаживает их рожком для обуви, шлангом пылесоса, рукояткой кухонного ножа, душит их, обваривает кипятком, они не пытаются от нее убежать, не смеют по-настоящему возненавидеть. Дети страстно стремятся любить своих родителей. Скорее они станут ненавидеть не родственников, а самих себя.

    — Рю Мураками · книга
11. «

    Заменяя аргументы угрозами, принципы — насилием, мы даём волю своей страсти, вопреки нашей способности мыслить. Эгоизм и нетерпимость — угроза свободе.

    Заменяя аргументы угрозами, принципы — насилием, мы даём волю своей страсти, вопреки нашей способности мыслить. Эгоизм и нетерпимость — угроза свободе.

    — Томас Каллахэн · фильм
12. «

    Насилием ничего нельзя добиться, независимо от того, к кому вы его применяете.

    Насилием ничего нельзя добиться, независимо от того, к кому вы его применяете.

    — Бернар Вербер · книга
13. «

    Жизнь — см. Насилие. Насилие — см. Жизнь.

    Жизнь — см. Насилие. Насилие — см. Жизнь.

    — Владимир Леви · книга
14. «

    Насилие – закон для животных, а гуманизм – закон для людей.

    Насилие – закон для животных, а гуманизм – закон для людей.
15. «

    Среди мизогинов есть «профессора Генри Хиггинсы», которые предлагают женщине помочь стать лучше путем полной переделки. Это обусловлено его профессией, которая обычно относится к категории высоко уважаемых. Среди мизогинов этого типа встречаются врачи, адвокаты, профессора или, как, например, Джерри, психологи. Профессиональный престиж дает им дополнительные очки в качестве критиков или менторов. Мизогины-Хиггинсы берут на себя роль учителя и гуру своих партнеров, но как бы те не менялись, чтобы удовлетворить требования наставника, они неизбежно обречены на провал. Подобная критика работает по принципу «капля камень точит». Сначала все не так страшно и разрушительно, но со временем срабатывает эффект накопления, возникают глубокие трещины. Кроме того постоянная критика и язвительность мизогина разъедают уверенность партнеров в себе и подтачивают их ощущение собственной ценности.

    Среди мизогинов есть «профессора Генри Хиггинсы», которые предлагают женщине помочь стать лучше путем полной переделки. Это обусловлено его профессией, которая обычно относится к категории высоко уважаемых. Среди мизогинов этого типа встречаются врачи, адвокаты, профессора или, как, например, Джерри, психологи. Профессиональный престиж дает им дополнительные очки в качестве критиков или менторов. Мизогины-Хиггинсы берут на себя роль учителя и гуру своих партнеров, но как бы те не менялись, чтобы удовлетворить требования наставника, они неизбежно обречены на провал. Подобная критика работает по принципу «капля камень точит». Сначала все не так страшно и разрушительно, но со временем срабатывает эффект накопления, возникают глубокие трещины. Кроме того постоянная критика и язвительность мизогина разъедают уверенность партнеров в себе и подтачивают их ощущение собственной ценности.

    — Сьюзан Форвард · книга
16. «

    Неужели при насилии над совестью не теряется целомудрие?

    Неужели при насилии над совестью не теряется целомудрие?

    — Станислав Ежи Лец
17. «

    Ну что ж, пришла пора немотивированного насилия.

    Ну что ж, пришла пора немотивированного насилия.

    — Мерфи МакМанус · фильм
18. «

    Разве любовь — это обязанность? Нет, это чувство, и чувство свободное, оно не терпит насилия над собой.

    Разве любовь — это обязанность? Нет, это чувство, и чувство свободное, оно не терпит насилия над собой.

    — Александра Девиль · книга
19. «

    Еще один важный результат нашего исследования: взрослые, получившие психологическую травму в детстве, реагировали на ДПДГ иначе, чем те, кто пережил ее уже во взрослой жизни. Спустя восемь недель практически половина второй группы была признана исцеленной, в то время как среди тех, кто стал жертвой насилия в детстве, столь значительные улучшения были замечены лишь у 9 процентов. Восемь месяцев спустя уровень исцеления составил 73 процента для второй и лишь 25 процентов для первой группы. Группа участников, переживших насилие в детстве, продемонстрировала незначительное улучшение при приеме Прозака. Эти результаты подчеркивают то, о чем я говорил в девятой главе: хроническое насилие в детстве приводит к совершенном иным психическим и биологическим адаптациям, чем отдельные травмирующие события во взрослой жизни. ДПДГ – мощный инструмент для борьбы с навязчивыми травматическими воспоминаниями, однако этот метод уже не столь эффективно справляется с последствиями предательства, сопровождающего физическое или сексуальное насилие в детстве. Любой восьминедельной терапии редко когда бывает достаточно, чтобы разобраться с наследием давней травмы.

    Еще один важный результат нашего исследования: взрослые, получившие психологическую травму в детстве, реагировали на ДПДГ иначе, чем те, кто пережил ее уже во взрослой жизни. Спустя восемь недель практически половина второй группы была признана исцеленной, в то время как среди тех, кто стал жертвой насилия в детстве, столь значительные улучшения были замечены лишь у 9 процентов. Восемь месяцев спустя уровень исцеления составил 73 процента для второй и лишь 25 процентов для первой группы. Группа участников, переживших насилие в детстве, продемонстрировала незначительное улучшение при приеме Прозака. Эти результаты подчеркивают то, о чем я говорил в девятой главе: хроническое насилие в детстве приводит к совершенном иным психическим и биологическим адаптациям, чем отдельные травмирующие события во взрослой жизни. ДПДГ – мощный инструмент для борьбы с навязчивыми травматическими воспоминаниями, однако этот метод уже не столь эффективно справляется с последствиями предательства, сопровождающего физическое или сексуальное насилие в детстве. Любой восьминедельной терапии редко когда бывает достаточно, чтобы разобраться с наследием давней травмы.

    — Бессел ван дер Колк · книга
20. «

    Предательство и насилие – это копья, заостренные с обоих концов: того, кто пускает их в дело, они ранят больней, чем его противника.

    Предательство и насилие – это копья, заостренные с обоих концов: того, кто пускает их в дело, они ранят больней, чем его противника.

    — Эмили Бронте · книга