«наука» в 753 цитаты

Тема «наука» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 753 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Мы изучаем свой мозг своим собственным мозгом.

   Мы изучаем свой мозг своим собственным мозгом.

   — Татьяна Владимировна Черниговская
2. «

   Держаться подальше от точных наук из страха, что они могут исказить веру — это признак младенчества, незрелости разума. А считать, что наука никак не связана с верой, что она неизбежно ведёт к безверию — признак невежества и предубеждённости.

   Держаться подальше от точных наук из страха, что они могут исказить веру — это признак младенчества, незрелости разума. А считать, что наука никак не связана с верой, что она неизбежно ведёт к безверию — признак невежества и предубеждённости.

   — Фетхуллах Гюлен
3. «

   Некоторые здесь заявили о тематике своего выступления, как о научной или этической. Что же касается меня, то я считаю, что наука совершенно нага без этики, а этика вообще не может существовать без науки.

   Некоторые здесь заявили о тематике своего выступления, как о научной или этической. Что же касается меня, то я считаю, что наука совершенно нага без этики, а этика вообще не может существовать без науки.

   — Диана Дуэйн · книга
4. «

   Для пользы науки нам чужих денег не жалко.

   Для пользы науки нам чужих денег не жалко.

   — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
5. «

   Существует только один светильник науки, и зажечь его в каком-либо месте — значит зажечь везде.

   Существует только один светильник науки, и зажечь его в каком-либо месте — значит зажечь везде.

   — Айзек Азимов
6. «

   Скиннер писал, что в возрасте двадцати трех лет прочел в «Нью-Йорктаймс мэгэзин» статью Герберта Уэллса, в которой тот утверждал, что если бы ему нужно было выбрать, чью жизнь спасать — Ивана Павлова или Джорджа Бернарда Шоу, — он выбрал бы Павлова, потому что наука более целительна, чем искусство.

   Скиннер писал, что в возрасте двадцати трех лет прочел в «Нью-Йорктаймс мэгэзин» статью Герберта Уэллса, в которой тот утверждал, что если бы ему нужно было выбрать, чью жизнь спасать — Ивана Павлова или Джорджа Бернарда Шоу, — он выбрал бы Павлова, потому что наука более целительна, чем искусство.

   — Лорен Слейтер · книга
7. «

   А между тем это был ведь человек умнейший и даровитейший, человек, так сказать, даже науки, хотя, впрочем, в науке... ну, одним словом, в науке он сделал не так много и, кажется, совсем ничего. Но ведь с людьми науки у нас на Руси это сплошь да рядом случается.

   А между тем это был ведь человек умнейший и даровитейший, человек, так сказать, даже науки, хотя, впрочем, в науке... ну, одним словом, в науке он сделал не так много и, кажется, совсем ничего. Но ведь с людьми науки у нас на Руси это сплошь да рядом случается.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
8. «

   Я... не уверена, как себя вести с незнакомыми людьми. Каждый незнакомец по разному обращает внимание на разные вещи. Можно случайно сказать недостаточно вежливо или даже ненароком обидеть. Эх... разговаривать — это трудно, намного труднее алхимии.

   Я... не уверена, как себя вести с незнакомыми людьми. Каждый незнакомец по разному обращает внимание на разные вещи. Можно случайно сказать недостаточно вежливо или даже ненароком обидеть. Эх... разговаривать — это трудно, намного труднее алхимии.

   — Сахароза · игра
9. «

   Какая печальная эпоха, когда легче разбить атом, чем отказаться от предрассудков.

   Какая печальная эпоха, когда легче разбить атом, чем отказаться от предрассудков.

   — Альберт Эйнштейн
10. «

    — Видите, тиранозавр не подчиняется правилам и общему распорядку в парке. Теория хаотичности. — Я никак не могу понять эту теорию. Может, вы мне объясните? — Теория относится к непредсказуемости в налаженных системах. Эффект бабочки. Бабочка может захлопать крылышками в Пекине, а в Центральном Парке вместо солнца польет дождь. Я, наверное, слишком быстро объясняю. Сейчас я вам продемонстрирую. Я кое-что упустил. Подайте мне стакан воды. Сейчас мы проведем эксперимент. Так и должно быть. Ничего, что машина дергается. Выпрямите руку. Допустим, что капелька воды падает на вашу руку. По какой траектории упадет капелька? На какой палец? Я бы сказал, на большой. Ага. Видите. Теперь замрите и не шевелитесь. Начну все сначала. Куда она покатится? — По тому же пути. — Назад. Все изменилось. — Изменилось. Почему? — Из-за незначительных отклонений, из-за колебаний вашей руки. — Алан, посмотри... — Количество крови расширяет сосуды... дефекты кожи... — Дефекты кожи? — Просто... микроскопические. Будущее невозможно предсказать. Вот это и есть теория непредсказуемости. Верно. [Доктор Грант покидает машину] Посмотрите, видите? Я снова прав. Никто не мог предсказать, что Доктор Алан неожиданно выскочит из машины. — Алан? Алан! [Доктор Сеттлер тоже покидает машину] — Вот еще одно наглядное доказательство. Видите, я остался наедине с собой и разговариваю сам с собой. Это теория беспорядочности.

    — Видите, тиранозавр не подчиняется правилам и общему распорядку в парке. Теория хаотичности. — Я никак не могу понять эту теорию. Может, вы мне объясните? — Теория относится к непредсказуемости в налаженных системах. Эффект бабочки. Бабочка может захлопать крылышками в Пекине, а в Центральном Парке вместо солнца польет дождь. Я, наверное, слишком быстро объясняю. Сейчас я вам продемонстрирую. Я кое-что упустил. Подайте мне стакан воды. Сейчас мы проведем эксперимент. Так и должно быть. Ничего, что машина дергается. Выпрямите руку. Допустим, что капелька воды падает на вашу руку. По какой траектории упадет капелька? На какой палец? Я бы сказал, на большой. Ага. Видите. Теперь замрите и не шевелитесь. Начну все сначала. Куда она покатится? — По тому же пути. — Назад. Все изменилось. — Изменилось. Почему? — Из-за незначительных отклонений, из-за колебаний вашей руки. — Алан, посмотри... — Количество крови расширяет сосуды... дефекты кожи... — Дефекты кожи? — Просто... микроскопические. Будущее невозможно предсказать. Вот это и есть теория непредсказуемости. Верно. [Доктор Грант покидает машину] Посмотрите, видите? Я снова прав. Никто не мог предсказать, что Доктор Алан неожиданно выскочит из машины. — Алан? Алан! [Доктор Сеттлер тоже покидает машину] — Вот еще одно наглядное доказательство. Видите, я остался наедине с собой и разговариваю сам с собой. Это теория беспорядочности.

    — Йен Малькольм · фильм
11. «

    Не трогать веру нельзя. Она — основа религии, а любая религия в ваши дни — грубое и примитивное суеверие. Суеверие есть уверенность, на знании не основанная. Наука борется с суевериями, как свет с потемками.

    Не трогать веру нельзя. Она — основа религии, а любая религия в ваши дни — грубое и примитивное суеверие. Суеверие есть уверенность, на знании не основанная. Наука борется с суевериями, как свет с потемками.

    — Дмитрий Иванович Менделеев
12. «

    Наука не скупа.

    Наука не скупа.

    — Алишер Навои
13. «

    Ученый уподобляется обученному слону, которого погонщик поставил перед преградой. Он пользуется силой разума, как слон — силой мышц, подчиняясь приказу. Это необычайно удобно: ученый отныне готов на все, так как ни за что уже не отвечает. Наука становится орденом капитулянтов; логический расчет — автоматом, заменяющим человеку нравственность; мы уступаем шантажу «высших соображений», что-де атомная война может быть косвенно благодетельной, поскольку это вытекает из арифметики. То, что сегодня считается злом, завтра может оказаться благом, и из этого заключается, что само зло есть в известном отношении благо. Разум отмахивается от интуитивной подсказки эмоций; гармония идеальной машины возводится в образец для цивилизации и каждого человека в отдельности. Средства цивилизации объявляются целями, высшие ценности обмениваются на удобства. Соображения удобства, по которым пробки в бутылках заменяются металлическими колпачками, а те, в свою очередь, — пластиковыми, отскакивающими при нажатии пальцем, сами по себе совершенно невинны, но в применении к человеку они становятся чистейшим безумием; любой конфликт, любая проблема уподобляются не слишком удобной пробке, которую следует вышвырнуть и заменить чем-нибудь поудобнее.

    Ученый уподобляется обученному слону, которого погонщик поставил перед преградой. Он пользуется силой разума, как слон — силой мышц, подчиняясь приказу. Это необычайно удобно: ученый отныне готов на все, так как ни за что уже не отвечает. Наука становится орденом капитулянтов; логический расчет — автоматом, заменяющим человеку нравственность; мы уступаем шантажу «высших соображений», что-де атомная война может быть косвенно благодетельной, поскольку это вытекает из арифметики. То, что сегодня считается злом, завтра может оказаться благом, и из этого заключается, что само зло есть в известном отношении благо. Разум отмахивается от интуитивной подсказки эмоций; гармония идеальной машины возводится в образец для цивилизации и каждого человека в отдельности. Средства цивилизации объявляются целями, высшие ценности обмениваются на удобства. Соображения удобства, по которым пробки в бутылках заменяются металлическими колпачками, а те, в свою очередь, — пластиковыми, отскакивающими при нажатии пальцем, сами по себе совершенно невинны, но в применении к человеку они становятся чистейшим безумием; любой конфликт, любая проблема уподобляются не слишком удобной пробке, которую следует вышвырнуть и заменить чем-нибудь поудобнее.

    — Станислав Лем · книга
14. «

    Ценность мнения одного человека может быть выше, чем ценность мнения другого, независимо от того, кто больше изучал вопрос. Все поощряют занятия наукой и образование, но какой в этом смысл, если будут слушать не человека с учёными степенями, а какую-нибудь дуру или дурака из телевизора и интернета?

    Ценность мнения одного человека может быть выше, чем ценность мнения другого, независимо от того, кто больше изучал вопрос. Все поощряют занятия наукой и образование, но какой в этом смысл, если будут слушать не человека с учёными степенями, а какую-нибудь дуру или дурака из телевизора и интернета?

    — Лори Лютер · книга
15. «

    У вселенной есть начало, но нет конца. Она бессмертна. У звёзд тоже есть начало, но их жар ведёт их к гибели. Они смертны. Те, кого считали дураками оборачиваются великими мудрецами. Есть много примеров тому. Можно сказать последнее предупреждение от Бога тем, кто ещё противится.

    У вселенной есть начало, но нет конца. Она бессмертна. У звёзд тоже есть начало, но их жар ведёт их к гибели. Они смертны. Те, кого считали дураками оборачиваются великими мудрецами. Есть много примеров тому. Можно сказать последнее предупреждение от Бога тем, кто ещё противится.

    — Ринтаро Окабэ · аниме
16. «

    Проблема в том, что мы сосредоточиваемся на тех редких случаях, когда наша методика срабатывает, и почти никогда — на многочисленных примерах ее несостоятельности.

    Проблема в том, что мы сосредоточиваемся на тех редких случаях, когда наша методика срабатывает, и почти никогда — на многочисленных примерах ее несостоятельности.

    — Нассим Николас Талеб · книга
17. «

    Жрецы науки, вы несете дичь, Пытаясь замысел Всевышнего постичь: Тут ваши кванты, тахионы, кварки Помогут вам, как мертвому припарки!.

    Жрецы науки, вы несете дичь, Пытаясь замысел Всевышнего постичь: Тут ваши кванты, тахионы, кварки Помогут вам, как мертвому припарки!.

    — Борис Заходер · книга
18. «

    В науке все так и происходит. То, что вчера противоречило догме и категорически отрицалось, сегодня допускается как вероятное, завтра принимается всеми как догма, послезавтра догма костенеет, и очередная идея потихоньку долбит ее изнутри острым клювиком, как птенец яичную скорлупу.

    В науке все так и происходит. То, что вчера противоречило догме и категорически отрицалось, сегодня допускается как вероятное, завтра принимается всеми как догма, послезавтра догма костенеет, и очередная идея потихоньку долбит ее изнутри острым клювиком, как птенец яичную скорлупу.

    — Полина Дашкова · книга
19. «

    У естественного отбора нет ни предвидения, ни сострадания; он «может быть описан как процесс максимизации недальновидного эгоизма».

    У естественного отбора нет ни предвидения, ни сострадания; он «может быть описан как процесс максимизации недальновидного эгоизма».

    — Стивен Пинкер
20. «

    Невозможно выйти из невежества, не познав Истины, по-другому сознание ограничено. Истина есть слово Божие, научное свидетельство и понимание, основанное на духовной и нравственной вере, не внешняя обманчивая форма, а глубокий внутренний смысл всего творения.

    Невозможно выйти из невежества, не познав Истины, по-другому сознание ограничено. Истина есть слово Божие, научное свидетельство и понимание, основанное на духовной и нравственной вере, не внешняя обманчивая форма, а глубокий внутренний смысл всего творения.