98 высказываний на тему «Нью-Йорк»

Собрали 98 цитат на тему «Нью-Йорк» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Уолл-Стрит — это единственное место на земле, где люди, приезжающие на роллс-ройсах, слушают советы тех, кто приехал на метро.

   Уолл-Стрит — это единственное место на земле, где люди, приезжающие на роллс-ройсах, слушают советы тех, кто приехал на метро.

   — Уоррен Баффет
2. «

   — Знаешь разницу между этим местом и Нью-Йорком? — Славные рогалики? — Ты всегда можешь вернуться. Но ты не станешь.

   — Знаешь разницу между этим местом и Нью-Йорком? — Славные рогалики? — Ты всегда можешь вернуться. Но ты не станешь.

   — Курт Хаммел · сериал
3. «

   Своими наивными, привыкшими к дороге глазами я увидел полнейшее безумие и фантастическую круговерть Нью-Йорка с его миллионами и миллионами, вечно суетящимися из-за доллара среди себе подобных. Безумная мечта: хватать, брать, давать, вздыхать, умирать — только ради того, чтобы быть погребенным на ужасных городах-кладбищах за пределами Лонг-Айленд-сити.

   Своими наивными, привыкшими к дороге глазами я увидел полнейшее безумие и фантастическую круговерть Нью-Йорка с его миллионами и миллионами, вечно суетящимися из-за доллара среди себе подобных. Безумная мечта: хватать, брать, давать, вздыхать, умирать — только ради того, чтобы быть погребенным на ужасных городах-кладбищах за пределами Лонг-Айленд-сити.

   — Джек Керуак · книга
4. «

   Нью-Йорк — ненадежный друг. Этот город любит тех, кто на вершине успеха, и отворачивается от неудачников.

   Нью-Йорк — ненадежный друг. Этот город любит тех, кто на вершине успеха, и отворачивается от неудачников.

   — Сара Джио · книга
5. «

   В Нью-Йорке ничего не добиться, если не идти напролом и не захватывать все, что можешь. А иначе люди будут пользоваться вами для своей выгоды.

   В Нью-Йорке ничего не добиться, если не идти напролом и не захватывать все, что можешь. А иначе люди будут пользоваться вами для своей выгоды.

   — Эптон Синклер · книга
6. «

   Лунная ночь. Опьяненность Нью-Йорком в Бейруте. I might have loved you, Alice. I might even love you now. I might. Ты кружишь в прозрачном, в кружеве, в блестках шампанского – Кардифф – пальцы холодные, синие, с дешевым колечком, найденным в придорожной закусочной за музыкальным ящиком. Я целую твои пальцы и не могу нацеловаться. И музыкальный ящик хрипит. И погода переменчива, как мы – одна минута – россыпь бликов, вторая – дождя. Возможно, я до сих пор люблю тебя, Элис.

   Лунная ночь. Опьяненность Нью-Йорком в Бейруте. I might have loved you, Alice. I might even love you now. I might. Ты кружишь в прозрачном, в кружеве, в блестках шампанского – Кардифф – пальцы холодные, синие, с дешевым колечком, найденным в придорожной закусочной за музыкальным ящиком. Я целую твои пальцы и не могу нацеловаться. И музыкальный ящик хрипит. И погода переменчива, как мы – одна минута – россыпь бликов, вторая – дождя. Возможно, я до сих пор люблю тебя, Элис.

   — Франц Вертфоллен · книга
7. «

   Если Рим столица Италии, то Нью Йорк — столица мира!

   Если Рим столица Италии, то Нью Йорк — столица мира!

   — Фрэнк Карризи · сериал
8. «

   Ночные улицы Нью-Йорка отражают распятие и смерть Христа. Когда они покрываются снегом и воцаряется совершенная тишина, из уродливых строений Нью-Йорка несется музыка такого черного отчаяния и несостоятельности, что от нее пробирает дрожь. Здесь ни один камень не клался с любовью или почитанием, ни одна улица не прокладывалась для танцев и веселья.

   Ночные улицы Нью-Йорка отражают распятие и смерть Христа. Когда они покрываются снегом и воцаряется совершенная тишина, из уродливых строений Нью-Йорка несется музыка такого черного отчаяния и несостоятельности, что от нее пробирает дрожь. Здесь ни один камень не клался с любовью или почитанием, ни одна улица не прокладывалась для танцев и веселья.

   — Генри Миллер · книга
9. «

   Все-таки великолепен этот город – он макиавеллиевский по природе своей. Люди почти не обременяют тебя довершениями, завершениями, свершениями, вообще редко бывают последовательны – и нарочно выкручиваться незачем, тебя просто несет потоком нью-йоркской жизни. Изо дня в день Нью-Йорк подтачивает своих обитателей великим потопом, и только сильнейшим – волевым наследникам Спартака – хватает сил не просто не утонуть, но держаться курса. Касается и работы, и личной жизни. Спустя какую-то пару месяцев почти все оказываются в далекой дали от места назначения, застревают в колючих кустах посреди трясины, хотя направлялись прямиком к океану. Кое-кто попросту тонет (садится на наркоту) или выползает на берег (переезжает в Коннектикут).

   Все-таки великолепен этот город – он макиавеллиевский по природе своей. Люди почти не обременяют тебя довершениями, завершениями, свершениями, вообще редко бывают последовательны – и нарочно выкручиваться незачем, тебя просто несет потоком нью-йоркской жизни. Изо дня в день Нью-Йорк подтачивает своих обитателей великим потопом, и только сильнейшим – волевым наследникам Спартака – хватает сил не просто не утонуть, но держаться курса. Касается и работы, и личной жизни. Спустя какую-то пару месяцев почти все оказываются в далекой дали от места назначения, застревают в колючих кустах посреди трясины, хотя направлялись прямиком к океану. Кое-кто попросту тонет (садится на наркоту) или выползает на берег (переезжает в Коннектикут).

   — Мариша Пессл · книга
10. «

    Великая тайна Манхэттена: когда начинается дождь — все такси куда-то исчезают.

    Великая тайна Манхэттена: когда начинается дождь — все такси куда-то исчезают.

    — Финн Вудхаус · сериал
11. «

    Мне нравится это в Нью-Йорке. Час назад я гнала от дверей своей квартиры торговцев наркотиками. Потом шла по пропахшим мочой улицам, спускалась в мерзкую подземку и через пятнадцать минут я оказываюсь здесь [в ресторане], — она указала на женщину в платье с большим декольте (щедро открытое, оно позволяло ей демонстрировать бриллиантовое ожерелье), — и вижу все это.

    Мне нравится это в Нью-Йорке. Час назад я гнала от дверей своей квартиры торговцев наркотиками. Потом шла по пропахшим мочой улицам, спускалась в мерзкую подземку и через пятнадцать минут я оказываюсь здесь [в ресторане], — она указала на женщину в платье с большим декольте (щедро открытое, оно позволяло ей демонстрировать бриллиантовое ожерелье), — и вижу все это.

    — Рут Рейчел · книга
12. «

    А вы любите осенний Нью-Йорк, когда дети идут в школу? Я бы прислал вам букет отточенных карандашей, если бы знал ваш адрес... Хотя в анонимности есть своя прелесть.

    А вы любите осенний Нью-Йорк, когда дети идут в школу? Я бы прислал вам букет отточенных карандашей, если бы знал ваш адрес... Хотя в анонимности есть своя прелесть.

    — Джо Фокс · фильм
13. «

    — Да, я тоже не помню хорошего в детстве. — А я-то думал ты в Кембридже родился и вырос. — Восточный Бруклин, Нью-Йорк. — Да ну!? Правда? — Ага. — Ты что, вообще не выходил из дома? — Не часто. Зато я смог выбраться из квартала живым.

    — Да, я тоже не помню хорошего в детстве. — А я-то думал ты в Кембридже родился и вырос. — Восточный Бруклин, Нью-Йорк. — Да ну!? Правда? — Ага. — Ты что, вообще не выходил из дома? — Не часто. Зато я смог выбраться из квартала живым.

    — Джеймс Риз · фильм
14. «

    Нью-Йорк — это богатый и щедрый город, если ты согласен мириться с его жестокостью и упадком.

    Нью-Йорк — это богатый и щедрый город, если ты согласен мириться с его жестокостью и упадком.

    — Джеймс Дин
15. «

    — Вот и он, самый счастливый одноногий миллионер Нью-Йорка. — Всем миллионерам чего-то недостает — кому ума, а кому сердца.

    — Вот и он, самый счастливый одноногий миллионер Нью-Йорка. — Всем миллионерам чего-то недостает — кому ума, а кому сердца.

    — Брэндан Донован · сериал
16. «

    Благополучие без корней, люди носятся сами с собой в бешеном ритме города по расплавленному от жары асфальту, не взрастив многолетним трудом ни одного дерева. Нация, убившая Джона Леннона и считающая, что это тоже сойдет ей с рук...

    Благополучие без корней, люди носятся сами с собой в бешеном ритме города по расплавленному от жары асфальту, не взрастив многолетним трудом ни одного дерева. Нация, убившая Джона Леннона и считающая, что это тоже сойдет ей с рук...

    — Елена Котова · книга
17. «

    В исторических трудах последнего времени, особенно в замечательной книге Рассела Шорто «The Island at Center of the World», посвященной Новому Амстердаму, подчеркивается неизменность личной и гражданской свободы, которую завещали Нью-Йорку голландцы.

    В исторических трудах последнего времени, особенно в замечательной книге Рассела Шорто «The Island at Center of the World», посвященной Новому Амстердаму, подчеркивается неизменность личной и гражданской свободы, которую завещали Нью-Йорку голландцы.

    — Эдвард Резерфорд · книга
18. «

    Цель их правления — грабеж; в их сундуки потоком стекаются все доходы. Всякий посторонний человек, являющийся в их город, достигает успеха лишь в том случае, если потакает их интересам, и неминуемо обречен на неудачу, если не даст использовать себя им на пользу. Крупный издатель, популярный епископ — это люди, проповедующие их доктрины; знаменитый государственный деятель — это человек, составляющий угодные им законы, хороший юрист — это юрист, который помогает им обманывать публику.

    Цель их правления — грабеж; в их сундуки потоком стекаются все доходы. Всякий посторонний человек, являющийся в их город, достигает успеха лишь в том случае, если потакает их интересам, и неминуемо обречен на неудачу, если не даст использовать себя им на пользу. Крупный издатель, популярный епископ — это люди, проповедующие их доктрины; знаменитый государственный деятель — это человек, составляющий угодные им законы, хороший юрист — это юрист, который помогает им обманывать публику.

    — Эптон Синклер · книга
19. «

    Когда-то давным давно некий голландец купил у индейцев остров за горсть бисера, и благодаря этим стекляшкам в будущем здесь появились паромы, небоскребы, Wall street, газеты, электрический свет, Центральные парк и первая Международная выставка, Broadway, Chrysler Building и Студия 54.

    Когда-то давным давно некий голландец купил у индейцев остров за горсть бисера, и благодаря этим стекляшкам в будущем здесь появились паромы, небоскребы, Wall street, газеты, электрический свет, Центральные парк и первая Международная выставка, Broadway, Chrysler Building и Студия 54.

    — Кэрри Брэдшоу · фильм
20. «

    Откуда эти весенние, зимние, летние запахи? Все знают, как пахнет зима или осень. Вот что именно смешивается в воздухе, чтоб где угодно – от Москвы до Нью-Йорка ты мог распахнуть окно, и даже слепым сказать – о! вот теперь весна?

    Откуда эти весенние, зимние, летние запахи? Все знают, как пахнет зима или осень. Вот что именно смешивается в воздухе, чтоб где угодно – от Москвы до Нью-Йорка ты мог распахнуть окно, и даже слепым сказать – о! вот теперь весна?

    — Франц Вертфоллен · книга