18 сильных цитат: «Жизненные цитаты про общественное мнение»

18 цитат про «Жизненные цитаты про общественное мнение»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Знаете ли, — сказал я — одно время меня считали неплохим юмористом, а все потому, что я говорил людям правду. Это казалось им так удивительно, что они думали — я шучу. — Не вижу, при чем это. — А при том, что Ларри, по-моему, единственный абсолютно бескорыстный человек, какого я знаю. Поэтому его поступки кажутся странными. Мы не привыкли к людям, которые что-то делают просто из любви к Богу, в которого не верят. Сюзанна в изумлении уставилась на меня. — Мой бедный друг, не иначе как вы выпили лишнего.

   — Знаете ли, — сказал я — одно время меня считали неплохим юмористом, а все потому, что я говорил людям правду. Это казалось им так удивительно, что они думали — я шучу. — Не вижу, при чем это. — А при том, что Ларри, по-моему, единственный абсолютно бескорыстный человек, какого я знаю. Поэтому его поступки кажутся странными. Мы не привыкли к людям, которые что-то делают просто из любви к Богу, в которого не верят. Сюзанна в изумлении уставилась на меня. — Мой бедный друг, не иначе как вы выпили лишнего.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
2. «

   Сколько людей, и здоровых и сильных, не отличают своих собственных, богом данных им чувств от чувств общих, уличных. Эти люди и в постель ложатся с тем же распахнутым, для всего подходящим удовольствием, с каким садятся за стол: лишь бы насытиться. И плачут, и смеются они, оглядываясь вокруг — видно, слышно ли, что они плачут и радуются, не потратиться бы на слезы зря.

   Сколько людей, и здоровых и сильных, не отличают своих собственных, богом данных им чувств от чувств общих, уличных. Эти люди и в постель ложатся с тем же распахнутым, для всего подходящим удовольствием, с каким садятся за стол: лишь бы насытиться. И плачут, и смеются они, оглядываясь вокруг — видно, слышно ли, что они плачут и радуются, не потратиться бы на слезы зря.

   — Валентин Григорьевич Распутин · книга
3. «

   Глупо, конечно, но все мы рабы чужого мнения, это факт.

   Глупо, конечно, но все мы рабы чужого мнения, это факт.

   — Чарльз Перси Сноу · книга
4. «

   В глубине души мне всегда было ровно по фигу, что там думают обо мне другие, но в то же самое время это меня очень волновало.

   В глубине души мне всегда было ровно по фигу, что там думают обо мне другие, но в то же самое время это меня очень волновало.

   — Иэн Бэнкс · книга
5. «

   В конце концов, хорошо выглядеть в чьих-то глазах — не главная цель моей жизни.

   В конце концов, хорошо выглядеть в чьих-то глазах — не главная цель моей жизни.

   — Харуки Мураками · книга
6. «

   — Терпеть не могу людей, которые так трясутся над своей репутацией. Для вас мнение толпы — все, а собственного мнения, если присмотреться, вообще нет. Вот и получается: красивая упаковка, а внутри — пшик. Пусто. Брови парня медленно поползли вверх, глаза округлились. — Это у меня-то нет собственного мнения? — выдохнул он. — А что, есть? — неискренне удивилась я. — Если бы ты не строил из себя крутого, а действительно был крутым, тебя бы не волновало, кто что подумает.

   — Терпеть не могу людей, которые так трясутся над своей репутацией. Для вас мнение толпы — все, а собственного мнения, если присмотреться, вообще нет. Вот и получается: красивая упаковка, а внутри — пшик. Пусто. Брови парня медленно поползли вверх, глаза округлились. — Это у меня-то нет собственного мнения? — выдохнул он. — А что, есть? — неискренне удивилась я. — Если бы ты не строил из себя крутого, а действительно был крутым, тебя бы не волновало, кто что подумает.

   — Анна Гаврилова · книга
7. «

   — Знаете, Уотсон, — сказал он, — беда такого мышления, как у меня, в том, что я воспринимаю окружающее очень субъективно. Вот вы смотрите на эти рассеянные вдоль дороги дома и восхищаетесь их красотой. А я, когда вижу их, думаю только о том, как они уединенны и как безнаказанно здесь можно совершить преступление. — О Господи! — воскликнул я. — Кому бы в голову пришло связывать эти милые сердцу старые домики с преступлением? — Они внушают мне страх. Я уверен, Уотсон, — и уверенность эта проистекает из опыта, — что в самых отвратительных трущобах Лондона не свершается столько страшных грехов, сколько в этой восхитительной и веселой сельской местности. — Вас прямо страшно слушать. — И причина этому совершенно очевидна. То, чего не в состоянии совершить закон, в городе делает общественное мнение. В самой жалкой трущобе крик ребенка, которого бьют, или драка, которую затеял пьяница, тотчас же вызовет участие или гнев соседей, и правосудие близко, так что единое слово жалобы приводит его механизм в движение. Значит, от преступления до скамьи подсудимых — всего один шаг. А теперь взгляните на эти уединенные дома — каждый из них отстоит от соседнего на добрую милю, они населены в большинстве своем невежественным бедняками, которые мало что смыслят в законодательстве. Представьте, какие дьявольски жестокие помыслы и безнравственность тайком процветают здесь из года в год.

   — Знаете, Уотсон, — сказал он, — беда такого мышления, как у меня, в том, что я воспринимаю окружающее очень субъективно. Вот вы смотрите на эти рассеянные вдоль дороги дома и восхищаетесь их красотой. А я, когда вижу их, думаю только о том, как они уединенны и как безнаказанно здесь можно совершить преступление. — О Господи! — воскликнул я. — Кому бы в голову пришло связывать эти милые сердцу старые домики с преступлением? — Они внушают мне страх. Я уверен, Уотсон, — и уверенность эта проистекает из опыта, — что в самых отвратительных трущобах Лондона не свершается столько страшных грехов, сколько в этой восхитительной и веселой сельской местности. — Вас прямо страшно слушать. — И причина этому совершенно очевидна. То, чего не в состоянии совершить закон, в городе делает общественное мнение. В самой жалкой трущобе крик ребенка, которого бьют, или драка, которую затеял пьяница, тотчас же вызовет участие или гнев соседей, и правосудие близко, так что единое слово жалобы приводит его механизм в движение. Значит, от преступления до скамьи подсудимых — всего один шаг. А теперь взгляните на эти уединенные дома — каждый из них отстоит от соседнего на добрую милю, они населены в большинстве своем невежественным бедняками, которые мало что смыслят в законодательстве. Представьте, какие дьявольски жестокие помыслы и безнравственность тайком процветают здесь из года в год.

   — Артур Конан Дойл · книга
8. «

   Если хочешь стать несчастным, впусти в свою жизнь общественное мнение.

   Если хочешь стать несчастным, впусти в свою жизнь общественное мнение.
9. «

   They were careful to exhibit only behaviour Which had been approved by their peer group.

   They were careful to exhibit only behaviour Which had been approved by their peer group.
10. «

    Все говорили, что он сумасшедший, и он сам начал в это верить.

    Все говорили, что он сумасшедший, и он сам начал в это верить.
11. «

    Его теперь мало волновало, что о нем думают. Есть у старости небольшие преимущества, и это — одно из них.

    Его теперь мало волновало, что о нем думают. Есть у старости небольшие преимущества, и это — одно из них.

    — Иэн Макьюэн · книга
12. «

    Мне хотелось уважения, хотелось все делать правильно. Но ничего не вышло. Поэтому теперь я поступаю так, как чувствую.

    Мне хотелось уважения, хотелось все делать правильно. Но ничего не вышло. Поэтому теперь я поступаю так, как чувствую.

    — Арчибалд Кронин · книга
13. «

    Слава — нечто абсолютно внешнее, исходящее от чужих умов. Она существует в том, как на тебя смотрят и держатся с тобой. В этом смысле быть известным все равно, что быть геем, евреем или представителем явного меньшинства: ты — это ты, а люди проецируют на тебя свое представление о тебе.

    Слава — нечто абсолютно внешнее, исходящее от чужих умов. Она существует в том, как на тебя смотрят и держатся с тобой. В этом смысле быть известным все равно, что быть геем, евреем или представителем явного меньшинства: ты — это ты, а люди проецируют на тебя свое представление о тебе.

    — Янн Мартел · книга
14. «

    В нашей общественной жизни слишком сильны слепые инстинкты, и мы почти бессознательно бросаемся прочь от всего, что противоречит традициям, обычаям, предвзятым взглядам и целям, которым, по своей близорукости, придаем большое значение.

    В нашей общественной жизни слишком сильны слепые инстинкты, и мы почти бессознательно бросаемся прочь от всего, что противоречит традициям, обычаям, предвзятым взглядам и целям, которым, по своей близорукости, придаем большое значение.

    — Теодор Драйзер · книга
15. «

    — Эй, разве то, что я чувствую, вижу и слышу — это не реальность? — Это самообман и всё. Другие люди не разделяют твоих взглядов. — Ладно, ответь на вопрос. Кто идеальная женщина? — Деми Мур. — Итак. Если Деми Мур вдруг в тебя влюбилась бы, но все вокруг считают её уродиной, тебя бы это остановило? — Нет, я бы знал, что они не правы.

    — Эй, разве то, что я чувствую, вижу и слышу — это не реальность? — Это самообман и всё. Другие люди не разделяют твоих взглядов. — Ладно, ответь на вопрос. Кто идеальная женщина? — Деми Мур. — Итак. Если Деми Мур вдруг в тебя влюбилась бы, но все вокруг считают её уродиной, тебя бы это остановило? — Нет, я бы знал, что они не правы.

    — Маурисио Уилсон (Mauricio Wilson) · фильм
16. «

    Стоит только задуматься о том, что скажут люди, как жизнь сразу же начинает катиться к чертям. Опасный это вопрос, лучше никогда его не задавать. Ни себе, ни окружающим.

    Стоит только задуматься о том, что скажут люди, как жизнь сразу же начинает катиться к чертям. Опасный это вопрос, лучше никогда его не задавать. Ни себе, ни окружающим.

    — Андрей Левонович Шляхов · книга
17. «

    То, как вас видят люди, становится зеркалом, которое говорит вам, кто вы и что собой представляете.

    То, как вас видят люди, становится зеркалом, которое говорит вам, кто вы и что собой представляете.

    — Экхарт Толле · книга
18. «

    Стоит хоть раз задуматься над тем, что о тебе думают другие, и всё — перестаешь быть самим собой.

    Стоит хоть раз задуматься над тем, что о тебе думают другие, и всё — перестаешь быть самим собой.

    — Честер Беннингтон