78 цитат про «Жизненные цитаты про общественное мнение»

78 цитат про «Жизненные цитаты про общественное мнение»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Любви нет дела до осуждения общества, классовой структуры, пристойности или простого здравого смысла.

   Любви нет дела до осуждения общества, классовой структуры, пристойности или простого здравого смысла.

   — Кейт Мортон · книга
2. «

   Не нужно беспокоиться о чужом мнении. Когда не видишь способа улучшить его, остается лишь иметь его в виду. Желание исправить его есть часто нервный эгоистический порыв оправдаться, а не представление, как можно добиться, чтобы оно стало лучше.

   Не нужно беспокоиться о чужом мнении. Когда не видишь способа улучшить его, остается лишь иметь его в виду. Желание исправить его есть часто нервный эгоистический порыв оправдаться, а не представление, как можно добиться, чтобы оно стало лучше.

   — Айрис Мёрдок · книга
3. «

   Ты знаешь, кто такой сумасшедший? Сумасшедший — это такой человек, который отличается от большинства. Это большинство определяет, кто сумасшедший, а кто — нет. Вот, например, микробы. Восемнадцатый век: нет микробов. Никто даже о них и не думает. И тут появляется этот доктор… ээ… как его… Сэмельвайс, да, Сэмельвайс. И он пытается убедить всех людей, в особенности других врачей, что существуют такие маленькие невидимые плохие штучки; они попадают в твое тело, и ты заболеваешь. И он хотел, чтобы доктора мыли руки. Ну, и кто он после этого? Псих! Да? «Эти маленькие, невидимые... как вы их называете? Микробы, да? А? Что? Где?». Или вот пример. Двадцатый век. На прошлой неделе, прямо перед тем как меня забрали в этот притон. Я хочу съесть гамбургер. Этот тип роняет мой гамбургер, потом поднимает и отряхивает, как будто ничего не случилось. Я говорю: а как же микробы? А он говорит: а я не верю в микробы. Их придумали для того, чтобы продавать побольше мыла. Ну, и кто из нас сумасшедший, а?

   Ты знаешь, кто такой сумасшедший? Сумасшедший — это такой человек, который отличается от большинства. Это большинство определяет, кто сумасшедший, а кто — нет. Вот, например, микробы. Восемнадцатый век: нет микробов. Никто даже о них и не думает. И тут появляется этот доктор… ээ… как его… Сэмельвайс, да, Сэмельвайс. И он пытается убедить всех людей, в особенности других врачей, что существуют такие маленькие невидимые плохие штучки; они попадают в твое тело, и ты заболеваешь. И он хотел, чтобы доктора мыли руки. Ну, и кто он после этого? Псих! Да? «Эти маленькие, невидимые... как вы их называете? Микробы, да? А? Что? Где?». Или вот пример. Двадцатый век. На прошлой неделе, прямо перед тем как меня забрали в этот притон. Я хочу съесть гамбургер. Этот тип роняет мой гамбургер, потом поднимает и отряхивает, как будто ничего не случилось. Я говорю: а как же микробы? А он говорит: а я не верю в микробы. Их придумали для того, чтобы продавать побольше мыла. Ну, и кто из нас сумасшедший, а?

   — Джеффри Гоинс · фильм
4. «

   В конце концов, хорошо выглядеть в чьих-то глазах — не главная цель моей жизни.

   В конце концов, хорошо выглядеть в чьих-то глазах — не главная цель моей жизни.

   — Харуки Мураками · книга
5. «

   Таков путь талантливого человека. Бездари всегда будут пытаться обесценить твою работу.

   Таков путь талантливого человека. Бездари всегда будут пытаться обесценить твою работу.

   — Микита Франко · книга
6. «

   Известно, что любое использование силы сопровождается дискурсом, нацеленным на легитимацию силы того, кто ее применяет. Можно даже сказать, что суть любого отношения сил состоит в проявлении всей своей силы только в той мере, в какой это отношение как таковое остается сокрытым. Проще говоря, политик — это тот, кто говорит: «Бог на нашей стороне». Эквивалентом выражения «Бог на нашей стороне» сегодня стало «Общественное мнение на нашей стороне». Таков фундаментальный эффект опросов общественного мнения: утвердить мысль о существовании единодушного общественного мнения, т. е. легитимировать определенную политику и закрепить отношения сил, на которых она основана или которые делают ее возможной.

   Известно, что любое использование силы сопровождается дискурсом, нацеленным на легитимацию силы того, кто ее применяет. Можно даже сказать, что суть любого отношения сил состоит в проявлении всей своей силы только в той мере, в какой это отношение как таковое остается сокрытым. Проще говоря, политик — это тот, кто говорит: «Бог на нашей стороне». Эквивалентом выражения «Бог на нашей стороне» сегодня стало «Общественное мнение на нашей стороне». Таков фундаментальный эффект опросов общественного мнения: утвердить мысль о существовании единодушного общественного мнения, т. е. легитимировать определенную политику и закрепить отношения сил, на которых она основана или которые делают ее возможной.

   — Пьер Бурдье · книга
7. «

   Когда люди уверяют, будто они безразличны к тому, что о них думают, они по большей части себя обманывают. Обычно они поступают, как им вздумается, в надежде, что никто не прознает об их чудачествах, иногда же они поступают вопреки мнения большинства, ибо их поддерживает признание близких. Право же, нетрудно пренебрегать условностями света, если это пренебрежение — условность, принятая в компании ваших приятелей. В таком случае человек проникается преувеличенным уважением к своей особе. Он удовлетворен собственной храбростью, не испытывая при этом малоприятного чувства опасности. Но жажда признания — пожалуй, самый неистребимый инстинкт цивилизованного человека. Я не верю людям, которые уверяют, что ни в грош не ставят мнения окружающих. Это пустая бравада. По сути дела, они только не страшатся упреков в мелких прегрешениях, убежденные, что никто о таковых не прознает.

   Когда люди уверяют, будто они безразличны к тому, что о них думают, они по большей части себя обманывают. Обычно они поступают, как им вздумается, в надежде, что никто не прознает об их чудачествах, иногда же они поступают вопреки мнения большинства, ибо их поддерживает признание близких. Право же, нетрудно пренебрегать условностями света, если это пренебрежение — условность, принятая в компании ваших приятелей. В таком случае человек проникается преувеличенным уважением к своей особе. Он удовлетворен собственной храбростью, не испытывая при этом малоприятного чувства опасности. Но жажда признания — пожалуй, самый неистребимый инстинкт цивилизованного человека. Я не верю людям, которые уверяют, что ни в грош не ставят мнения окружающих. Это пустая бравада. По сути дела, они только не страшатся упреков в мелких прегрешениях, убежденные, что никто о таковых не прознает.

   — Уильям Сомерсет Моэм · книга
8. «

   Придавая большое значение «лаю собак», вы замедляете или останавливаете собственный караван: мысль материальна, и если вы постоянно думаете о том, что кто-то сказал «у тебя не получится», то у вас действительно не получится...

   Придавая большое значение «лаю собак», вы замедляете или останавливаете собственный караван: мысль материальна, и если вы постоянно думаете о том, что кто-то сказал «у тебя не получится», то у вас действительно не получится...

   — Олег Рой
9. «

   Быть непохожей на других... это грех, который не прощает ни одно общество. Посмей быть непохожим на других – и тебя предадут анафеме!

   Быть непохожей на других... это грех, который не прощает ни одно общество. Посмей быть непохожим на других – и тебя предадут анафеме!

   — Маргарет Митчелл · книга
10. «

    Хватит же тратить душевные силы и собственное драгоценное время на доказательство собственной правоты перед людьми, которые зачастую и не важны для вас. Ваше личное мнение – только ваше; ваша личная правда – только ваша; решение, что и как делать с собственной жизнью – исключительно за вами. Вы правы – и точка.

    Хватит же тратить душевные силы и собственное драгоценное время на доказательство собственной правоты перед людьми, которые зачастую и не важны для вас. Ваше личное мнение – только ваше; ваша личная правда – только ваша; решение, что и как делать с собственной жизнью – исключительно за вами. Вы правы – и точка.

    — Олег Рой
11. «

    Суждения со стороны общества были настолько незначительны в общей картине мира, что занимали большую по масштабам, но малую по важности часть бытия. Чужие слова лишь подтверждают моё отношение к себе, а в ином случае к миру.

    Суждения со стороны общества были настолько незначительны в общей картине мира, что занимали большую по масштабам, но малую по важности часть бытия. Чужие слова лишь подтверждают моё отношение к себе, а в ином случае к миру.

    — Асылан Смагулов · книга
12. «

    У каждой жизни есть две версии. Первую знаете вы сами, вторую вам рассказывают другие.

    У каждой жизни есть две версии. Первую знаете вы сами, вторую вам рассказывают другие.

    — Митч Элбом · книга
13. «

    Разумеется, общепринятое мнение – наилучший раздражитель для честолюбивого ученого.

    Разумеется, общепринятое мнение – наилучший раздражитель для честолюбивого ученого.

    — Амитав Гош · книга
14. «

    Легкомысленный свет беспощадно гонит на самом деле то, что дозволяет в теории...

    Легкомысленный свет беспощадно гонит на самом деле то, что дозволяет в теории...

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
15. «

    — Люди? — повторил он. Не тревожьтесь об этом. Люди думают о нас то, что мы хотим им внушить.

    — Люди? — повторил он. Не тревожьтесь об этом. Люди думают о нас то, что мы хотим им внушить.

    — Теодор Драйзер · книга
16. «

    Мне хотелось уважения, хотелось все делать правильно. Но ничего не вышло. Поэтому теперь я поступаю так, как чувствую.

    Мне хотелось уважения, хотелось все делать правильно. Но ничего не вышло. Поэтому теперь я поступаю так, как чувствую.

    — Арчибалд Кронин · книга
17. «

    Сколько людей, и здоровых и сильных, не отличают своих собственных, богом данных им чувств от чувств общих, уличных. Эти люди и в постель ложатся с тем же распахнутым, для всего подходящим удовольствием, с каким садятся за стол: лишь бы насытиться. И плачут, и смеются они, оглядываясь вокруг — видно, слышно ли, что они плачут и радуются, не потратиться бы на слезы зря.

    Сколько людей, и здоровых и сильных, не отличают своих собственных, богом данных им чувств от чувств общих, уличных. Эти люди и в постель ложатся с тем же распахнутым, для всего подходящим удовольствием, с каким садятся за стол: лишь бы насытиться. И плачут, и смеются они, оглядываясь вокруг — видно, слышно ли, что они плачут и радуются, не потратиться бы на слезы зря.

    — Валентин Григорьевич Распутин · книга
18. «

    Как можно класть на стол стакан, так и на общественное мнение.

    Как можно класть на стол стакан, так и на общественное мнение.
19. «

    Глупо, конечно, но все мы рабы чужого мнения, это факт.

    Глупо, конечно, но все мы рабы чужого мнения, это факт.

    — Чарльз Перси Сноу · книга
20. «

    Когда люди боятся того, что о них подумают окружающие, они часто боятся как раз, что окружающие согласны с тем дерьмом, которое они сами думают о себе.

    Когда люди боятся того, что о них подумают окружающие, они часто боятся как раз, что окружающие согласны с тем дерьмом, которое они сами думают о себе.

    — Марк Мэнсон · книга