234 цитаты «Жизненные цитаты про общество»: от классиков до современников

234 цитаты про «Жизненные цитаты про общество»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Мир не меняется по взмаху волшебной палочки. Никогда все войны и болезни не исчезнут фантастическим образом. Это понимать больно, но необходимо. Реальность не делится на черное и белое, она красочна и многогранна, с тысячами оттенков. Каждый твой шаг навстречу другому человеку, каждый маленький хороший поступок, который иногда кажется пустяком, на самом деле является важной частичкой большой мозаики под названием «жизнь».

   Мир не меняется по взмаху волшебной палочки. Никогда все войны и болезни не исчезнут фантастическим образом. Это понимать больно, но необходимо. Реальность не делится на черное и белое, она красочна и многогранна, с тысячами оттенков. Каждый твой шаг навстречу другому человеку, каждый маленький хороший поступок, который иногда кажется пустяком, на самом деле является важной частичкой большой мозаики под названием «жизнь».

   — Александра Макарова · книга
2. «

   Не знаю, сколько людям нужно объяснять, что каждый твой кошмар, каждая твоя боязнь — это всё продукт далёких лет.

   Не знаю, сколько людям нужно объяснять, что каждый твой кошмар, каждая твоя боязнь — это всё продукт далёких лет.

   — Владимир Вечный · книга
3. «

   Общество, основанное на Зле, не должно жить.

   Общество, основанное на Зле, не должно жить.

   — Евгений Щепетнов · книга
4. «

   — Пересчитывать не надо? — За кого вы меня принимаете? — А что вы ухмыляетесь? Думаете облагодетельствовали меня? А я скажу честно: презираю вас. Вы для меня как были, так навсегда и останетесь паразитом, сосущим кровь из нашего больного, отравленного застойными явлениями общества. Говорю это не только, потому что я представитель закона, и вы мне омерзительны, так сказать, по долгу службы. Что, не ожидали услышать такое? По личику вижу, не ожидали. Хм. Общение с вами я воспринимаю как насилие над своим человеческим достоинством. Скажу честно, я себя тоже ненавижу. Вольно или невольно, я утверждаю вас в могуществе ваших паршивых денег. Вот, мол, смотрите, все продается, все покупается. — Да что вы так распалились-то? Дело обыкновенное, житейское. — Неет, не будем обманывать себя, дело — грязное. Я искренне вам желаю, если вам удастся, с моей помощью выпутаться, не воруйте больше. Есть более высокая цель, чем книжка на предъявителя — чистая совесть.

   — Пересчитывать не надо? — За кого вы меня принимаете? — А что вы ухмыляетесь? Думаете облагодетельствовали меня? А я скажу честно: презираю вас. Вы для меня как были, так навсегда и останетесь паразитом, сосущим кровь из нашего больного, отравленного застойными явлениями общества. Говорю это не только, потому что я представитель закона, и вы мне омерзительны, так сказать, по долгу службы. Что, не ожидали услышать такое? По личику вижу, не ожидали. Хм. Общение с вами я воспринимаю как насилие над своим человеческим достоинством. Скажу честно, я себя тоже ненавижу. Вольно или невольно, я утверждаю вас в могуществе ваших паршивых денег. Вот, мол, смотрите, все продается, все покупается. — Да что вы так распалились-то? Дело обыкновенное, житейское. — Неет, не будем обманывать себя, дело — грязное. Я искренне вам желаю, если вам удастся, с моей помощью выпутаться, не воруйте больше. Есть более высокая цель, чем книжка на предъявителя — чистая совесть.

   — референт министра Чибис / Олег Евгеньевич · фильм
5. «

   Чадо мое, будь осторожен с театром, который называется миром, ибо оборванцы и обыватели на его сцене одеваются в одежды царей и владык. Некоторые кажутся таковыми истинно и обманывают воображение зрителей. Когда же представление заканчивается, маски снимаются, и тогда все являются такими, какие есть на самом деле.

   Чадо мое, будь осторожен с театром, который называется миром, ибо оборванцы и обыватели на его сцене одеваются в одежды царей и владык. Некоторые кажутся таковыми истинно и обманывают воображение зрителей. Когда же представление заканчивается, маски снимаются, и тогда все являются такими, какие есть на самом деле.

   — Архимандрит Ефрем Мораитис
6. «

   Искусство — это дух, а дух вовсе не должен чувствовать себя в долгу перед обществом или сообществом — на мой взгляд, он обязан этого избегать ради своей свободы, своего благородства. Искусство, «идущее в народ», отождествляющее свои потребности с потребностями толпы, маленького человека, заурядности, обречено на оскудение, и вменять ему это в обязанность, например допускать, в интересах государства только такое искусство, которое понятно маленькому человеку, значит насаждать самое худшее ремесленничество и убивать дух.

   Искусство — это дух, а дух вовсе не должен чувствовать себя в долгу перед обществом или сообществом — на мой взгляд, он обязан этого избегать ради своей свободы, своего благородства. Искусство, «идущее в народ», отождествляющее свои потребности с потребностями толпы, маленького человека, заурядности, обречено на оскудение, и вменять ему это в обязанность, например допускать, в интересах государства только такое искусство, которое понятно маленькому человеку, значит насаждать самое худшее ремесленничество и убивать дух.

   — Томас Манн (писатель) · книга
7. «

   Общество испытывает поистине ненасытное любопытство ко всему, любопытства не заслуживающему.

   Общество испытывает поистине ненасытное любопытство ко всему, любопытства не заслуживающему.

   — Оскар Уайльд
8. «

   И рaзрешаются крeсты, И люди молятся бoгам, Чтоб не носились вокруг них

   И рaзрешаются крeсты, И люди молятся бoгам, Чтоб не носились вокруг них
9. «

   Каких бы утопических взглядов на человеческое счастье и добродетель ни придерживались основатели новых колоний, они неизменно сталкивались с необходимостью прежде всего отвести один участок девственной почвы под кладбище, а другой — под тюрьму.

   Каких бы утопических взглядов на человеческое счастье и добродетель ни придерживались основатели новых колоний, они неизменно сталкивались с необходимостью прежде всего отвести один участок девственной почвы под кладбище, а другой — под тюрьму.

   — Натаниэль Готорн · книга
10. «

    Видеть всеми своими внутренностями то, чего не видят они, «другие», невыносимо. Когда даже молчишь слишком громко. Иногда, встречаешь такие же глаза, наполненные до краев, заглядываешь в них с надеждой быть услышанным, а они устало закрываются. Так проще. И снова бег за призраками, или от них. Туда-сюда. Год за годом. И пропасть все больше. Страшно от мысли, что наступит момент, когда ее уже будет не перепрыгнуть.

    Видеть всеми своими внутренностями то, чего не видят они, «другие», невыносимо. Когда даже молчишь слишком громко. Иногда, встречаешь такие же глаза, наполненные до краев, заглядываешь в них с надеждой быть услышанным, а они устало закрываются. Так проще. И снова бег за призраками, или от них. Туда-сюда. Год за годом. И пропасть все больше. Страшно от мысли, что наступит момент, когда ее уже будет не перепрыгнуть.

    — Александра Макарова · книга
11. «

    Лишь обществ шумных убегаю, Педантских споров, модных ссор, Где в людях гордость я встречаю, В словах один лишь слышу вздор; И где, как и везде бывало С тех пор, как видим белый свет, Ученых много, умных — мало, Знакомых тьма… а друга нет!

    Лишь обществ шумных убегаю, Педантских споров, модных ссор, Где в людях гордость я встречаю, В словах один лишь слышу вздор; И где, как и везде бывало С тех пор, как видим белый свет, Ученых много, умных — мало, Знакомых тьма… а друга нет!

    — Борис Михайлович Федоров
12. «

    Когда проблема раздута до гигантских величин, когда нам демонстрируют слишком много пугающих примеров, нам почему-то делается все равно. Мы становимся безразличными. Мы отказываемся предпринимать какие-либо действие, потому что грядущая катастрофа кажется нам неизбежной. Раз — и мы уже в ловушке. Это и есть наркотизация.

    Когда проблема раздута до гигантских величин, когда нам демонстрируют слишком много пугающих примеров, нам почему-то делается все равно. Мы становимся безразличными. Мы отказываемся предпринимать какие-либо действие, потому что грядущая катастрофа кажется нам неизбежной. Раз — и мы уже в ловушке. Это и есть наркотизация.

    — Чак Паланик · книга
13. «

    Толпа не любит одиночек. Толпа в своём большинстве признает людей, подражающих друг другу. Даже те, кто якобы отличается от толпы, делают это группами, сектами, клубами по интересам. Иначе нельзя. Если ты дружишь со всеми и не делишь людей на категории, тебя называют лицемером, ну а если не дружишь ни с кем – сумасшедшим.

    Толпа не любит одиночек. Толпа в своём большинстве признает людей, подражающих друг другу. Даже те, кто якобы отличается от толпы, делают это группами, сектами, клубами по интересам. Иначе нельзя. Если ты дружишь со всеми и не делишь людей на категории, тебя называют лицемером, ну а если не дружишь ни с кем – сумасшедшим.

    — Анна Кондакова · книга
14. «

    Мы любим многих, хочется немногим Отдать любовь и счастье подарить, Нам жизнь твердит, что лучше быть убогим Удобней деньги взяв, благодарить.

    Мы любим многих, хочется немногим Отдать любовь и счастье подарить, Нам жизнь твердит, что лучше быть убогим Удобней деньги взяв, благодарить.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
15. «

    Для большинства современных людей не важно, где именно они находятся. Какая разница где? Сегодня люди присутствуют в реальности только наполовину, постоянно хотя бы одной ногой торча в великом цифровом нигде.

    Для большинства современных людей не важно, где именно они находятся. Какая разница где? Сегодня люди присутствуют в реальности только наполовину, постоянно хотя бы одной ногой торча в великом цифровом нигде.

    — Мэтт Хейг · книга
16. «

    Смело смотреть вперед может далеко не каждый. Реализовывать свои мечты страшно, ступить в неизвестность еще страшнее, ведь никто не гарантирует, что все задуманное получится, кроме того, окружающие начинают дергать за юбку со словами: «куда ты полезла», «слишком много на себя берешь», «хватит верить в сказки», «останешься у разбитого корыта» и мои любимые фразы «найди нормальную работу» и «выйди наконец-то замуж». Бестактность – наше все.

    Смело смотреть вперед может далеко не каждый. Реализовывать свои мечты страшно, ступить в неизвестность еще страшнее, ведь никто не гарантирует, что все задуманное получится, кроме того, окружающие начинают дергать за юбку со словами: «куда ты полезла», «слишком много на себя берешь», «хватит верить в сказки», «останешься у разбитого корыта» и мои любимые фразы «найди нормальную работу» и «выйди наконец-то замуж». Бестактность – наше все.

    — Александра Макарова · книга
17. «

    Любое человеческое общество — это пирамида, где одни значат больше, чем другие.

    Любое человеческое общество — это пирамида, где одни значат больше, чем другие.

    — Балем Абрасакс · фильм
18. «

    Культ тела загубил множество жизней. Я считаю, что человека нужно любить не за пресс кубиками и не за накаченную попу. Человека нужно просто любить, вне зависимости от обстоятельств и его состояния. Когда он добивается успеха или терпит поражение, когда он здоров и когда болен, в периоды бурной радости или в эпоху отчаяния. В наше время к выбору друзей и партнеров многие стали относиться как к выбору автомобиля или бытовой техники, сначала изучат характеристики, обдумают плюсы и минусы, а потом решат нужно им это или нет, и с такой же прагматичностью легко найдут замену. Худейте, толстейте, качайтесь, что угодно делайте со своей внешностью, но оставайтесь людьми, пожалуйста.

    Культ тела загубил множество жизней. Я считаю, что человека нужно любить не за пресс кубиками и не за накаченную попу. Человека нужно просто любить, вне зависимости от обстоятельств и его состояния. Когда он добивается успеха или терпит поражение, когда он здоров и когда болен, в периоды бурной радости или в эпоху отчаяния. В наше время к выбору друзей и партнеров многие стали относиться как к выбору автомобиля или бытовой техники, сначала изучат характеристики, обдумают плюсы и минусы, а потом решат нужно им это или нет, и с такой же прагматичностью легко найдут замену. Худейте, толстейте, качайтесь, что угодно делайте со своей внешностью, но оставайтесь людьми, пожалуйста.

    — Александра Макарова · книга
19. «

    Красивые обертки и гниль в начинке — десерт современного общества.

    Красивые обертки и гниль в начинке — десерт современного общества.

    — Вячеслав Прах · книга
20. «

    Больше всего публика превозносит того, кто является одновременно объектом восхищения, уважения и сострадания.

    Больше всего публика превозносит того, кто является одновременно объектом восхищения, уважения и сострадания.

    — Томас Бабингтон Маколей