113 цитат про «общество потребления» для вдохновения

Тема «общество потребления» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 113 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Именно увеличение продолжительности жизни выводит из употребления все старые ценности и связанные с ними вещи. Когда люди узнавали о сексе в пятнадцать лет и умирали в тридцать пять, они сталкивались с меньшим набором проблем, чем люди нашего времени, которые узнают о сексе лет, я думаю, в восемь, а доживают до восьмидесяти. Слишком долгий срок для того, чтобы удерживать в поле внимания одну и ту же идею. Одну и ту же тошнотворную идею.

   Именно увеличение продолжительности жизни выводит из употребления все старые ценности и связанные с ними вещи. Когда люди узнавали о сексе в пятнадцать лет и умирали в тридцать пять, они сталкивались с меньшим набором проблем, чем люди нашего времени, которые узнают о сексе лет, я думаю, в восемь, а доживают до восьмидесяти. Слишком долгий срок для того, чтобы удерживать в поле внимания одну и ту же идею. Одну и ту же тошнотворную идею.

   — Энди Уорхол · книга
2. «

   — Сегодня ты тоже не будешь есть? — Очевидно — нет. — Как жаль... Ты не заслуживаешь этого уровня.

   — Сегодня ты тоже не будешь есть? — Очевидно — нет. — Как жаль... Ты не заслуживаешь этого уровня.

   — Горенг · фильм
3. «

   Капиталистическая и потребительская этики — две стороны одной медали, две дополняющие друг друга заповеди. Первая заповедь богача: «Инвестируй». Первая заповедь для всех остальных: «Покупай!»

   Капиталистическая и потребительская этики — две стороны одной медали, две дополняющие друг друга заповеди. Первая заповедь богача: «Инвестируй». Первая заповедь для всех остальных: «Покупай!»

   — Юваль Ной Харари · книга
4. «

   Наши дома всё больше, а семьи всё меньше. У нас больше удобств, но меньше времени. Больше ученых степеней, но меньше здравого смысла. Больше знаний, но меньше способности к трезвому суждению. Больше специалистов, но еще больше проблем. Больше лекарств, но меньше здоровья. Мы проделали долгий путь до луны и обратно, но нам сложно перейти улицу, чтоб встретиться с новым соседом. Мы создали множество компьютеров для хранения и копирования огромных объёмов информации, но стали меньше общаться друг с другом. Мы выиграли в количестве, но проиграли в качестве. Это время быстрого питания, но медленного усвоения. Людей высокого роста, но низкой нравственности. Высоких доходов, но мелочных отношений. Это время, когда так много за окном, но ничего в комнате!

   Наши дома всё больше, а семьи всё меньше. У нас больше удобств, но меньше времени. Больше ученых степеней, но меньше здравого смысла. Больше знаний, но меньше способности к трезвому суждению. Больше специалистов, но еще больше проблем. Больше лекарств, но меньше здоровья. Мы проделали долгий путь до луны и обратно, но нам сложно перейти улицу, чтоб встретиться с новым соседом. Мы создали множество компьютеров для хранения и копирования огромных объёмов информации, но стали меньше общаться друг с другом. Мы выиграли в количестве, но проиграли в качестве. Это время быстрого питания, но медленного усвоения. Людей высокого роста, но низкой нравственности. Высоких доходов, но мелочных отношений. Это время, когда так много за окном, но ничего в комнате!

   — Боб Мурхед
5. «

   — Эээ, ты что ли коммунист?! — Будет честно делить еду. — Им, наверху, не нужны коммунисты.

   — Эээ, ты что ли коммунист?! — Будет честно делить еду. — Им, наверху, не нужны коммунисты.

   — Тримагаси · фильм
6. «

   Иногда, кажется, что без рекламы американцы пропадут, они не будут знать, что покупать и зачем покупать.

   Иногда, кажется, что без рекламы американцы пропадут, они не будут знать, что покупать и зачем покупать.

   — Владимир Познер · книга
7. «

   Традиция, в силу которой главная привлекательность жизни по преимуществу сосредоточивается на борьбе и отыскивании новых горизонтов, с каждым днем все больше и больше теряет кредит. Буржуа ищет не волнений, а спокойствия, легкого уразумения и во всем благого поспешения. В деле религии он заявляет претензию, чтоб бог, без всяких с его стороны усилий, motu proprio посылал ангелов своих для охраны его. В дело науки он ценит только прикладные знания, нагло игнорируя всю подготовительную теоретическую работу и предоставляя исследователям истины отыскивать ее на собственный риск. <...> В деле беллетристики он противник всяких психологических усложнений и анализов и требует от автора, чтоб он, без отвлеченных околичностей, но с возможно большим разнообразием «особых примет», объяснил ему, каким телом обладает героиня романа, с кем и когда и при каких обстоятельствах она совершила первый, второй и последующие адюльтеры, в каком была каждый раз платье, заставляла ли себя умолять или сдавалась без разговоров <...>. Даже в своих любовных предприятиях он не терпит запутанности и лишних одежд, а настаивает, чтоб все совершалось чередом, без промедления времени... сейчас!

   Традиция, в силу которой главная привлекательность жизни по преимуществу сосредоточивается на борьбе и отыскивании новых горизонтов, с каждым днем все больше и больше теряет кредит. Буржуа ищет не волнений, а спокойствия, легкого уразумения и во всем благого поспешения. В деле религии он заявляет претензию, чтоб бог, без всяких с его стороны усилий, motu proprio посылал ангелов своих для охраны его. В дело науки он ценит только прикладные знания, нагло игнорируя всю подготовительную теоретическую работу и предоставляя исследователям истины отыскивать ее на собственный риск. <...> В деле беллетристики он противник всяких психологических усложнений и анализов и требует от автора, чтоб он, без отвлеченных околичностей, но с возможно большим разнообразием «особых примет», объяснил ему, каким телом обладает героиня романа, с кем и когда и при каких обстоятельствах она совершила первый, второй и последующие адюльтеры, в каком была каждый раз платье, заставляла ли себя умолять или сдавалась без разговоров <...>. Даже в своих любовных предприятиях он не терпит запутанности и лишних одежд, а настаивает, чтоб все совершалось чередом, без промедления времени... сейчас!

   — Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин · книга
8. «

   То была таки попытка, дурацкая и идиотская, сделать Общество Непотребления. Но как только людей перестали ***ить, они тут же выстроились в очередь за автомобилем жигули и югославской стенкой. И вот тут-то всё и кончилось.

   То была таки попытка, дурацкая и идиотская, сделать Общество Непотребления. Но как только людей перестали ***ить, они тут же выстроились в очередь за автомобилем жигули и югославской стенкой. И вот тут-то всё и кончилось.

   — Дмитрий Горчев · книга
9. «

   Сегодня люди думают так: моей дочери исполняется 15 лет, давайте подарим ей грудной имплант. Это же ужасно, какая непристойность! Это же потребительские идолы, навязываемым Западом. Среди них выделяется кукла Barbie — именно с неё начинается путь юных гражданок под нож пластического хирурга!

   Сегодня люди думают так: моей дочери исполняется 15 лет, давайте подарим ей грудной имплант. Это же ужасно, какая непристойность! Это же потребительские идолы, навязываемым Западом. Среди них выделяется кукла Barbie — именно с неё начинается путь юных гражданок под нож пластического хирурга!

   — Уго Чавес
10. «

    Как напоминал в своё время С. Жижек, «благородное дело борьбы за свободу и справедливость обернулось борьбой за право есть бананы и смотреть порно».

    Как напоминал в своё время С. Жижек, «благородное дело борьбы за свободу и справедливость обернулось борьбой за право есть бананы и смотреть порно».

    — Малгожата Яцино · книга
11. «

    Материальная удача устроена подлым образом: то, что сначала приносит нам великую радость, через некоторое время с такой же интенсивностью приносит нам бесконечное горе.

    Материальная удача устроена подлым образом: то, что сначала приносит нам великую радость, через некоторое время с такой же интенсивностью приносит нам бесконечное горе.

    — Шрила Абхай Чаранаравинда Бхактиведанта Свами Прабхупада · книга
12. «

    Когда-то мы зачитывались порнографией — теперь каталогами Икеа.

    Когда-то мы зачитывались порнографией — теперь каталогами Икеа.

    — Джек (рассказчик) · фильм
13. «

    При экономической системе, запрещающей менять работу, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место в жизни. При системе сексуальных отношений, запрещающей адюльтер, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место в чьей нибудь постели. При абсолютной экономической свободе одни наживают несметные богатства; другие прозябают в нищете. При абсолютной сексуальной свободе одни живут насыщенной, яркой половой жизнью; другие обречены на мастурбацию и одиночество.

    При экономической системе, запрещающей менять работу, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место в жизни. При системе сексуальных отношений, запрещающей адюльтер, каждый с большим или меньшим успехом находит себе место в чьей нибудь постели. При абсолютной экономической свободе одни наживают несметные богатства; другие прозябают в нищете. При абсолютной сексуальной свободе одни живут насыщенной, яркой половой жизнью; другие обречены на мастурбацию и одиночество.

    — Мишель Уэльбек · книга
14. «

    Вот недавно получила приглашение на один центральный телеканал в очень популярную передачу. Хотят, чтобы я все о своей жизни рассказала. Уже даже продюсер написал мне большое письмо. Но я отказалась — даже не знаю, почему… Когда я училась, а потом стала работать – была какая-то тайна у зрителей об актерах. К нам относились как к чему-то особенному. Теперь ничего этого нет. Телевидение рассказало все о каждом: кто с кем, почему, когда, зачем… Жизненные разборки, которые обсуждают всей страной… Я понимаю, что сейчас все гонятся за рейтингами, но нельзя же до такой степени… Мне не интересно смотреть, кто кого обманул, кто у кого что украл. Лучше покажите нам что-то содержательное и красивое — это будет и приятнее, и интереснее, и полезнее.

    Вот недавно получила приглашение на один центральный телеканал в очень популярную передачу. Хотят, чтобы я все о своей жизни рассказала. Уже даже продюсер написал мне большое письмо. Но я отказалась — даже не знаю, почему… Когда я училась, а потом стала работать – была какая-то тайна у зрителей об актерах. К нам относились как к чему-то особенному. Теперь ничего этого нет. Телевидение рассказало все о каждом: кто с кем, почему, когда, зачем… Жизненные разборки, которые обсуждают всей страной… Я понимаю, что сейчас все гонятся за рейтингами, но нельзя же до такой степени… Мне не интересно смотреть, кто кого обманул, кто у кого что украл. Лучше покажите нам что-то содержательное и красивое — это будет и приятнее, и интереснее, и полезнее.

    — Галина Польских
15. «

    Инстинктивно мы понимаем, что те, кто следует за своей потребностью в привязанности, живут лучше. Но культура поощряет скорее конкуренцию, нежели единение с другими. Миллионы лет эволюция программировала нас на неустанный поиск своей половинки и выстраивание близких отношений. Но мы упорно продолжаем считать здоровыми людей, которые не нуждаются в других. Особенно опасно это сегодня. Чувство общности и принадлежности к некоему близкому кругу ежедневно подрывается бесконечным стремлением успеть как можно больше за минимальный срок и под завязку наполнить свою жизнь материальными благами.

    Инстинктивно мы понимаем, что те, кто следует за своей потребностью в привязанности, живут лучше. Но культура поощряет скорее конкуренцию, нежели единение с другими. Миллионы лет эволюция программировала нас на неустанный поиск своей половинки и выстраивание близких отношений. Но мы упорно продолжаем считать здоровыми людей, которые не нуждаются в других. Особенно опасно это сегодня. Чувство общности и принадлежности к некоему близкому кругу ежедневно подрывается бесконечным стремлением успеть как можно больше за минимальный срок и под завязку наполнить свою жизнь материальными благами.

    — Сью Джонсон · книга
16. «

    Планка успеха высока и для большинства недостижима, что делает жизнь многих непереносимой. Большинство живёт в состоянии «молчаливого отчаяния», обвиняя себя, свои человеческие качества несоответствующими требованиям общества. Чувство личной вины особенно тяжело переживается бедняками и приводит многих к полной деморализации.

    Планка успеха высока и для большинства недостижима, что делает жизнь многих непереносимой. Большинство живёт в состоянии «молчаливого отчаяния», обвиняя себя, свои человеческие качества несоответствующими требованиям общества. Чувство личной вины особенно тяжело переживается бедняками и приводит многих к полной деморализации.

    — Михель Гофман
17. «

    Потреблядство – это не переизбыток товаров, это отсутствие благодарности и умения отличить навоз от бриллианта. Это принятие красоты, знаний, идей за должное, когда убеждены, что Данко на то и Данко, чтоб он отгорел, а мы по нему еще лапами протоптались. Сам же вызвался – пускай благодарности и не ждет!

    Потреблядство – это не переизбыток товаров, это отсутствие благодарности и умения отличить навоз от бриллианта. Это принятие красоты, знаний, идей за должное, когда убеждены, что Данко на то и Данко, чтоб он отгорел, а мы по нему еще лапами протоптались. Сам же вызвался – пускай благодарности и не ждет!

    — Франц Вертфоллен · книга
18. «

    iPhilm-индустрия, или «айкинематограф» (почему бы маркетологам не позволить нам простое «айф» или даже «к-айф» – все поймут, о чем речь) развивается сегодня в том же направлении, что и все остальные виды «энтертейнмента»: пустая динамика, повторение сделавших когда-то кассу клише, virtue signalling в форме угодливого подчинения последнему писку левой цензуры (проблемы для бизнеса не нужны никому) – и при этом полный отказ от всего, что может хоть ненадолго задержаться в умственном кишечнике. Сознание потребителя должно оставаться пустым и готовым к немедленному приему нового продукта: пока мы писали эту фразу, на подступах к его глазам, ушам и носу уже образовалась бешено сигналящая пробка. Неудивительно, что взыскательные ценители сомневаются, можно ли вообще считать айфильмы искусством или правильнее причислять их к жанру порнографии – востребованному, но не осененному крылом музы.

    iPhilm-индустрия, или «айкинематограф» (почему бы маркетологам не позволить нам простое «айф» или даже «к-айф» – все поймут, о чем речь) развивается сегодня в том же направлении, что и все остальные виды «энтертейнмента»: пустая динамика, повторение сделавших когда-то кассу клише, virtue signalling в форме угодливого подчинения последнему писку левой цензуры (проблемы для бизнеса не нужны никому) – и при этом полный отказ от всего, что может хоть ненадолго задержаться в умственном кишечнике. Сознание потребителя должно оставаться пустым и готовым к немедленному приему нового продукта: пока мы писали эту фразу, на подступах к его глазам, ушам и носу уже образовалась бешено сигналящая пробка. Неудивительно, что взыскательные ценители сомневаются, можно ли вообще считать айфильмы искусством или правильнее причислять их к жанру порнографии – востребованному, но не осененному крылом музы.

    — Виктор Пелевин · книга
19. «

    — Если бы все ели по потребностям, еда бы добиралась до нижних уровней. — Все не так просто. — Да, не просто. На первый взгляд.

    — Если бы все ели по потребностям, еда бы добиралась до нижних уровней. — Все не так просто. — Да, не просто. На первый взгляд.

    — Имогири · фильм
20. «

    — Убийства, преступность, нищета! Нас это всё не колышет. То ли дело — журналы, селебритиз, штук этак пятьсот телеканалов, чье-то имя на наших трусах... Рогейн... Виагра... Олестра... — Марта Стюарт. — К чёрту Марту Стюарт! Пусть начищает медь на «Титанике». Всё идёт ко дну! Так что шёл бы ты со своими диванами с полосато-зелёной обивкой...

    — Убийства, преступность, нищета! Нас это всё не колышет. То ли дело — журналы, селебритиз, штук этак пятьсот телеканалов, чье-то имя на наших трусах... Рогейн... Виагра... Олестра... — Марта Стюарт. — К чёрту Марту Стюарт! Пусть начищает медь на «Титанике». Всё идёт ко дну! Так что шёл бы ты со своими диванами с полосато-зелёной обивкой...

    — Тайлер Дерден · фильм