228 лучших мыслей на тему «обвинения»

Тема «обвинения» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 228 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — У вас так много знакомых русских дам? — Есть несколько. Эмигрантки. Я заметил, что они обладают гениальной способностью предъявлять ложные обвинения ни в чем не повинным мужчинам. По их мнению, это не дает угаснуть любви.

   — У вас так много знакомых русских дам? — Есть несколько. Эмигрантки. Я заметил, что они обладают гениальной способностью предъявлять ложные обвинения ни в чем не повинным мужчинам. По их мнению, это не дает угаснуть любви.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   — Значит, русский агент убьёт русского же президента? Верно? Ясно. <...> — Солт... — Да? — Имя той самой русской шпионки — Солт. Эвелин Солт... — Меня зовут Эвелин Солт! — Значит, вы русская шпионка...

   — Значит, русский агент убьёт русского же президента? Верно? Ясно. <...> — Солт... — Да? — Имя той самой русской шпионки — Солт. Эвелин Солт... — Меня зовут Эвелин Солт! — Значит, вы русская шпионка...

   — Эвелин Солт · фильм
3. «

   — Не надо удивляться, я же сказал еще увидимся. Вас интересует, как я узнал, как долго следил за вами, все детали и у вас есть на это право. Может, как-нибудь поужинаем и поболтаем, но увы, у нас мало времени. Всего пять минут, чтобы договориться, прежде, чем ваши друзья начнут спрашивать, где вы. Давайте я все обрисую. — Я осознаю ситуацию. — Но я все же проговорю это для ясности. Сейчас я могу взять вас за убийство Олега Филенкова, клерков Лемерис, попытку убийства Фредерика Вюртенберга, не говоря уже об истории со шпионажем. Я могу засадить вас в тюрьму во Франции, а могу позвонить и вас доставят в одну из наших секретных тюрем в Чешской Республике, где доблестные мужчины из разведсообщества США, будут нарушать ваши гражданские права, пока им не надоест. Вот так все обстоит. Вариант первый: мы вас шлепнем, что решит нашу проблему, но не вашу. И мы уже не поужинаем. Вариант второй: вы работаете на нас. И ужин по желанию.

   — Не надо удивляться, я же сказал еще увидимся. Вас интересует, как я узнал, как долго следил за вами, все детали и у вас есть на это право. Может, как-нибудь поужинаем и поболтаем, но увы, у нас мало времени. Всего пять минут, чтобы договориться, прежде, чем ваши друзья начнут спрашивать, где вы. Давайте я все обрисую. — Я осознаю ситуацию. — Но я все же проговорю это для ясности. Сейчас я могу взять вас за убийство Олега Филенкова, клерков Лемерис, попытку убийства Фредерика Вюртенберга, не говоря уже об истории со шпионажем. Я могу засадить вас в тюрьму во Франции, а могу позвонить и вас доставят в одну из наших секретных тюрем в Чешской Республике, где доблестные мужчины из разведсообщества США, будут нарушать ваши гражданские права, пока им не надоест. Вот так все обстоит. Вариант первый: мы вас шлепнем, что решит нашу проблему, но не вашу. И мы уже не поужинаем. Вариант второй: вы работаете на нас. И ужин по желанию.

   — Леонард Миллер · фильм
4. «

   Если я что-то сделаю, то объявлю об этом на всю окрестность! Соберу пир. Накормлю бедных. У меня нет скрытых дел. Если я сделал, то все узнают, что это сделал я.

   Если я что-то сделаю, то объявлю об этом на всю окрестность! Соберу пир. Накормлю бедных. У меня нет скрытых дел. Если я сделал, то все узнают, что это сделал я.

   — Джаббар · сериал
5. «

   Когда нас покидают, мы ищем спасения в обвинениях — чтобы те, кто нас бросил, оправдывались и извинялись и тем самым были с нами. В этом смысле мы всерьез воспринимаем свои обвинения, но вообще готовы на любой вид амнистии.

   Когда нас покидают, мы ищем спасения в обвинениях — чтобы те, кто нас бросил, оправдывались и извинялись и тем самым были с нами. В этом смысле мы всерьез воспринимаем свои обвинения, но вообще готовы на любой вид амнистии.

   — Бернхард Шлинк · книга
6. «

   Они уверены, что я тоже шпион. Все они, от неуменья вести дело, ужасно любят обвинять в шпионстве.

   Они уверены, что я тоже шпион. Все они, от неуменья вести дело, ужасно любят обвинять в шпионстве.

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
7. «

   — Я о вас тоже слышал. — От кого же? — От синьора Помидора. Он вас так бранил, что я сразу подумал, вы замечательный мальчик.

   — Я о вас тоже слышал. — От кого же? — От синьора Помидора. Он вас так бранил, что я сразу подумал, вы замечательный мальчик.

   — граф Вишенка · мультфильм
8. «

   Наблюдая за другими людьми, вы увидите, что жалобы и обвинения настолько часто присутствуют в чужих разговорах, что порой уже и не понятно, когда жалоба перетекает в обвинение и наоборот.

   Наблюдая за другими людьми, вы увидите, что жалобы и обвинения настолько часто присутствуют в чужих разговорах, что порой уже и не понятно, когда жалоба перетекает в обвинение и наоборот.

   — Александр Куберский
9. «

   Сколько времени пройдет, прежде чем сбудется мамино пророчество и горожане начнут обвинять друг друга? Люди боятся всего необычного, а у того, кто необычнее всех, все шансы вытащить выигрышный билет в этой лотерее охоты на ведьм.

   Сколько времени пройдет, прежде чем сбудется мамино пророчество и горожане начнут обвинять друг друга? Люди боятся всего необычного, а у того, кто необычнее всех, все шансы вытащить выигрышный билет в этой лотерее охоты на ведьм.

   — Дэн Уэллс (писатель) · книга
10. «

    Когда Джеки вышла из-за стола в слезах после того, как отец пожелал ей подавиться, она привлекла внимание к своему поведению. Все стали вести себя так, как будто злодейкой была Джеки, как будто это она вела себя ужасно. Жестокость Ната никогда не оспаривалась. Таким образом, Джеки не разрешалось не только выражать свой гнев, когда отец делал ей больно, но и просто даже ойкнуть. Когда детям не разрешают выразить свою боль, они получают одну из важных, действующих разрушительно установок: ЕСЛИ ИМ ПЛОХО, ЭТО ИЗ-ЗА ИХ СОБСТВЕННЫХ НЕДОСТАТКОВ. К ней обычно добавляется другая: ЕСЛИ ОНИ НУЖДАЮТСЯ В УТЕШЕНИИ, ЗНАЧИТ, ОНИ УРОДЛИВЫ И ОТВРАТИТЕЛЬНЫ ДЛЯ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ.

    Когда Джеки вышла из-за стола в слезах после того, как отец пожелал ей подавиться, она привлекла внимание к своему поведению. Все стали вести себя так, как будто злодейкой была Джеки, как будто это она вела себя ужасно. Жестокость Ната никогда не оспаривалась. Таким образом, Джеки не разрешалось не только выражать свой гнев, когда отец делал ей больно, но и просто даже ойкнуть. Когда детям не разрешают выразить свою боль, они получают одну из важных, действующих разрушительно установок: ЕСЛИ ИМ ПЛОХО, ЭТО ИЗ-ЗА ИХ СОБСТВЕННЫХ НЕДОСТАТКОВ. К ней обычно добавляется другая: ЕСЛИ ОНИ НУЖДАЮТСЯ В УТЕШЕНИИ, ЗНАЧИТ, ОНИ УРОДЛИВЫ И ОТВРАТИТЕЛЬНЫ ДЛЯ ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ.

    — Сьюзан Форвард · книга
11. «

    Даже в одной строчке, написанной человеком, можно найти то, за что его можно повесить.

    Даже в одной строчке, написанной человеком, можно найти то, за что его можно повесить.

    — Арман Жан дю Плесси (Кардинал Ришелье)
12. «

    А все же незачем вам трудиться и делать себя еще более некрасивой, чем вы есть.

    А все же незачем вам трудиться и делать себя еще более некрасивой, чем вы есть.

    — Фиби · сериал
13. «

    Справедливость обеспечивается не благодаря обвинениям и сомнениям, а благодаря доказательствам.

    Справедливость обеспечивается не благодаря обвинениям и сомнениям, а благодаря доказательствам.

    — Кёсем Султан · сериал
14. «

    — Работа, дела у него. Я совсем в это не верю. — В этом и твоя проблема. Ты, думая, что все обманывают тебя, обманываешь всех. — В этом и суть нашей жизни. Все обманывают друг друга и все обвиняют друг друга в обмане.

    — Работа, дела у него. Я совсем в это не верю. — В этом и твоя проблема. Ты, думая, что все обманывают тебя, обманываешь всех. — В этом и суть нашей жизни. Все обманывают друг друга и все обвиняют друг друга в обмане.
15. «

    Украли у бабы свинку на базаре, баба по начальству — и все с нее берут. Это бы еще ничего, так водится, но берут с нее не за то, чтобы сыкать ее поросенка, а для того, что ее как бы самое считают виновной. Попалась в лапы, так уже себя одну вини.

    Украли у бабы свинку на базаре, баба по начальству — и все с нее берут. Это бы еще ничего, так водится, но берут с нее не за то, чтобы сыкать ее поросенка, а для того, что ее как бы самое считают виновной. Попалась в лапы, так уже себя одну вини.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
16. «

    Я как директором стал, все время боюсь, что где-то кто-то что-то не то скажет. <...> Вчера Малявкин стену в классе осенними листьями обклеил. Красиво получилось. А сегодня иду, смотрю, уборщица листья сдирает. стену моет и ругается. Я так мимо тихо прошел, думал, Малявкина защищаю, чтобы его не ругали. А оказалось, я себя защищал — когда стена серая, спокойнее.

    Я как директором стал, все время боюсь, что где-то кто-то что-то не то скажет. <...> Вчера Малявкин стену в классе осенними листьями обклеил. Красиво получилось. А сегодня иду, смотрю, уборщица листья сдирает. стену моет и ругается. Я так мимо тихо прошел, думал, Малявкина защищаю, чтобы его не ругали. А оказалось, я себя защищал — когда стена серая, спокойнее.

    — Тарас Семенович (директор школы) · фильм
17. «

    Нельзя человека обвинять во лжи, не проследив за ним, и не убедившись.

    Нельзя человека обвинять во лжи, не проследив за ним, и не убедившись.

    — Павел Павлович Калачёв · сериал
18. «

    Как только вы перестанете жаловаться, ныть и обвинять, ваша сила будет оставаться с вами. И вы сможете что-либо менять в своей жизни. У вас будет сила, способность создать всё то, о чём вы мечтаете.

    Как только вы перестанете жаловаться, ныть и обвинять, ваша сила будет оставаться с вами. И вы сможете что-либо менять в своей жизни. У вас будет сила, способность создать всё то, о чём вы мечтаете.

    — Александр Куберский
19. «

    Такова уж природа человека, что, оказавшись между двумя лагерями, двумя идеями, спорящими, быть или не быть, он не может устоять перед соблазном примкнуть к той или другой стороне, признать одну правой, а другую неправой, обвинить одну и воздать хвалу другой.

    Такова уж природа человека, что, оказавшись между двумя лагерями, двумя идеями, спорящими, быть или не быть, он не может устоять перед соблазном примкнуть к той или другой стороне, признать одну правой, а другую неправой, обвинить одну и воздать хвалу другой.

    — Стефан Цвейг · книга
20. «

    Боб подсчитал, что он «убил» Джесси Джеймса приблизительно 800 раз. Он подозревал, что никто и никогда не воскрешал собственное предательство так часто и так публично. Боб отвергал обвинения в трусости, а Чарли с ними соглашался. Он говорил о миссис Зи Джеймс так, как священники говорят о Мадонне и писал ей длинные письма, в которых выворачивал наизнанку душу и молил о прощении. Ни одно из писем он не отправил. Покончив с собой, Чарли Форд стал в глазах сограждан идеальным убийцей Джесси Джеймса.

    Боб подсчитал, что он «убил» Джесси Джеймса приблизительно 800 раз. Он подозревал, что никто и никогда не воскрешал собственное предательство так часто и так публично. Боб отвергал обвинения в трусости, а Чарли с ними соглашался. Он говорил о миссис Зи Джеймс так, как священники говорят о Мадонне и писал ей длинные письма, в которых выворачивал наизнанку душу и молил о прощении. Ни одно из писем он не отправил. Покончив с собой, Чарли Форд стал в глазах сограждан идеальным убийцей Джесси Джеймса.

    — Рассказчик · фильм