49 цитат про «обычаи», которые стоит перечитать

Собрали 49 цитат на тему «обычаи» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Обычаи говорят человеку, кто он такой, к чему принадлежит, что он должен делать. И лучше нелогичные правила, чем никаких; люди не могут существовать бок о бок без них. С точки зрения антрополога, «справедливость» значит поиск приемлемых обычаев.

   Обычаи говорят человеку, кто он такой, к чему принадлежит, что он должен делать. И лучше нелогичные правила, чем никаких; люди не могут существовать бок о бок без них. С точки зрения антрополога, «справедливость» значит поиск приемлемых обычаев.

   — Роберт Хайнлайн · книга
2. «

   Есть обычай строителей, древней Элладой завещанный: если строишь ты дом, то в особенно солнечный день должен ты против солнца поставить любимую женщину и потом начинать, первый камень кладя в её тень.

   Есть обычай строителей, древней Элладой завещанный: если строишь ты дом, то в особенно солнечный день должен ты против солнца поставить любимую женщину и потом начинать, первый камень кладя в её тень.

   — Евгений Евтушенко
3. «

   Когда же он приближался к Египту, то сказал Саре, жене своей: вот, я знаю, что ты женщина, прекрасная видом; и когда Египтяне увидят тебя, то скажут: это жена его; и убьют меня, а тебя оставят в живых; скажи же, что ты мне сестра, дабы мне хорошо было ради тебя, и дабы жива была душа моя чрез тебя. И было, когда пришел Аврам в Египет, Египтяне увидели, что она женщина весьма красивая; увидели ее и вельможи фараоновы и похвалили ее фараону; и взята была она в дом фараонов. И Авраму хорошо было ради ее; и был у него мелкий и крупный скот и ослы, и рабы и рабыни.

   Когда же он приближался к Египту, то сказал Саре, жене своей: вот, я знаю, что ты женщина, прекрасная видом; и когда Египтяне увидят тебя, то скажут: это жена его; и убьют меня, а тебя оставят в живых; скажи же, что ты мне сестра, дабы мне хорошо было ради тебя, и дабы жива была душа моя чрез тебя. И было, когда пришел Аврам в Египет, Египтяне увидели, что она женщина весьма красивая; увидели ее и вельможи фараоновы и похвалили ее фараону; и взята была она в дом фараонов. И Авраму хорошо было ради ее; и был у него мелкий и крупный скот и ослы, и рабы и рабыни.

   — Библия. Ветхий Завет · книга
4. «

   Наши обычаи, поведение и ценности являются побочными продуктами нашей культуры. Никто не рождается с жадностью, предрассудками, фанатизмом, патриотизмом и ненавистью; это всё изученные модели поведения. Если окружающая среда не изменяется, подобное поведение будет повторяться.

   Наши обычаи, поведение и ценности являются побочными продуктами нашей культуры. Никто не рождается с жадностью, предрассудками, фанатизмом, патриотизмом и ненавистью; это всё изученные модели поведения. Если окружающая среда не изменяется, подобное поведение будет повторяться.

   — Жак Фреско
5. «

   0001379. Корни — не семена, а люди — не растения.

   0001379. Корни — не семена, а люди — не растения.
6. «

   Высмеивать народные обычаи – это потешаться над непонятным языком.

   Высмеивать народные обычаи – это потешаться над непонятным языком.

   — Олег Сергеевич Кривченко · книга
7. «

   Что в доме, то все принадлежит хозяйкам. И к погребным запасам и к съестному в клетях прикасается лишь женская рука. Мужик в женские дела не входит. Без хозяйки муж голодный насидится, но не прикоснется к печной заслонке, не поднимет творила в погребе, не сунется в хлебный ларь. Таков обычай. Не зря говорится, что без хозяйки нет хозяину ни ковша, ни куска. Хозяйка в почете.

   Что в доме, то все принадлежит хозяйкам. И к погребным запасам и к съестному в клетях прикасается лишь женская рука. Мужик в женские дела не входит. Без хозяйки муж голодный насидится, но не прикоснется к печной заслонке, не поднимет творила в погребе, не сунется в хлебный ларь. Таков обычай. Не зря говорится, что без хозяйки нет хозяину ни ковша, ни куска. Хозяйка в почете.

   — Валентин Иванов · книга
8. «

   Типичный немецкий интерьер бара. Всё как верно замечал Аверченко о немцах : «Что нельзя позолотить, расписывается розами».

   Типичный немецкий интерьер бара. Всё как верно замечал Аверченко о немцах : «Что нельзя позолотить, расписывается розами».

   — Андрей Круз · книга
9. «

   Правда это или нет, но факт остается фактом: французский дом строится вокруг столовой.

   Правда это или нет, но факт остается фактом: французский дом строится вокруг столовой.

   — Даниэла Постель-Виней · книга
10. «

    В Перу морские свинки не являются питомцами. Это деликатес, их жарят к празднику. Когда миссионеры заказали местному художнику написать картину с Тайной вечерей, остается лишь гадать, удивились ли они, увидев, что именно ест Иисус. Помимо хлеба и вина перед ним на блюде лежала жареная морская свинка.

    В Перу морские свинки не являются питомцами. Это деликатес, их жарят к празднику. Когда миссионеры заказали местному художнику написать картину с Тайной вечерей, остается лишь гадать, удивились ли они, увидев, что именно ест Иисус. Помимо хлеба и вина перед ним на блюде лежала жареная морская свинка.

    — Мика Спаркс · книга
11. «

    [Стэн заметил у байкера тату с надписью «Собственность государственной тюрьмы»] — У тебя что? Проблемы? — Нет, я... Я хотел спросить. Вы были в тюрьме, да? — У тебя точно проблемы... — Я сажусь в тюрьму. Но я... я раньше там не был. И может вы мне расскажете, что к чему. Я дам сто баксов. — За разговор? Сколько ты получил? — От трех до пяти лет. В Верлейне. — Верлейн? Хреново, Стэн. Охране там на все плевать. Из-за этого зеки целыми днями мочат друг друга. — Как же я там буду? В смысле, если бы ты меня увидел, ты бы меня замочил? — Скорее изнасиловал. — Изнасиловал? Значит это правда. В тюрьме все становятся геями. — Я и так гей. Но насилую я только в тюрьме. — Ты гей? — Да. Это — бар для геев. Слушай, изнасилование — это не акт секса, а акт насилия. По сути тюремная жизнь — сплошное насилие. И о тебе судят по тому, как другие тебя боятся. Изнасилование — крайняя стадия унижения, это значит ты опасный ублюдок. – Значит ты насиловал? – Слушай, я этим не особо горжусь. Вообще я не оправдываю эту практику. Но иногда следуешь ей. Чтобы не отставать от других. Ну ты понимаешь. Такие как ты, легкая цель. – О, боже! И что же мне теперь делать? — Вступай в банду. Ты расист? — Да нет. — Значит, нацисты отпадают. Есть связи среди ниггеров на улице? Может быть ты латинос? — Неа. — Похоже, тебя все могут иметь. — Ладно. Ладно. Я могу быть расистом от трех до пяти лет. Самым настоящим расистом. — Хорошо. Можешь пойти к нацистам. И тебя будут иметь только они. — Будут иметь нацисты?! Ни за что! Что же еще можно сделать? Могу я как-нибудь создать образ чокнутого уголовника? — Если замочишь зека. — А без убийства? — В твоем случае мало шансов. А наколки у тебя нет? — Наколка? Да. Я рос без мамы. Поэтому в 18 лет сделал тату. С портретом «Мама». — Заказывай ковровую дорожку к своей заднице. И табличку с приглашением в проход «Открыто».

    [Стэн заметил у байкера тату с надписью «Собственность государственной тюрьмы»] — У тебя что? Проблемы? — Нет, я... Я хотел спросить. Вы были в тюрьме, да? — У тебя точно проблемы... — Я сажусь в тюрьму. Но я... я раньше там не был. И может вы мне расскажете, что к чему. Я дам сто баксов. — За разговор? Сколько ты получил? — От трех до пяти лет. В Верлейне. — Верлейн? Хреново, Стэн. Охране там на все плевать. Из-за этого зеки целыми днями мочат друг друга. — Как же я там буду? В смысле, если бы ты меня увидел, ты бы меня замочил? — Скорее изнасиловал. — Изнасиловал? Значит это правда. В тюрьме все становятся геями. — Я и так гей. Но насилую я только в тюрьме. — Ты гей? — Да. Это — бар для геев. Слушай, изнасилование — это не акт секса, а акт насилия. По сути тюремная жизнь — сплошное насилие. И о тебе судят по тому, как другие тебя боятся. Изнасилование — крайняя стадия унижения, это значит ты опасный ублюдок. – Значит ты насиловал? – Слушай, я этим не особо горжусь. Вообще я не оправдываю эту практику. Но иногда следуешь ей. Чтобы не отставать от других. Ну ты понимаешь. Такие как ты, легкая цель. – О, боже! И что же мне теперь делать? — Вступай в банду. Ты расист? — Да нет. — Значит, нацисты отпадают. Есть связи среди ниггеров на улице? Может быть ты латинос? — Неа. — Похоже, тебя все могут иметь. — Ладно. Ладно. Я могу быть расистом от трех до пяти лет. Самым настоящим расистом. — Хорошо. Можешь пойти к нацистам. И тебя будут иметь только они. — Будут иметь нацисты?! Ни за что! Что же еще можно сделать? Могу я как-нибудь создать образ чокнутого уголовника? — Если замочишь зека. — А без убийства? — В твоем случае мало шансов. А наколки у тебя нет? — Наколка? Да. Я рос без мамы. Поэтому в 18 лет сделал тату. С портретом «Мама». — Заказывай ковровую дорожку к своей заднице. И табличку с приглашением в проход «Открыто».

    — Гей (бывший заключенный) · фильм
12. «

    На каждом корабле свои суеверия. Все, что придает матросам уверенности, нужно поощрять.

    На каждом корабле свои суеверия. Все, что придает матросам уверенности, нужно поощрять.
13. «

    Обратно топаю быстро, автоматически придерживаясь правила «левой руки», то есть иду по правой стороне тротуара, пропуская незримых пешеходов слева. Так, как будто у меня на левой руке щит, которым настороженно прикрываюсь от встречного, пропуская его слева, а в правой руке у меня обнаженный меч. Идущий навстречу, понятно, тоже прикрывается щитом, а в другой руке держит меч. Это правило, как уже понятно, стихийно возникло много тысяч лет тому.

    Обратно топаю быстро, автоматически придерживаясь правила «левой руки», то есть иду по правой стороне тротуара, пропуская незримых пешеходов слева. Так, как будто у меня на левой руке щит, которым настороженно прикрываюсь от встречного, пропуская его слева, а в правой руке у меня обнаженный меч. Идущий навстречу, понятно, тоже прикрывается щитом, а в другой руке держит меч. Это правило, как уже понятно, стихийно возникло много тысяч лет тому.

    — Юрий Никитин · книга
14. «

    Не поступайте по обычаям народа, который Я прогоняю от вас; ибо они всё это делали, и Я вознегодовал на них, и сказал Я вам: вы владейте землею их, и вам отдаю в наследие землю, в которой течет молоко и мед. Я Господь, Бог ваш, Который отделил вас от всех народов.

    Не поступайте по обычаям народа, который Я прогоняю от вас; ибо они всё это делали, и Я вознегодовал на них, и сказал Я вам: вы владейте землею их, и вам отдаю в наследие землю, в которой течет молоко и мед. Я Господь, Бог ваш, Который отделил вас от всех народов.

    — Библия. Ветхий Завет. Книга Левит · книга
15. «

    В Радогощи, да и в соседних деревнях был старый обычай: незнакомца, попросившегося на ночлег, приглашали в баню. Добрый человек непременно соглашался да ещё просил, чтобы его посильнее хлестали веником, злой же отказывался или со скрипом зубовным обращался в дым и уносился прочь. Так распознавали и изгоняли нечисть.

    В Радогощи, да и в соседних деревнях был старый обычай: незнакомца, попросившегося на ночлег, приглашали в баню. Добрый человек непременно соглашался да ещё просил, чтобы его посильнее хлестали веником, злой же отказывался или со скрипом зубовным обращался в дым и уносился прочь. Так распознавали и изгоняли нечисть.

    — Диана Чайковская · книга
16. «

    Первый министр Хорикава был красивым и богатым. И еще отличала его любовь к роскоши. Сына своего – сиятельного Мототоси – Хорикава определил управляющим сыскным департаментом и, когда тот приступил к несению службы, заявил, что китайский сундук, стоявший в служебном помещении сына, выглядит безобразно, и распорядился переделать его на более красивый. Однако чиновники, знающие старинные обычаи, доложили ему: – Этот сундук переходил здесь из рук в руки с глубокой древности, и неизвестно, откуда он взялся: с тех пор прошли уже сотни лет. Когда во дворце от старости приходит в негодность какая-либо вещь из тех, что передаются из поколения в поколение, она служит образцом для изготовления новых, — так что лучше бы его не переделывать. Распоряжение отменили.

    Первый министр Хорикава был красивым и богатым. И еще отличала его любовь к роскоши. Сына своего – сиятельного Мототоси – Хорикава определил управляющим сыскным департаментом и, когда тот приступил к несению службы, заявил, что китайский сундук, стоявший в служебном помещении сына, выглядит безобразно, и распорядился переделать его на более красивый. Однако чиновники, знающие старинные обычаи, доложили ему: – Этот сундук переходил здесь из рук в руки с глубокой древности, и неизвестно, откуда он взялся: с тех пор прошли уже сотни лет. Когда во дворце от старости приходит в негодность какая-либо вещь из тех, что передаются из поколения в поколение, она служит образцом для изготовления новых, — так что лучше бы его не переделывать. Распоряжение отменили.

    — Ёсида Кэнко (Урабэ Канэёси) · книга
17. «

    Выскочи русский человек чуть-чуть из казённой, узаконенной обычаем колеи – и он сейчас же не знает, что делать.

    Выскочи русский человек чуть-чуть из казённой, узаконенной обычаем колеи – и он сейчас же не знает, что делать.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
18. «

    — В моей стране женщинам полагается молчать и скрывать свое лицо. — А во Франции женщины пудрят носики и заставляют мужчин прислушиваться к себе. — О, Аллах! Я думал, что здесь цивилизованное государство, а здесь просто варвары!

    — В моей стране женщинам полагается молчать и скрывать свое лицо. — А во Франции женщины пудрят носики и заставляют мужчин прислушиваться к себе. — О, Аллах! Я думал, что здесь цивилизованное государство, а здесь просто варвары!

    — посол Бахтиари-Бей · фильм
19. «

    Так искони важивалось — в старину бывало; а стариков умней не будешь.

    Так искони важивалось — в старину бывало; а стариков умней не будешь.

    — Михаил Николаевич Загоскин · книга
20. «

    Китайские мыслители с успехом разрабатывали «моральную теорию человеческих действий», которая была призвана интеллектуально санкционировать систему исконных ритуалов, обрядов и обычаев в качестве необходимого и достаточного регулятора в жизни общества.

    Китайские мыслители с успехом разрабатывали «моральную теорию человеческих действий», которая была призвана интеллектуально санкционировать систему исконных ритуалов, обрядов и обычаев в качестве необходимого и достаточного регулятора в жизни общества.

    — Леонид Сергеевич Васильев · книга