342 цитаты «осень» на каждый день

342 цитаты про «осень»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Солнце и ветер и впрямь вдохновляют. Но дождь берет верх. Разве кто-то мечтает танцевать в пыли? Или целоваться на солнцепеке?

   Солнце и ветер и впрямь вдохновляют. Но дождь берет верх. Разве кто-то мечтает танцевать в пыли? Или целоваться на солнцепеке?

   — Синтия Барнетт · книга
2. «

   Лазурью осени прощальной Я озарен. Не шелехнут Дубы. Застывший и зеркальный Деревья отражает пруд.

   Лазурью осени прощальной Я озарен. Не шелехнут Дубы. Застывший и зеркальный Деревья отражает пруд.

   — Сергей Соловьев
3. «

   Миновало лето, Осень наступила. На полях и в рощах Пусто и уныло.

   Миновало лето, Осень наступила. На полях и в рощах Пусто и уныло.

   — Алексей Николаевич Плещеев
4. «

   Осеннее кладбище – зрелище из особых. Царский пурпур и утонченная позолота листвы, королевские поминки по лету на фоне торжественной суровости вечнозеленых туй – верных кладбищенских плакальщиц. Серый гранит надгробий, бронза мемориальных надписей, дымчатый мрамор обелисков, черный базальт монументов, скромный туф поминальных плит. Строгость аллей и буйство красок, вспышки чахоточной страсти и разлитая в воздухе печаль. Кладбищам больше всего идет осень. Не весеннее буйство жизни, кажущееся стыдным в местах упокоения, не знойная истома лета, даже не зимний саван – осень, порог забвения.

   Осеннее кладбище – зрелище из особых. Царский пурпур и утонченная позолота листвы, королевские поминки по лету на фоне торжественной суровости вечнозеленых туй – верных кладбищенских плакальщиц. Серый гранит надгробий, бронза мемориальных надписей, дымчатый мрамор обелисков, черный базальт монументов, скромный туф поминальных плит. Строгость аллей и буйство красок, вспышки чахоточной страсти и разлитая в воздухе печаль. Кладбищам больше всего идет осень. Не весеннее буйство жизни, кажущееся стыдным в местах упокоения, не знойная истома лета, даже не зимний саван – осень, порог забвения.

   — Генри Лайон Олди · книга
5. «

   Нынче осень плохая. Так тяжело; вся жизнь, кажется, не была такая длинная, как одна эта осень.

   Нынче осень плохая. Так тяжело; вся жизнь, кажется, не была такая длинная, как одна эта осень.

   — Константин Георгиевич Паустовский · книга
6. «

   Осень — не время для равнодушия. Здесь нужны только яркие краски и искренние эмоций.

   Осень — не время для равнодушия. Здесь нужны только яркие краски и искренние эмоций.
7. «

   Весна дружит с летом, зима с весной, — только осень всегда одинока!

   Весна дружит с летом, зима с весной, — только осень всегда одинока!
8. «

   В пустом, сквозном чертоге сада Иду, шумя сухой листвой: Какая странная отрада Былое попирать ногой!

   В пустом, сквозном чертоге сада Иду, шумя сухой листвой: Какая странная отрада Былое попирать ногой!

   — Иван Алексеевич Бунин
9. «

   Небо плачет осенью — это любовь умирает.

   Небо плачет осенью — это любовь умирает.
10. «

    Из кельи была прекрасно видна середина октября и в ней тишина длиной в час ходьбы и шириной в два.

    Из кельи была прекрасно видна середина октября и в ней тишина длиной в час ходьбы и шириной в два.

    — Милорад Павич · книга
11. «

    Всё безжизненно, безрадостно В померкающей дали, Но страдальцу как-то сладостно Увядание земли.

    Всё безжизненно, безрадостно В померкающей дали, Но страдальцу как-то сладостно Увядание земли.

    — Александр Бестужев-Марлинский
12. «

    Не надо бояться октября <...>, октябрь прекрасен, быть может, прекраснее всех месяцев года, даже мая. Май мучает надеждой, обещаниями, которые никогда не сбываются, октябрь ничего не обещает, не даёт и тени надежды, он весь в себе. А за ним — тьма, холод, слякоть, мокрый снег, огромная ночь, конец. Но как красиво сейчас! Какое золото! Какая медь! И как чудесна зелень елей в лесу и лоз над рекой! И до чего же зелена совсем не увядшая трава. А над всем — чистое голубое небо. Тверда под ногой, будто кованая, дорога, лужи подёрнуты уже не сахаристым, тающим ледком, а тёмным, непрозрачным и твёрдым. И великая пустота тихого, просквоженного от опушки к опушке леса: ни птицы, ни зверька, ни насекомого, ни шороха, ни писка, ни свиста.

    Не надо бояться октября <...>, октябрь прекрасен, быть может, прекраснее всех месяцев года, даже мая. Май мучает надеждой, обещаниями, которые никогда не сбываются, октябрь ничего не обещает, не даёт и тени надежды, он весь в себе. А за ним — тьма, холод, слякоть, мокрый снег, огромная ночь, конец. Но как красиво сейчас! Какое золото! Какая медь! И как чудесна зелень елей в лесу и лоз над рекой! И до чего же зелена совсем не увядшая трава. А над всем — чистое голубое небо. Тверда под ногой, будто кованая, дорога, лужи подёрнуты уже не сахаристым, тающим ледком, а тёмным, непрозрачным и твёрдым. И великая пустота тихого, просквоженного от опушки к опушке леса: ни птицы, ни зверька, ни насекомого, ни шороха, ни писка, ни свиста.

    — Юрий Нагибин · книга
13. «

    Оглянуться не успели - Наступила мирно осень, Я смотрю, и клен осенний Желтый лист под ноги бросил.

    Оглянуться не успели - Наступила мирно осень, Я смотрю, и клен осенний Желтый лист под ноги бросил.

    — Виктор Тафинцев
14. «

    Лето проходит, и ветер осенний листьями жёлтыми нас осыпает. Хочеться разом решить все проблемы, только вот в жизни так врядли бывает.

    Лето проходит, и ветер осенний листьями жёлтыми нас осыпает. Хочеться разом решить все проблемы, только вот в жизни так врядли бывает.
15. «

    Пустынный сад. Давно заглушил тростник Следы людей. На дне осенней росы Звенят цикад голоса.

    Пустынный сад. Давно заглушил тростник Следы людей. На дне осенней росы Звенят цикад голоса.

    — Сикиси-Найсинно
16. «

    Березы, как тоненькие свечи, загорелись за полем.

    Березы, как тоненькие свечи, загорелись за полем.

    — Арво Метс
17. «

    Чужие друг другу теперь совсем. Немного жаль, ведь мы были почти родными, А осень шепчет «Бывает у всех...» И не всесильны мы с тобой, нет...

    Чужие друг другу теперь совсем. Немного жаль, ведь мы были почти родными, А осень шепчет «Бывает у всех...» И не всесильны мы с тобой, нет...
18. «

    Нежное очарование осени радует и восхищает. Его не скрыть ни под плотной вуалью предрассветных туманов, ни под серебряными нитями, распутываемыми из дождевого клубка. Осень как робкая надежда, исполненная легкой грусти. Именно в этот период мы чаще предаемся меланхолии, скрадывающую нашу неуверенность и ранимость. Ветер галантно кружит в танце свою партнершу-осень в шелковом платье. Стыдливо взирают на них оголенные деревья, расставшиеся со своими пестролистными одеяниями.

    Нежное очарование осени радует и восхищает. Его не скрыть ни под плотной вуалью предрассветных туманов, ни под серебряными нитями, распутываемыми из дождевого клубка. Осень как робкая надежда, исполненная легкой грусти. Именно в этот период мы чаще предаемся меланхолии, скрадывающую нашу неуверенность и ранимость. Ветер галантно кружит в танце свою партнершу-осень в шелковом платье. Стыдливо взирают на них оголенные деревья, расставшиеся со своими пестролистными одеяниями.
19. «

    Не пойду этой тропкой, Заваленной палыми листьями, Где с каждым шагом Всё глубже, всё пасмурней осень. Сяду там — у ручья, Где ещё до сих пор зеленеет, И среди простодушных, Среди голубых незабудок, Память ищет губами Твое отзвучавшее Имя.

    Не пойду этой тропкой, Заваленной палыми листьями, Где с каждым шагом Всё глубже, всё пасмурней осень. Сяду там — у ручья, Где ещё до сих пор зеленеет, И среди простодушных, Среди голубых незабудок, Память ищет губами Твое отзвучавшее Имя.

    — Леопольд Стафф
20. «

    В город вернулись теплые дни. Они возвратились с удвоенной лаской, как возвращаются неверные жены. Целый день по небу шлялись легкомысленные, беспокойные облачка, а сухие, по осеннему поджарые листья густо лежали на земле молча, без шороха. Несколько дней город, казалось, находился в теплом и каком-то блаженном обмороке, он предавался осени, этой изменчивой лгунье, и не верил, не хотел верить в скорое наступление холодов...

    В город вернулись теплые дни. Они возвратились с удвоенной лаской, как возвращаются неверные жены. Целый день по небу шлялись легкомысленные, беспокойные облачка, а сухие, по осеннему поджарые листья густо лежали на земле молча, без шороха. Несколько дней город, казалось, находился в теплом и каком-то блаженном обмороке, он предавался осени, этой изменчивой лгунье, и не верил, не хотел верить в скорое наступление холодов...

    — Дина Рубина · книга