284 цитаты на тему «ощущения» для поста

Тема «ощущения» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 284 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Жизнь измеряется не годами, а мгновениями сильных ощущений...

   Жизнь измеряется не годами, а мгновениями сильных ощущений...

   — Кирилл Еськов · книга
2. «

   Красота – это личное ощущение прекрасного или общественный вердикт.

   Красота – это личное ощущение прекрасного или общественный вердикт.

   — Олег Сергеевич Кривченко · книга
3. «

   От этой мелодии мне становится легче, как будто эту музыку сочинили специально для меня.

   От этой мелодии мне становится легче, как будто эту музыку сочинили специально для меня.

   — Антуан Годен · фильм
4. «

   И вот уже я чувствую, как в груди появляется сосущая пустота, и сам же этому ощущению удивляюсь. И вдруг я понял, что со мной, бллин, происходит. Я просто вроде как повзрослел.

   И вот уже я чувствую, как в груди появляется сосущая пустота, и сам же этому ощущению удивляюсь. И вдруг я понял, что со мной, бллин, происходит. Я просто вроде как повзрослел.

   — Энтони Бёрджесс · книга
5. «

   Я-то надеялся, что из всех, кого я встречал, хотя бы ты заставишь меня ощутить что-то. Но ты не смог.

   Я-то надеялся, что из всех, кого я встречал, хотя бы ты заставишь меня ощутить что-то. Но ты не смог.

   — Чужак · игра
6. «

   Когда мы говорим: «Какая прекрасная погода! Какое ясное солнце!» — мы имеем в виду только данный момент и ничего не знаем о будущем, когда то же самое солнце и та же самая погода вызовут у нас совсем другие ощущения.

   Когда мы говорим: «Какая прекрасная погода! Какое ясное солнце!» — мы имеем в виду только данный момент и ничего не знаем о будущем, когда то же самое солнце и та же самая погода вызовут у нас совсем другие ощущения.

   — Марсель Пруст · книга
7. «

   Какая разница, кем меня считают? Я ощущаю себя частью чего-то большего.

   Какая разница, кем меня считают? Я ощущаю себя частью чего-то большего.

   — Джек Кэнфилд · книга
8. «

   Знаете это ощущение, когда с тобой происходит что-то офигенное и ты сразу об этом и не задумываешься? А когда начинаешь, то думаешь всё больше? И чем больше ты думаешь, тем безумнее всё кажется, а в итоге ты паникуешь и момент скатывается в говно? Ага, лучше не надо сегодня до этого доводить.

   Знаете это ощущение, когда с тобой происходит что-то офигенное и ты сразу об этом и не задумываешься? А когда начинаешь, то думаешь всё больше? И чем больше ты думаешь, тем безумнее всё кажется, а в итоге ты паникуешь и момент скатывается в говно? Ага, лучше не надо сегодня до этого доводить.

   — Хлоя Прайс · игра
9. «

   Стол в углу комнаты был завален уродливыми глиняными лошадками вроде тех, что лепят художественно одаренные дети.

   Стол в углу комнаты был завален уродливыми глиняными лошадками вроде тех, что лепят художественно одаренные дети.

   — Виктор Пелевин · книга
10. «

    Слишком часто мы бываем загнаны в угол чужими ожиданиями или собственным ощущением, что нам предназначено исполнять некую роль или выполнять определенную функцию.

    Слишком часто мы бываем загнаны в угол чужими ожиданиями или собственным ощущением, что нам предназначено исполнять некую роль или выполнять определенную функцию.

    — Эдит Ева Эгер · книга
11. «

    Ощущение – это начало познания мира. Чувства – это слияние с миром. Разум – это знание о мире.

    Ощущение – это начало познания мира. Чувства – это слияние с миром. Разум – это знание о мире.
12. «

    Пишут не потому, чтоб тягаться с кем бы то ни было, но потому, что душа жаждет излиться ощущениями.

    Пишут не потому, чтоб тягаться с кем бы то ни было, но потому, что душа жаждет излиться ощущениями.

    — Николай Гоголь
13. «

    Я чувствовал себя так, будто меня изнасиловало само время.

    Я чувствовал себя так, будто меня изнасиловало само время.

    — Кен Кизи · книга
14. «

    Я ощутил, как меня захлестывают какие-то противные ощущения вроде тех, что бывают на начальной стадии гриппа. Неужели это эмоции, подмывающие беззащитные берега Декстера, как огромные приливные волны с токсичными отходами? Если так, то неудивительно, что люди такие жалкие существа. Это ужасный опыт.

    Я ощутил, как меня захлестывают какие-то противные ощущения вроде тех, что бывают на начальной стадии гриппа. Неужели это эмоции, подмывающие беззащитные берега Декстера, как огромные приливные волны с токсичными отходами? Если так, то неудивительно, что люди такие жалкие существа. Это ужасный опыт.

    — Джеффри Линдсей · книга
15. «

    Я придерживаюсь отрицательного направления — в силу ощущения. Мне приятно отрицать, мой мозг так устроен — и баста! Отчего мне нравится химия? Отчего ты любишь яблоки? — тоже в силу ощущения. Это все едино.

    Я придерживаюсь отрицательного направления — в силу ощущения. Мне приятно отрицать, мой мозг так устроен — и баста! Отчего мне нравится химия? Отчего ты любишь яблоки? — тоже в силу ощущения. Это все едино.

    — Иван Сергеевич Тургенев · книга
16. «

    Тяжело заставить других понять свои ощущения. Так же как не можешь точно объяснить другим ощущения поверхности, к которой они никогда не прикасались.

    Тяжело заставить других понять свои ощущения. Так же как не можешь точно объяснить другим ощущения поверхности, к которой они никогда не прикасались.

    — Гинко · аниме
17. «

    Уве прекрасно понимал, когда женины подруги удивлялись: как это – по собственной воле вставать спозаранку и весь день проводить с этим дундуком? Уве и сам удивлялся: как? Он собрал для нее книжный шкаф: она набила его книжками, в которых от корки до корки сплошь про чувства. Уве же ценил только то, что можно увидеть, пощупать. Бетон и цемент. Стекло и железо. Инструмент. Предсказуемые вещи. Прямые углы и четкие инструкции. Проектные модели и чертежи. Предметы, которые можно изобразить на бумаге. Сам Уве состоял из двух цветов – черного и белого.

    Уве прекрасно понимал, когда женины подруги удивлялись: как это – по собственной воле вставать спозаранку и весь день проводить с этим дундуком? Уве и сам удивлялся: как? Он собрал для нее книжный шкаф: она набила его книжками, в которых от корки до корки сплошь про чувства. Уве же ценил только то, что можно увидеть, пощупать. Бетон и цемент. Стекло и железо. Инструмент. Предсказуемые вещи. Прямые углы и четкие инструкции. Проектные модели и чертежи. Предметы, которые можно изобразить на бумаге. Сам Уве состоял из двух цветов – черного и белого.

    — Фредрик Бакман · книга
18. «

    ... Когда чувствуешь себя не в своей тарелке, это неудобно. Но когда тебя не пускают в свою тарелку, это еще неудобнее!

    ... Когда чувствуешь себя не в своей тарелке, это неудобно. Но когда тебя не пускают в свою тарелку, это еще неудобнее!

    — Бибиш · книга
19. «

    Я знал, что она не обернётся и не посмотрит мне вслед, но, шагая по комнате, чувствовал себя так, словно за мной забыли опустить занавес и тысячи глаз смотрят мне в спину, а аплодисментов нет.

    Я знал, что она не обернётся и не посмотрит мне вслед, но, шагая по комнате, чувствовал себя так, словно за мной забыли опустить занавес и тысячи глаз смотрят мне в спину, а аплодисментов нет.

    — Роберт Пенн Уоррен · книга
20. «

    У неё всегда, с детства, сколько себя помнила, болел весь мир — вымороченный, враждебный, нескладно и нелепо устроенный, не поддающийся исправлению, но при этом сияющий, звучащий, вибрирующий, ветреный, огненный и ледяной, великолепный настолько, что, дай она себе волю, рыдала бы взахлеб от восхищения с утра до ночи и, пожалуй, даже во сне. Но воли себе она, конечно, не давала, держала в ежовых рукавицах, дышала неглубоко, думать старалась поменьше и только о насущных проблемах, всегда стояла — там, внутри себя, — вытянувшись по стойке «смирно», чтобы не спятить, не рухнуть в сладкую темноту, не взорваться от переполняющей ее восхитительной муки.

    У неё всегда, с детства, сколько себя помнила, болел весь мир — вымороченный, враждебный, нескладно и нелепо устроенный, не поддающийся исправлению, но при этом сияющий, звучащий, вибрирующий, ветреный, огненный и ледяной, великолепный настолько, что, дай она себе волю, рыдала бы взахлеб от восхищения с утра до ночи и, пожалуй, даже во сне. Но воли себе она, конечно, не давала, держала в ежовых рукавицах, дышала неглубоко, думать старалась поменьше и только о насущных проблемах, всегда стояла — там, внутри себя, — вытянувшись по стойке «смирно», чтобы не спятить, не рухнуть в сладкую темноту, не взорваться от переполняющей ее восхитительной муки.

    — Макс Фрай · книга