160 фраз, которые всё говорят о «отчаяние»

160 цитат про «отчаяние»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Не думаю, что вам нужен психиатр, группа поддержки или лекарства. — А что же мне нужно? — Вам нужна цель. А точнее — вам нужна работа.

   — Не думаю, что вам нужен психиатр, группа поддержки или лекарства. — А что же мне нужно? — Вам нужна цель. А точнее — вам нужна работа.

   — Гарольд Финч · сериал
2. «

   И отчаяние имеет свои хорошие стороны...

   И отчаяние имеет свои хорошие стороны...

   — Брэм Стокер · книга
3. «

   Ты позволил себе согнуться под грузом этих бед. В конце концов ты сделал то, что и другие: ты опустил оружие, полагая, что смирение – единственное средство для понимания смысла жизни. Но на самом деле ты просто перестал бороться.

   Ты позволил себе согнуться под грузом этих бед. В конце концов ты сделал то, что и другие: ты опустил оружие, полагая, что смирение – единственное средство для понимания смысла жизни. Но на самом деле ты просто перестал бороться.

   — Лючия Тройси · книга
4. «

   Отлично... Отличный вид. Прекрасно видеть, как отчаяние портит ваши лица.

   Отлично... Отличный вид. Прекрасно видеть, как отчаяние портит ваши лица.

   — Джунко Эношима · аниме
5. «

   Отчаяние — какое странное чувство; и странно, что после этого выживают.

   Отчаяние — какое странное чувство; и странно, что после этого выживают.

   — Франсуаза Саган · книга
6. «

   Душа в час отчаяния полна падающих звезд.

   Душа в час отчаяния полна падающих звезд.

   — Виктор Гюго · книга
7. «

   Есть такие разлуки, которые как будто протекают спокойно, но они полны отчаяния.

   Есть такие разлуки, которые как будто протекают спокойно, но они полны отчаяния.

   — Виктор Гюго · книга
8. «

   — Что за человек ищет надежду в объятиях смерти? — Отчаявшийся.

   — Что за человек ищет надежду в объятиях смерти? — Отчаявшийся.

   — Мастер Вампир · фильм
9. «

   Предельных вершин достигает только то блаженство, которое взметнулось вверх из предельных глубин отчаяния.

   Предельных вершин достигает только то блаженство, которое взметнулось вверх из предельных глубин отчаяния.

   — Стефан Цвейг · книга
10. «

    Худшее преступление, которое я могу себе представить, — это обманывать людей таким притворством и делать вид, будто я на все 100% чувствую радость. Иногда мне кажется, что я хотел бы остановить часы, когда я выхожу на сцену. Я пытался сделать все, что было в моих силах, чтобы смириться с этим. И я смирился Боже, поверь мне, но этого недостаточно.

    Худшее преступление, которое я могу себе представить, — это обманывать людей таким притворством и делать вид, будто я на все 100% чувствую радость. Иногда мне кажется, что я хотел бы остановить часы, когда я выхожу на сцену. Я пытался сделать все, что было в моих силах, чтобы смириться с этим. И я смирился Боже, поверь мне, но этого недостаточно.

    — Курт Кобейн
11. «

    ... это бесполезное состояние и бесконечное ожидание изо дня в день без всякой надежды на перемену ломают человека, делают его нерешительным, и в конце концов он становится не способным ни на что другое, кроме безнадежного стояния на месте.

    ... это бесполезное состояние и бесконечное ожидание изо дня в день без всякой надежды на перемену ломают человека, делают его нерешительным, и в конце концов он становится не способным ни на что другое, кроме безнадежного стояния на месте.

    — Франц Кафка · книга
12. «

    Мир полон добрых людей, но замечаешь это, лишь когда оказываешься в беде. И это является своего рода компенсацией за трудные минуты жизни. Удивительный баланс, заставляющий в минуты отчаяния уверовать даже в очень далёкого, обезличенного, автоматического Бога, восседающего перед пультом управления. Впрочем, только в минуты отчаяния — и никогда больше.

    Мир полон добрых людей, но замечаешь это, лишь когда оказываешься в беде. И это является своего рода компенсацией за трудные минуты жизни. Удивительный баланс, заставляющий в минуты отчаяния уверовать даже в очень далёкого, обезличенного, автоматического Бога, восседающего перед пультом управления. Впрочем, только в минуты отчаяния — и никогда больше.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Ожесточенности чувств могут научить только тяжкий опыт и отчаяние.

    Ожесточенности чувств могут научить только тяжкий опыт и отчаяние.

    — Энн Бронте · книга
14. «

    Вот оно каково, отчаяние, подумала Мидж. Оно леденит, оно – холод и бесконечное одиночество. До этой минуты она никогда не понимала, что отчаяние холодное; она воображала его обжигающим, пылким, бурным. Но нет. Отчаяние – это бездонная пропасть ледяной черноты, невыносимого одиночества. И грех отчаяния, о котором говорят священники, это грех холодный, состоящий в обрубании живых, горячих человеческих контактов.

    Вот оно каково, отчаяние, подумала Мидж. Оно леденит, оно – холод и бесконечное одиночество. До этой минуты она никогда не понимала, что отчаяние холодное; она воображала его обжигающим, пылким, бурным. Но нет. Отчаяние – это бездонная пропасть ледяной черноты, невыносимого одиночества. И грех отчаяния, о котором говорят священники, это грех холодный, состоящий в обрубании живых, горячих человеческих контактов.

    — Мишель Уэльбек · книга
15. «

    Отчаяние — это страх без надежды.

    Отчаяние — это страх без надежды.

    — Рене Декарт
16. «

    Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

    Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
17. «

    Отчаянье не разбирается в религии.

    Отчаянье не разбирается в религии.

    — Эрнесто Гамбоа · сериал
18. «

    У сильных людей отчаяние — только временная дань слабости.

    У сильных людей отчаяние — только временная дань слабости.

    — Жюль Верн
19. «

    И все-таки даже у отчаяния есть плюсы: оно заставляет по-новому взглянуть на мир.

    И все-таки даже у отчаяния есть плюсы: оно заставляет по-новому взглянуть на мир.

    — Бет О'Лири · книга
20. «

    От спокойного размышления толку гораздо больше, чем от порывов отчаяния.

    От спокойного размышления толку гораздо больше, чем от порывов отчаяния.

    — Франц Кафка · книга