417 высказываний на тему «отчаяние»

417 цитат про «отчаяние»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Ненависть — это бесконечный круговорот страха и отчаяния. И никто не знает, что началось раньше.

   Ненависть — это бесконечный круговорот страха и отчаяния. И никто не знает, что началось раньше.
2. «

   Никогда не отчаивайтесь, никогда не опускайте рук, ибо правый победит.

   Никогда не отчаивайтесь, никогда не опускайте рук, ибо правый победит.

   — Лобсанг Рампа · книга
3. «

   Я понял, что в нашей системе вы – господин. В лесу господин – волк, оттого его боятся все звери. Но таких волков, как вы, я не боюсь. Я пережил самый страшный кошмар любого родителя – у меня отняли сына. Он исчез, на него всем наплевать. Я понял это, и страх пропал.

   Я понял, что в нашей системе вы – господин. В лесу господин – волк, оттого его боятся все звери. Но таких волков, как вы, я не боюсь. Я пережил самый страшный кошмар любого родителя – у меня отняли сына. Он исчез, на него всем наплевать. Я понял это, и страх пропал.

   — Томас Гарридо · фильм
4. «

   Не любите меня: Я ранен. Вы будете мне В качестве бинта Латать раны. Я ранен. Меня бросали с девятого И забывали ловить. Поломанными руками Я зашивал сердечные ткани. Меня когда-то Обещали - Любить. Я пытался всплывать, Но не смог. Утопая в бездонных глазах, Наконец, захлебнулся. Ты бросал мне спасательный круг. А потом ты ушёл. Ушёл. Не вернулся. Я в бессилие ломал пальцы рук. Хотел закурить, Но не смог удержать сигарету. Всем вашим словам цена - Рубль. Они также сгорают, Как в атмосфере кометы. Я убегал от людей, Задыхался от боли. (Ты спрятался в сердце И транспортируешь кровь мне.) Процент кислорода в слабых лёгких Равен нулю. Дай мне, пожалуйста, воздуха. И можно я тебя последний раз обниму?

   Не любите меня: Я ранен. Вы будете мне В качестве бинта Латать раны. Я ранен. Меня бросали с девятого И забывали ловить. Поломанными руками Я зашивал сердечные ткани. Меня когда-то Обещали - Любить. Я пытался всплывать, Но не смог. Утопая в бездонных глазах, Наконец, захлебнулся. Ты бросал мне спасательный круг. А потом ты ушёл. Ушёл. Не вернулся. Я в бессилие ломал пальцы рук. Хотел закурить, Но не смог удержать сигарету. Всем вашим словам цена - Рубль. Они также сгорают, Как в атмосфере кометы. Я убегал от людей, Задыхался от боли. (Ты спрятался в сердце И транспортируешь кровь мне.) Процент кислорода в слабых лёгких Равен нулю. Дай мне, пожалуйста, воздуха. И можно я тебя последний раз обниму?
5. «

   What is this I’ll kill you all just for fun and games And in the most cruel way, sacrifice you What a shame, no escape. Even if you cry out, there’s no one Nothing but violence can save the world.

   What is this I’ll kill you all just for fun and games And in the most cruel way, sacrifice you What a shame, no escape. Even if you cry out, there’s no one Nothing but violence can save the world.
6. «

   Нет ничего хуже, чем человек, потерявший радость.

   Нет ничего хуже, чем человек, потерявший радость.

   — Джеймс Фицджеймс (James Fitzjames) · сериал
7. «

   От понимания человеческой сущности впадаешь в отчаяние.

   От понимания человеческой сущности впадаешь в отчаяние.
8. «

   Иногда самое длинное расстояние — это расстояние между отчаянием и смирением.

   Иногда самое длинное расстояние — это расстояние между отчаянием и смирением.

   — Кэролин Джесс-Кук · книга
9. «

   Я пытался тебя забыть, Я надеялся, это лишь шутка. Я не смог тебя не любить, Оттого лишился рассудка.

   Я пытался тебя забыть, Я надеялся, это лишь шутка. Я не смог тебя не любить, Оттого лишился рассудка.
10. «

    Отчаяние противника — это второе оружие в умелых руках!

    Отчаяние противника — это второе оружие в умелых руках!

    — Хисон Нам · книга
11. «

    Мир полон добрых людей, но замечаешь это, лишь когда оказываешься в беде. И это является своего рода компенсацией за трудные минуты жизни. Удивительный баланс, заставляющий в минуты отчаяния уверовать даже в очень далёкого, обезличенного, автоматического Бога, восседающего перед пультом управления. Впрочем, только в минуты отчаяния — и никогда больше.

    Мир полон добрых людей, но замечаешь это, лишь когда оказываешься в беде. И это является своего рода компенсацией за трудные минуты жизни. Удивительный баланс, заставляющий в минуты отчаяния уверовать даже в очень далёкого, обезличенного, автоматического Бога, восседающего перед пультом управления. Впрочем, только в минуты отчаяния — и никогда больше.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Отчаяние свойственно тем, кто не понимает причин зла.

    Отчаяние свойственно тем, кто не понимает причин зла.

    — Владимир Ильич Ленин
13. «

    Отчаянные времена требуют отчаянных мер, наживка.

    Отчаянные времена требуют отчаянных мер, наживка.

    — Ян
14. «

    Печаль была гораздо честнее, чем искусственная жизнерадостность, которая была нынче в моде: фальшивый каркас пустоголового оптимизма, которым заслонялось отчаяние, гнездящееся в каждом сердце.

    Печаль была гораздо честнее, чем искусственная жизнерадостность, которая была нынче в моде: фальшивый каркас пустоголового оптимизма, которым заслонялось отчаяние, гнездящееся в каждом сердце.

    — Клайв Баркер · книга
15. «

    Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

    Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

    — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
16. «

    Нет отчаянных положений, есть отчаявшиеся люди.

    Нет отчаянных положений, есть отчаявшиеся люди.

    — Гейнц Гудериан
17. «

    Отчаяние – это сырьё для радикальных изменений.

    Отчаяние – это сырьё для радикальных изменений.

    — Уильям Берроуз
18. «

    — Что, если бы я сказала тебе, что Клауса можно убить? Не временно кинжалом, а по-настоящему. — Я бы сказал, что ты отчаялась и лжешь… или пьяна. Или напившись отчаянно лжешь.

    — Что, если бы я сказала тебе, что Клауса можно убить? Не временно кинжалом, а по-настоящему. — Я бы сказал, что ты отчаялась и лжешь… или пьяна. Или напившись отчаянно лжешь.

    — Дэймон Сальваторе · сериал
19. «

    Дети приходят за нами туда, куда больше никто не рискует. Это только кажется, что мы их питаем и защищаем. Это они защищают нас — от окончательного отчаяния. Это они возвращают нас в «здесь и сейчас» — ежедневно. Это они придают сил, когда их больше неоткуда взять.

    Дети приходят за нами туда, куда больше никто не рискует. Это только кажется, что мы их питаем и защищаем. Это они защищают нас — от окончательного отчаяния. Это они возвращают нас в «здесь и сейчас» — ежедневно. Это они придают сил, когда их больше неоткуда взять.

    — Вера Полозкова
20. «

    ...ловушки зеркал я сумела избежать, но взгляды — кто может устоять перед этой головокружительной бездной? Я одеваюсь в черное, говорю мало, не пишу, все это создает мой облик, который видят другие. Легко сказать: я — никто, я — это я. И все-таки кто я? Где меня встретить? Следовало бы очутиться по другую сторону всех дверей, но, если постучу именно я, мне не ответят. Внезапно я почувствовала, что лицо мое горит, мне хотелось содрать его, словно маску.

    ...ловушки зеркал я сумела избежать, но взгляды — кто может устоять перед этой головокружительной бездной? Я одеваюсь в черное, говорю мало, не пишу, все это создает мой облик, который видят другие. Легко сказать: я — никто, я — это я. И все-таки кто я? Где меня встретить? Следовало бы очутиться по другую сторону всех дверей, но, если постучу именно я, мне не ответят. Внезапно я почувствовала, что лицо мое горит, мне хотелось содрать его, словно маску.

    — Симона де Бовуар · книга