181 цитата про «отцы и дети» для вдохновения

181 цитата про «отцы и дети»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   — Поэтому теперь тебя и зовут Мартин? Хочешь, чтобы мы тебя так звали? Тебе не стыдно перед дедушкой? Тебя ведь назвали в его честь! И дедушку дедушки так звали! — Всегда недолюбливал эти немецкие имена! Называй себя просто Мартином.

   — Поэтому теперь тебя и зовут Мартин? Хочешь, чтобы мы тебя так звали? Тебе не стыдно перед дедушкой? Тебя ведь назвали в его честь! И дедушку дедушки так звали! — Всегда недолюбливал эти немецкие имена! Называй себя просто Мартином.

   — бабушка Фрица · фильм
2. «

   Не так страшен чёрт, как его малютки.

   Не так страшен чёрт, как его малютки.

   — Николай Семёнович Лесков
3. «

   Когда же ты наконец поймешь, что важно не то, чего ТЫ хочешь, а то, что нужно Айе. Единственное, что может отец сделать для своих детей, — это любить их мать. Тогда и только тогда он может сделать своих детей счастливыми. А если ты не можешь, не умеешь этого, то уйти с дороги и не мешай это делать другому. Тому, кто сможет и захочет. Если просят – помогай. Если не просят – не лезь!

   Когда же ты наконец поймешь, что важно не то, чего ТЫ хочешь, а то, что нужно Айе. Единственное, что может отец сделать для своих детей, — это любить их мать. Тогда и только тогда он может сделать своих детей счастливыми. А если ты не можешь, не умеешь этого, то уйти с дороги и не мешай это делать другому. Тому, кто сможет и захочет. Если просят – помогай. Если не просят – не лезь!

   — Горисвет
4. «

   — У всех есть отцы. — Да. Но если Бога нет, это еще не значит, что он должен занять его место!

   — У всех есть отцы. — Да. Но если Бога нет, это еще не значит, что он должен занять его место!

   — Мэттью (американец) · фильм
5. «

   Мой отец защищал меня. Научил всему. Не дал умереть. И для своего сына я сделаю то же самое.

   Мой отец защищал меня. Научил всему. Не дал умереть. И для своего сына я сделаю то же самое.

   — Декстер Морган · сериал
6. «

   Мы — мужчины, отцы, смертные или бессмертные, — думалось Гермию, — зачиная детей, никогда не думаем о них, с головой окунаясь в реку сиюминутного наслаждения. Да и потом мы на самом деле заботимся не о них, а о себе, пытаясь вырастить продолжение себя, способное доделать за нас, долюбить за нас, доказать за нас, — и, заменяя любовь пользой, мы теряем их, как теряется драгоценная брошь из прохудившейся сумки. Мы теряем своих сыновей — и их находят другие.

   Мы — мужчины, отцы, смертные или бессмертные, — думалось Гермию, — зачиная детей, никогда не думаем о них, с головой окунаясь в реку сиюминутного наслаждения. Да и потом мы на самом деле заботимся не о них, а о себе, пытаясь вырастить продолжение себя, способное доделать за нас, долюбить за нас, доказать за нас, — и, заменяя любовь пользой, мы теряем их, как теряется драгоценная брошь из прохудившейся сумки. Мы теряем своих сыновей — и их находят другие.

   — Генри Лайон Олди · книга
7. «

   Безумная девочка. Но она не знает, как нужно вести себя с родителями. Просто игнорировать их недостаточно. Их надо арестовать, отдать под суд, заставить признать себя виновными, отправить их куда-нибудь в глушь, чтоб научились самокритике!

   Безумная девочка. Но она не знает, как нужно вести себя с родителями. Просто игнорировать их недостаточно. Их надо арестовать, отдать под суд, заставить признать себя виновными, отправить их куда-нибудь в глушь, чтоб научились самокритике!

   — Тео (брат-близнец Изабель) · фильм
8. «

   Я думаю, что быть родителем — это отчасти стараться убить своего ребёнка.

   Я думаю, что быть родителем — это отчасти стараться убить своего ребёнка.

   — Стивен Кинг · книга
9. «

   В общем, стоит однажды Иисус на страже и видит, как к воротам приближается какой-то старик. «Что ты сделал для того, чтобы попасть в Царство Небесное?» — спрашивает его Иисус. И старик отвечает: «Увы, не слишком много. Я — простой плотник, проживший тихую жизнь. Единственное, что было замечательного в моей жизни, — это мой сын». «Твой сын?» — с любопытством спрашивает Иисус. «Да, это был прекрасный сын, — отвечает старик. — Его рожденье было совершенно необыкновенным, а позже он чудесным образом преобразился. А еще он стал известен на весь мир, и до сих пор многие люди любят его». Христос смотрит на него и, крепко обняв, восклицает: «Отец, отец!» И старик тоже стискивает его в объятиях и говорит: «Это ты, Пиноккио?»

   В общем, стоит однажды Иисус на страже и видит, как к воротам приближается какой-то старик. «Что ты сделал для того, чтобы попасть в Царство Небесное?» — спрашивает его Иисус. И старик отвечает: «Увы, не слишком много. Я — простой плотник, проживший тихую жизнь. Единственное, что было замечательного в моей жизни, — это мой сын». «Твой сын?» — с любопытством спрашивает Иисус. «Да, это был прекрасный сын, — отвечает старик. — Его рожденье было совершенно необыкновенным, а позже он чудесным образом преобразился. А еще он стал известен на весь мир, и до сих пор многие люди любят его». Христос смотрит на него и, крепко обняв, восклицает: «Отец, отец!» И старик тоже стискивает его в объятиях и говорит: «Это ты, Пиноккио?»

   — Дэниел Уоллес · книга
10. «

    Если трещину не устранить сразу, она превратится в пропасть.

    Если трещину не устранить сразу, она превратится в пропасть.

    — отец Тук · фильм
11. «

    Я помню, когда папа мне предложил попить с ним пиво. Мне тогда было лет шестнадцать. Ну, попили. Не то чтобы это было весело. Не папе со мной, да и мне с ним. Вообще, мы семьей, с родителями никогда не выпивали. Закусывали вот много. Отец, понимая мою неловкость, брал на себя двойной удар.

    Я помню, когда папа мне предложил попить с ним пиво. Мне тогда было лет шестнадцать. Ну, попили. Не то чтобы это было весело. Не папе со мной, да и мне с ним. Вообще, мы семьей, с родителями никогда не выпивали. Закусывали вот много. Отец, понимая мою неловкость, брал на себя двойной удар.

    — Иван Ургант
12. «

    Сперва он не поверил, что ее нареченного зовут Оливер Барретт IV. Когда Дженни сказала ему это, он велел ей не нарушать одиннадцатую заповедь. — Это какую же? — Не вешай лапшу на уши отцу своему.

    Сперва он не поверил, что ее нареченного зовут Оливер Барретт IV. Когда Дженни сказала ему это, он велел ей не нарушать одиннадцатую заповедь. — Это какую же? — Не вешай лапшу на уши отцу своему.

    — Эрик Сигал · книга
13. «

    — У меня есть небольшой сюрприз для тебя, сынок. — Нет… Нет, нет, нет! Пап! Ты, наверное, шутишь! — Ага, шучу. Ты думал, я куплю тебе «Порш»?

    — У меня есть небольшой сюрприз для тебя, сынок. — Нет… Нет, нет, нет! Пап! Ты, наверное, шутишь! — Ага, шучу. Ты думал, я куплю тебе «Порш»?

    — Рон Уитвики · фильм
14. «

    В борьбе отцов и детей младенцы и старики нередко действуют заодно: одни прорицают, другие толкуют прорицания. Природа глаголет, опыт комментирует — среднее поколение может заткнуться.

    В борьбе отцов и детей младенцы и старики нередко действуют заодно: одни прорицают, другие толкуют прорицания. Природа глаголет, опыт комментирует — среднее поколение может заткнуться.

    — Жан-Поль Сартр · книга
15. «

    Никто и не говорил, что быть родителем легко. И чем старше становятся твои дети, тем родительская ноша тяжелее. Спасает только то, что с годами мы сами мудрее становимся и всё-таки решения принимать проще.

    Никто и не говорил, что быть родителем легко. И чем старше становятся твои дети, тем родительская ноша тяжелее. Спасает только то, что с годами мы сами мудрее становимся и всё-таки решения принимать проще.

    — Екатерина Сиванова
16. «

    Катрина Поченко: — Я думаю, если бы предрассудки их семей не встали у них на пути, они бы прожили долгую и полную любви жизнь. Джои Миллер: — А теперь, дети, давайте покажем вашему отцу как мы проводим пожарные учения? Борис Поченко: — Нет, нет. Это интересно. Я считаю, что трагедия разыгралась из-за того, что дети взяли дело в свои руки. Джои Миллер: — Вот это здорово. Наш диалог превращается в дискуссию. <...> Катрина Поченко: — А я считаю, это целиком вина родителей. Они были узколобыми и бесчувственными. Чтобы доказать своё превосходство, они растоптали чувства других.

    Катрина Поченко: — Я думаю, если бы предрассудки их семей не встали у них на пути, они бы прожили долгую и полную любви жизнь. Джои Миллер: — А теперь, дети, давайте покажем вашему отцу как мы проводим пожарные учения? Борис Поченко: — Нет, нет. Это интересно. Я считаю, что трагедия разыгралась из-за того, что дети взяли дело в свои руки. Джои Миллер: — Вот это здорово. Наш диалог превращается в дискуссию. <...> Катрина Поченко: — А я считаю, это целиком вина родителей. Они были узколобыми и бесчувственными. Чтобы доказать своё превосходство, они растоптали чувства других.

    — Катрина Поченко · фильм
17. «

    После развода дети часто становятся заложниками отношений мамы и папы. Увы! Это тоже истинная правда. В этом романе мне хотелось показать, что каким бы ни был папа, дочь все равно может любить его. Если она хочет этого. Если он этого достоин. Даже если он ошибается, если он совершает не всегда хорошие поступки. Дочь имеет право его любить. А вот заставить ее любить папу – невозможно и бессмысленно. Отец и мать – это Вселенная ребенка. Он имеет право быть и в одной ее половине, и во второй. И если родители хотят, чтобы ребенок был счастлив, им нужно учиться договариваться. Чтобы дети были здоровы и чтобы у них было хорошее будущее.

    После развода дети часто становятся заложниками отношений мамы и папы. Увы! Это тоже истинная правда. В этом романе мне хотелось показать, что каким бы ни был папа, дочь все равно может любить его. Если она хочет этого. Если он этого достоин. Даже если он ошибается, если он совершает не всегда хорошие поступки. Дочь имеет право его любить. А вот заставить ее любить папу – невозможно и бессмысленно. Отец и мать – это Вселенная ребенка. Он имеет право быть и в одной ее половине, и во второй. И если родители хотят, чтобы ребенок был счастлив, им нужно учиться договариваться. Чтобы дети были здоровы и чтобы у них было хорошее будущее.
18. «

    Меж тем как неуклонно тает Рать рыцарей минувших дней, Небрежно-буйно подрастает Порода новая... людей.

    Меж тем как неуклонно тает Рать рыцарей минувших дней, Небрежно-буйно подрастает Порода новая... людей.

    — Игорь Северянин
19. «

    Я люблю тебя. Любовью, что дольше дней и ночей, глубже океанов и небес.

    Я люблю тебя. Любовью, что дольше дней и ночей, глубже океанов и небес.

    — Никлаус «Клаус» Майклсон · сериал
20. «

    — Мои девочки! — Смотри. — О, Боже. Только посмотри как выросла! Щеки отрастила — так и хочется их пожевать. Детка, мы с тобой сделали красавицу... Я понимаю, так всегда говорят, но, ух ты, мы красавицу сделали. Отличная работа. — Она смеется, как ты. — Она смеялась? — Да, сегодня впервые смеялась. — Ты уверена? А может, она просто пукнула? — Нет, она у нас леди. Она тебя ещё не знает, но узнает.

    — Мои девочки! — Смотри. — О, Боже. Только посмотри как выросла! Щеки отрастила — так и хочется их пожевать. Детка, мы с тобой сделали красавицу... Я понимаю, так всегда говорят, но, ух ты, мы красавицу сделали. Отличная работа. — Она смеется, как ты. — Она смеялась? — Да, сегодня впервые смеялась. — Ты уверена? А может, она просто пукнула? — Нет, она у нас леди. Она тебя ещё не знает, но узнает.

    — Уильям Леннокс · фильм