340 цитат про «отцы и дети», которые захочется сохранить

340 цитат про «отцы и дети»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Аарон плакал и громко звал папу и маму. В ответ доносился лишь шёпот леса: «Иди сам. Дальше».

   Аарон плакал и громко звал папу и маму. В ответ доносился лишь шёпот леса: «Иди сам. Дальше».

   — Мария Фариса · книга
2. «

   — Его зовут Форрест. — Как меня. — Я назвала его в честь отца. — Его отца тоже зовут Форрест? — Форрест, его отец это ты.

   — Его зовут Форрест. — Как меня. — Я назвала его в честь отца. — Его отца тоже зовут Форрест? — Форрест, его отец это ты.

   — Дженни Карран · фильм
3. «

   Родители понемногу учатся у своих детей тому, как справляться с жизнью.

   Родители понемногу учатся у своих детей тому, как справляться с жизнью.

   — Мюриэл Спарк
4. «

   Надо же выпить за успех этой большой косноязычной овцы перед его отъездом в стадо.

   Надо же выпить за успех этой большой косноязычной овцы перед его отъездом в стадо.

   — Арчибалд Кронин · книга
5. «

   Родители или принимают вас безусловно, или нет.

   Родители или принимают вас безусловно, или нет.

   — Дарья Завьялова · книга
6. «

   Где те времена, когда я готов был молиться на отца? Сейчас я готов был вскрыть себе вены и истечь кровью. Поганой кровью, унаследованной от него.

   Где те времена, когда я готов был молиться на отца? Сейчас я готов был вскрыть себе вены и истечь кровью. Поганой кровью, унаследованной от него.

   — Халед Хоссейни · книга
7. «

   Вопрос: Передают ли родители своим детям часть своей души или же они дают им только животную жизнь, к которой новая душа прибавляет потом жизнь моральную? Ответ: Одну только животную жизнь, потому что душа неделима. Глупый отец может иметь умных детей, и наоборот.

   Вопрос: Передают ли родители своим детям часть своей души или же они дают им только животную жизнь, к которой новая душа прибавляет потом жизнь моральную? Ответ: Одну только животную жизнь, потому что душа неделима. Глупый отец может иметь умных детей, и наоборот.

   — Аллан Кардек · книга
8. «

   — Вместе всё идёт быстрее. Так меня отец учил. — А знаешь, чему МЕНЯ отец учил? — Чему? — Ничему. — Ты сам до всего допёр?

   — Вместе всё идёт быстрее. Так меня отец учил. — А знаешь, чему МЕНЯ отец учил? — Чему? — Ничему. — Ты сам до всего допёр?

   — Воздушная тюрьма (Con Air) · фильм
9. «

   — Я не хочу быть одним из тех подростков, которые смотрят на своих отцов и говорят: «Ненавижу тебя. Вот бы ты умер!» — Но? — Но... ненавижу его. Вот бы он умер!

   — Я не хочу быть одним из тех подростков, которые смотрят на своих отцов и говорят: «Ненавижу тебя. Вот бы ты умер!» — Но? — Но... ненавижу его. Вот бы он умер!

   — Кейт Арджент · сериал
10. «

    Помнишь... Нам было по 10 лет. Там было яблоня. Помнишь, да? Папа запретил на нее залезать. «Барыш, залезем на дерево», сказал ты мне. «Не глупи, сынок. Папа запретил. Поймают». «Но, я хочу яблоко». Раз уж мой брат захотел яблоко, сказал я, мы залезем на это дерево и сорвем. Я залез. Ты опять не залез. Испугался отца. Да. Кричал мне снизу: «Брат, вот это яблоко!». Ты назвал меня старшим братом в первый раз... Я же старше тебя на 10 минут. Мне понравилось. Брат, я протягивал руку к яблоку, которое ты хотел... все перевернулся вокруг, я упал. Замолчал. Папа прибежал: «Ты не послушал меня! Из тебя мужчины не получится!». Ударил меня. И ещё. Было больно, но, я выдержал. «Ты не послушал меня! Посмотри на брата. Он делает такое?» — сказал. Ты ни слова не сказал. Ты ушел. Знаешь? После этого дня папа не доверял мне совсем. Сказал, что из меня не выйдет. Всегда тебя считал первым. Все дал тебе... Даже женщину, которую я люблю. Ты. Ты по-моему, был достаточно хорошим ребенком. Теперь побудь немного плохим.

    Помнишь... Нам было по 10 лет. Там было яблоня. Помнишь, да? Папа запретил на нее залезать. «Барыш, залезем на дерево», сказал ты мне. «Не глупи, сынок. Папа запретил. Поймают». «Но, я хочу яблоко». Раз уж мой брат захотел яблоко, сказал я, мы залезем на это дерево и сорвем. Я залез. Ты опять не залез. Испугался отца. Да. Кричал мне снизу: «Брат, вот это яблоко!». Ты назвал меня старшим братом в первый раз... Я же старше тебя на 10 минут. Мне понравилось. Брат, я протягивал руку к яблоку, которое ты хотел... все перевернулся вокруг, я упал. Замолчал. Папа прибежал: «Ты не послушал меня! Из тебя мужчины не получится!». Ударил меня. И ещё. Было больно, но, я выдержал. «Ты не послушал меня! Посмотри на брата. Он делает такое?» — сказал. Ты ни слова не сказал. Ты ушел. Знаешь? После этого дня папа не доверял мне совсем. Сказал, что из меня не выйдет. Всегда тебя считал первым. Все дал тебе... Даже женщину, которую я люблю. Ты. Ты по-моему, был достаточно хорошим ребенком. Теперь побудь немного плохим.

    — Барыш Йесари · сериал
11. «

    Что ни напишешь — один бесконечный гамлет, да и все вокруг гоняются за отцами. Количество пролитых слёз исчисляется килограммами. (Зритель тоже скорее умер, чем в зале замер.) Грохнули папу, убили какие-то дяди, ни за что ни про что, суки, замочили. Ходишь теперь и мямлишь: «Какой я дятел, не могу постоять за предков и за отчизну!» Папа ж прилип — ей-богу — как банный лист, то да сё, отомсти, и пугает тенью. Отвали, говорю, я свой обретаю стиль, в гробу я видел эти твои виденья. На месте дяди я б тоже тебя убил, разве можно быть ну настолько нудным. Куда там править страной, если отец упырь. Как меня достала эта твоя мудрость.

    Что ни напишешь — один бесконечный гамлет, да и все вокруг гоняются за отцами. Количество пролитых слёз исчисляется килограммами. (Зритель тоже скорее умер, чем в зале замер.) Грохнули папу, убили какие-то дяди, ни за что ни про что, суки, замочили. Ходишь теперь и мямлишь: «Какой я дятел, не могу постоять за предков и за отчизну!» Папа ж прилип — ей-богу — как банный лист, то да сё, отомсти, и пугает тенью. Отвали, говорю, я свой обретаю стиль, в гробу я видел эти твои виденья. На месте дяди я б тоже тебя убил, разве можно быть ну настолько нудным. Куда там править страной, если отец упырь. Как меня достала эта твоя мудрость.

    — Семён Пегов
12. «

    Непосвященному родительские разговоры кажутся скучным бредом, занимать которым внимание собеседника – откровенный моветон. Но именно по таким рассказам, как по опознавательным сигналам, люди узнают «своих». Так, наверное, члены тайного общества узнают друг друга в нашем культурно изолированном, отчужденном мире. Незнакомые взрослые люди, привыкшие держать дистанцию, начинают улыбаться, внимательно слушать других и торопятся рассказать свои истории. Сам факт, что у вас есть дети, стирает границу между людьми. Неважно, кто ты – бедный или богатый, интеллигент или пролетарий, деревенский или городской… Они будут общаться на равных, говорить тем недоступным непосвященным языком, языком людей, связанных общей священной семейной мистерией, незримыми узами родительского братства и понимания.

    Непосвященному родительские разговоры кажутся скучным бредом, занимать которым внимание собеседника – откровенный моветон. Но именно по таким рассказам, как по опознавательным сигналам, люди узнают «своих». Так, наверное, члены тайного общества узнают друг друга в нашем культурно изолированном, отчужденном мире. Незнакомые взрослые люди, привыкшие держать дистанцию, начинают улыбаться, внимательно слушать других и торопятся рассказать свои истории. Сам факт, что у вас есть дети, стирает границу между людьми. Неважно, кто ты – бедный или богатый, интеллигент или пролетарий, деревенский или городской… Они будут общаться на равных, говорить тем недоступным непосвященным языком, языком людей, связанных общей священной семейной мистерией, незримыми узами родительского братства и понимания.

    — Олег Рой · книга
13. «

    — Скажите, вы планируете много детей? — Нет. Никаких детей. Ты становишься их рабыней! Пелёнки, школа, болезни. А вырастают — съезжают! И ты их не видишь. — Нет. Это не так. — У меня было так. Я мечтала поскорей сбежать из дома.

    — Скажите, вы планируете много детей? — Нет. Никаких детей. Ты становишься их рабыней! Пелёнки, школа, болезни. А вырастают — съезжают! И ты их не видишь. — Нет. Это не так. — У меня было так. Я мечтала поскорей сбежать из дома.

    — Римские приключения (To Rome with Love) · фильм
14. «

    — Мы с отцом не были близки. В последние два месяца жизни он писал письма кузенам, партнерам, людям, которых я никогда не знал. Он писал о том, что мечтал свершить, но не успел, и о поступках, которые мог бы не совершать. Он рассказывал им все, что не рассказывал мне. А ведь я хотел все это знать. — Вас обнять? — Обойдусь, спасибо.

    — Мы с отцом не были близки. В последние два месяца жизни он писал письма кузенам, партнерам, людям, которых я никогда не знал. Он писал о том, что мечтал свершить, но не успел, и о поступках, которые мог бы не совершать. Он рассказывал им все, что не рассказывал мне. А ведь я хотел все это знать. — Вас обнять? — Обойдусь, спасибо.

    — Оскар Шелл · фильм
15. «

    — Если бы Келеборн пришел к твоему отцу просить твоей руки — разве Арфин услал бы его на поединок с Морготом? Галадриэль покосилась на дверь, за которой спал ее муж. — Вряд ли мой отец так поступил бы, — с улыбкой сказала она. — Хотя бы потому что он хорошо знал свою дочь... Я отправилась в Эндорэ за... гораздо меньшим, чем любовь.

    — Если бы Келеборн пришел к твоему отцу просить твоей руки — разве Арфин услал бы его на поединок с Морготом? Галадриэль покосилась на дверь, за которой спал ее муж. — Вряд ли мой отец так поступил бы, — с улыбкой сказала она. — Хотя бы потому что он хорошо знал свою дочь... Я отправилась в Эндорэ за... гораздо меньшим, чем любовь.

    — Ольга Брилёва · книга
16. «

    — Я вдруг понял, что живу дольше, чем мой отец. Он до этого утра не дожил — умер в сорок девять. — Он наверняка был бы рад, что ты жив, и у тебя есть дети и внуки, которые тебя любят.

    — Я вдруг понял, что живу дольше, чем мой отец. Он до этого утра не дожил — умер в сорок девять. — Он наверняка был бы рад, что ты жив, и у тебя есть дети и внуки, которые тебя любят.

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · сериал
17. «

    — А если я ему не понравлюсь? — Так и будет. — То есть вдруг он захочет убить меня, когда ему станет 15? — Значит, ты не очень хороший отец. — Это нормально, об этом все греческие трагедии.

    — А если я ему не понравлюсь? — Так и будет. — То есть вдруг он захочет убить меня, когда ему станет 15? — Значит, ты не очень хороший отец. — Это нормально, об этом все греческие трагедии.

    — Алекс (Alex) · фильм
18. «

    Если человек любит детей, он не будет делать вид, что он честный инженер. Или утопит их в ведре, чтоб не мучились.

    Если человек любит детей, он не будет делать вид, что он честный инженер. Или утопит их в ведре, чтоб не мучились.

    — Александра Гавриловна Рукояткина · фильм
19. «

    Если трещину не устранить сразу, она превратится в пропасть.

    Если трещину не устранить сразу, она превратится в пропасть.

    — отец Тук · фильм
20. «

    Никакого алкоголя, никаких наркотиков, никаких поцелуев, никаких татуировок, никакого пирсинга, никаких кровавых ритуалов...о, Господи, сам им всё подсказал...

    Никакого алкоголя, никаких наркотиков, никаких поцелуев, никаких татуировок, никакого пирсинга, никаких кровавых ритуалов...о, Господи, сам им всё подсказал...

    — Уолтер Стрэтфорд · фильм