37 лучших мыслей на тему «отец»

Собрали 37 цитат на тему «отец» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Быть может, если бы он был отцом получше, я был бы более хорошим сыном. Но я такой, какой я есть из-за него... Ужасный... или Хороший.

   Быть может, если бы он был отцом получше, я был бы более хорошим сыном. Но я такой, какой я есть из-за него... Ужасный... или Хороший.

   — Доктор Грегори Хаус · сериал
2. «

   Женщины, не решающиеся развестись с опостылевшими мужьями только потому, что не хотят лишить детей отца, тем самым лишают их семьи, Дружной, прочной, счастливой — такой, какая она должна быть. В подобных случаях супруги калечат психику детей и притворяясь перед ними, и не притворяясь. К тому же, если разобраться, лишить ребенка отца может лишь… сам отец.

   Женщины, не решающиеся развестись с опостылевшими мужьями только потому, что не хотят лишить детей отца, тем самым лишают их семьи, Дружной, прочной, счастливой — такой, какая она должна быть. В подобных случаях супруги калечат психику детей и притворяясь перед ними, и не притворяясь. К тому же, если разобраться, лишить ребенка отца может лишь… сам отец.

   — Евгений Пантелеев
3. «

   ... но было кое-что, чего мой убийца не понимал: он не понимал, как сильно отец может любить своего ребенка.

   ... но было кое-что, чего мой убийца не понимал: он не понимал, как сильно отец может любить своего ребенка.

   — Сьюзи Сэлмон · фильм
4. «

   — Верно, честно говоря, я совсем не отец Харухи... — Это даже без «честно говоря».

   — Верно, честно говоря, я совсем не отец Харухи... — Это даже без «честно говоря».

   — Тамаки Суо · аниме
5. «

   Это папа? Возможно. Но даже если не папа, то все равно человек. Я вырвал эти страницы. Я сложил их в обратном порядке: последнюю — сначала, первую — в конце. Когда я их пролистал, получилось, что человек не падает, а взлетает. Если бы у меня еще были снимки, он мог бы влететь в окно, внутрь здания, и дым бы всосался в брешь, из которой бы вылетел самолет. Папа записал бы свои сообщения задом наперед, пока бы они не стерлись, а самолет бы долетел задом наперед до самого Бостона. Лифт привез бы его на первый этаж, и перед выходом он нажал бы на последний. Пятясь, он вошел бы в метро, и метро поехало бы задом назад, до нашей остановки. Пятясь, папа прошел бы через турникет, убрал бы в карман магнитную карту и попятился бы домой, читая на ходу «Нью-Йорк Таймc» справа налево. Он бы выплюнул кофе в кружку, загрязнил зубной щеткой зубы и нанес бритвой щетину на лицо. Он бы лег в постель, и будильник прозвенел бы задом наперед, и сон бы ему приснился от конца к началу. Потом бы он встал в конце вечера перед наихудшим днем И припятился в мою комнату, насвистывая I am the Walrus задом наперед. Он нырнул бы ко мне в кровать. Мы бы смотрели на фальшивые звезды, мерцавшие под нашими взглядами. Я бы сказал: «Ничего» задом наперед. Он бы сказал: «Что, старина?» задом наперед. Я бы сказал: «Пап?» задом наперед, и это прозвучало бы, как обычное «Пап».

   Это папа? Возможно. Но даже если не папа, то все равно человек. Я вырвал эти страницы. Я сложил их в обратном порядке: последнюю — сначала, первую — в конце. Когда я их пролистал, получилось, что человек не падает, а взлетает. Если бы у меня еще были снимки, он мог бы влететь в окно, внутрь здания, и дым бы всосался в брешь, из которой бы вылетел самолет. Папа записал бы свои сообщения задом наперед, пока бы они не стерлись, а самолет бы долетел задом наперед до самого Бостона. Лифт привез бы его на первый этаж, и перед выходом он нажал бы на последний. Пятясь, он вошел бы в метро, и метро поехало бы задом назад, до нашей остановки. Пятясь, папа прошел бы через турникет, убрал бы в карман магнитную карту и попятился бы домой, читая на ходу «Нью-Йорк Таймc» справа налево. Он бы выплюнул кофе в кружку, загрязнил зубной щеткой зубы и нанес бритвой щетину на лицо. Он бы лег в постель, и будильник прозвенел бы задом наперед, и сон бы ему приснился от конца к началу. Потом бы он встал в конце вечера перед наихудшим днем И припятился в мою комнату, насвистывая I am the Walrus задом наперед. Он нырнул бы ко мне в кровать. Мы бы смотрели на фальшивые звезды, мерцавшие под нашими взглядами. Я бы сказал: «Ничего» задом наперед. Он бы сказал: «Что, старина?» задом наперед. Я бы сказал: «Пап?» задом наперед, и это прозвучало бы, как обычное «Пап».

   — Джонатан Сафран Фоер · книга
6. «

   Видеть не могу, глаз матерей от слез сырых, Я видеть не могу отцов от времени седых, Видеть не могу, печаль друзей, подруг, родных, Я видеть не могу, когда хоронят молодых!

   Видеть не могу, глаз матерей от слез сырых, Я видеть не могу отцов от времени седых, Видеть не могу, печаль друзей, подруг, родных, Я видеть не могу, когда хоронят молодых!
7. «

   Говорят, что мужчины больше любят своих сыновей. Но мужчина может ревновать к сыновьям, а дочь всегда будет светлым лучиком в его жизни.

   Говорят, что мужчины больше любят своих сыновей. Но мужчина может ревновать к сыновьям, а дочь всегда будет светлым лучиком в его жизни.

   — Рагнар Лодброк · сериал
8. «

   В нашей семье слово отца было закон. Слово мамы было другой закон. Иногда эти законы друг другу противоречили, и определить, кто прав, а кто дурак, помогал только скандал.

   В нашей семье слово отца было закон. Слово мамы было другой закон. Иногда эти законы друг другу противоречили, и определить, кто прав, а кто дурак, помогал только скандал.

   — Фред Адра · книга
9. «

   Жизнь — суровая штука, без второго отца не обойтись, на этот случай и существуют крестные отцы.

   Жизнь — суровая штука, без второго отца не обойтись, на этот случай и существуют крестные отцы.

   — Марио Пьюзо · книга
10. «

    В тот момент, когда я узнал о смерти отца, я думал, что моя жизнь на этом закончится, но я собрался с духом и решил сделать то, что желал мой отец — он хотел, чтобы его сын стал лучшим.

    В тот момент, когда я узнал о смерти отца, я думал, что моя жизнь на этом закончится, но я собрался с духом и решил сделать то, что желал мой отец — он хотел, чтобы его сын стал лучшим.

    — Криштиану Роналду
11. «

    — Пап, дай денег. — Я тебе вчера давал. — И что теперь, ты мне вчерашним днем жить прикажешь?!

    — Пап, дай денег. — Я тебе вчера давал. — И что теперь, ты мне вчерашним днем жить прикажешь?!
12. «

    Хочу, чтобы замуж меня выдавал отец. Ну, знаете, когда он за руку подводит тебя к человеку, за которого ты выходишь, и вкладывает твою руку в его. Это единственное, чего мне всегда хотелось по-настоящему.

    Хочу, чтобы замуж меня выдавал отец. Ну, знаете, когда он за руку подводит тебя к человеку, за которого ты выходишь, и вкладывает твою руку в его. Это единственное, чего мне всегда хотелось по-настоящему.

    — Кира Касс · книга
13. «

    В детстве отец говорил мне: «Кому ведан страх, тот позволяет страху руководить собой». Он говорил, что страх подобен животному, ему можно позволить завладеть тобой или убить. Я не всегда понимал своего папу, но в тот день понял: он хочет, чтобы я стал мужчиной. <...> Есть более тяжкие испытания, чем прыжок с обрыва в девять лет. Когда Глория вошла в мою жизнь, я нашёл в себе мужество прыгнуть. Она научила меня радоваться жизни и не бояться смерти. И те двадцать евро за такси стали золотым ключиком к моему счастью. Не бывает идеальных родителей, но мы все стараемся, фантазируем, кто как может. Сейчас, когда я смотрю на Глорию, слышу её смех, я забываю обо всём на свете. Важно только настоящее, только «сейчас». Оно наполняет меня словно музыка. И это настоящее того стоило. Несмотря на то, что жизнь наделила нас недостатком, слабостью, болью, вот здесь, возле сердца. Врачи не могут объяснить возникновения. Оно есть. Прогрессирует. Впереди неизвестность. Такова жизнь. И однажды Глория просто не проснётся утром. Доктора не ошиблись. Глория ушла спустя пару недель после этих счастливых моментов. Отец учил меня принимать страх, а дочь — принимать жизнь. Порой кажется, что неудачам нет конца. Рядом с Глорией каждая секунда моей жизни была наполнена праздником и теперь каждый миг с моей дочерью навсегда останется во мне. Глория со мной. Рядом. Всегда. И навечно. И завтра всё повторится.

    В детстве отец говорил мне: «Кому ведан страх, тот позволяет страху руководить собой». Он говорил, что страх подобен животному, ему можно позволить завладеть тобой или убить. Я не всегда понимал своего папу, но в тот день понял: он хочет, чтобы я стал мужчиной. <...> Есть более тяжкие испытания, чем прыжок с обрыва в девять лет. Когда Глория вошла в мою жизнь, я нашёл в себе мужество прыгнуть. Она научила меня радоваться жизни и не бояться смерти. И те двадцать евро за такси стали золотым ключиком к моему счастью. Не бывает идеальных родителей, но мы все стараемся, фантазируем, кто как может. Сейчас, когда я смотрю на Глорию, слышу её смех, я забываю обо всём на свете. Важно только настоящее, только «сейчас». Оно наполняет меня словно музыка. И это настоящее того стоило. Несмотря на то, что жизнь наделила нас недостатком, слабостью, болью, вот здесь, возле сердца. Врачи не могут объяснить возникновения. Оно есть. Прогрессирует. Впереди неизвестность. Такова жизнь. И однажды Глория просто не проснётся утром. Доктора не ошиблись. Глория ушла спустя пару недель после этих счастливых моментов. Отец учил меня принимать страх, а дочь — принимать жизнь. Порой кажется, что неудачам нет конца. Рядом с Глорией каждая секунда моей жизни была наполнена праздником и теперь каждый миг с моей дочерью навсегда останется во мне. Глория со мной. Рядом. Всегда. И навечно. И завтра всё повторится.

    — Самуэль (бегун) · фильм
14. «

    – И ты станешь отцом?. – Знаю! Сам поверить не могу: я – и отец! – А это не противозаконно? Тебе позволят?

    – И ты станешь отцом?. – Знаю! Сам поверить не могу: я – и отец! – А это не противозаконно? Тебе позволят?

    — Дэвид Николс · книга
15. «

    Я плакал впервые за несколько лет и впервые в жизни об отце и долгое время не мог унять слёзы. Я знал, что мой отец — хороший, добрый человек, и хотя жизнь у него оказалась сложная, он приложил все усилия, чтобы меня вырастить. Он никогда не поднимал на меня руку, и я мучился угрызениями совести за все годы, когда вёл себя как дурак.

    Я плакал впервые за несколько лет и впервые в жизни об отце и долгое время не мог унять слёзы. Я знал, что мой отец — хороший, добрый человек, и хотя жизнь у него оказалась сложная, он приложил все усилия, чтобы меня вырастить. Он никогда не поднимал на меня руку, и я мучился угрызениями совести за все годы, когда вёл себя как дурак.

    — Николас Спаркс · книга
16. «

    — Знаешь, что мне нужно? — Что? — Чтобы рядом был мужчина, который меня любит, заботится обо мне и выполняет капризы. — Но у тебя же есть такой, это я. — Да, конечно... Спасибо, что ты есть, ПАПА.

    — Знаешь, что мне нужно? — Что? — Чтобы рядом был мужчина, который меня любит, заботится обо мне и выполняет капризы. — Но у тебя же есть такой, это я. — Да, конечно... Спасибо, что ты есть, ПАПА.
17. «

    Я вечное разочарование для моего отца, но смирился с этим.

    Я вечное разочарование для моего отца, но смирился с этим.

    — Тирион Ланнистер · сериал
18. «

    — Он жив, и я его тебе покажу. Ступай за стариком Рафики, дружок, пошли. <...> Взгляни туда. — Это не мой отец, а лишь мое отражение... — Нет, вглядись внимательнее. Видишь? Он живет в тебе!

    — Он жив, и я его тебе покажу. Ступай за стариком Рафики, дружок, пошли. <...> Взгляни туда. — Это не мой отец, а лишь мое отражение... — Нет, вглядись внимательнее. Видишь? Он живет в тебе!

    — Рафики · мультфильм
19. «

    Не надобно иного образца, Когда в глазах пример отца.

    Не надобно иного образца, Когда в глазах пример отца.

    — Александр Сергеевич Грибоедов · книга
20. «

    Мой папа — гений. Он может взять машину, которая почти не ездит, и сделать из нее машину, которая не ездит совсем.

    Мой папа — гений. Он может взять машину, которая почти не ездит, и сделать из нее машину, которая не ездит совсем.

    — Луи Андерсон · мультфильм