313 цитат «Красивые цитаты на тему «отношения»» — что говорили умные люди

Собрали 313 цитат на тему «Красивые цитаты на тему «отношения»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   ... Они оба пылали какой-то первобытной страстью. И пока жизнь не отдалила их друг от друга, Каупервуд представить себе не мог более восхитительного союза. Они не ведали того холодка пресыщенности, который нередко переходит во взаимное отвращение. Эйлин всегда была ему желанна. Он подтрунивал над ней, дурачился, нежничал, зная наперед, что она не оттолкнет его от себя чопорностью или постной миной ханжи и лицемерки. Несмотря на ее горячий, взбалмошный нрав, Эйлин всегда можно было остановить и образумить, если она была неправа. Она же, со своей стороны, не раз давала Каупервуду дельные советы, подсказанные ее женским чутьем.

   ... Они оба пылали какой-то первобытной страстью. И пока жизнь не отдалила их друг от друга, Каупервуд представить себе не мог более восхитительного союза. Они не ведали того холодка пресыщенности, который нередко переходит во взаимное отвращение. Эйлин всегда была ему желанна. Он подтрунивал над ней, дурачился, нежничал, зная наперед, что она не оттолкнет его от себя чопорностью или постной миной ханжи и лицемерки. Несмотря на ее горячий, взбалмошный нрав, Эйлин всегда можно было остановить и образумить, если она была неправа. Она же, со своей стороны, не раз давала Каупервуду дельные советы, подсказанные ее женским чутьем.

   — Теодор Драйзер · книга
2. «

   Каждый день, когда открываю глаза, спрашиваю себя, хочу ли я быть с ним. Он каждый день спрашивает себя, хочет ли быть со мной. Вместе нас держит только желание. Если однажды оно исчезнет, мы расстанемся, и мне не будет больно. Ты, надеюсь, уже поняла почему? Ханна молчала. — Потому что я сияю сама для себя. В этом моя сила.

   Каждый день, когда открываю глаза, спрашиваю себя, хочу ли я быть с ним. Он каждый день спрашивает себя, хочет ли быть со мной. Вместе нас держит только желание. Если однажды оно исчезнет, мы расстанемся, и мне не будет больно. Ты, надеюсь, уже поняла почему? Ханна молчала. — Потому что я сияю сама для себя. В этом моя сила.

   — Мария Фариса · книга
3. «

   Это с каждым случится однажды, Через год или два. Может век, Постучится к вам в дверь очень важный, Очень нужный, родной человек.

   Это с каждым случится однажды, Через год или два. Может век, Постучится к вам в дверь очень важный, Очень нужный, родной человек.
4. «

   Что такое любовь? Ты падаешь вниз головой, закрыв глаза. По обнаженной коже струится ажур слов и бархат теплой темноты. Любые звуки превращаются в музыку, и ты настраиваешь метроном дыхания на такт сердца. Ладонями ты чувствуешь свет, ты осторожно касаешься изнанки души и она начинает петь. В этот момент долгое падение превращается в полет по кромке звездного неба. Ты замираешь, чтобы собрать губами эти звезды, но ласковая рука скользит по ключице, хватается за плечо, мягко толкает тебя спиной назад и ты... ты летишь. В облаке танцующего снега, упираясь лопатками в невесомость... А с ее горького горячего тела медленно скользит в вечность шелк белья. И в дрожащем пространстве между желанием и тишиной, между вашими телами, ты лицом к лицу сталкиваешься с жизнью. Но что такое жизнь без любви...

   Что такое любовь? Ты падаешь вниз головой, закрыв глаза. По обнаженной коже струится ажур слов и бархат теплой темноты. Любые звуки превращаются в музыку, и ты настраиваешь метроном дыхания на такт сердца. Ладонями ты чувствуешь свет, ты осторожно касаешься изнанки души и она начинает петь. В этот момент долгое падение превращается в полет по кромке звездного неба. Ты замираешь, чтобы собрать губами эти звезды, но ласковая рука скользит по ключице, хватается за плечо, мягко толкает тебя спиной назад и ты... ты летишь. В облаке танцующего снега, упираясь лопатками в невесомость... А с ее горького горячего тела медленно скользит в вечность шелк белья. И в дрожащем пространстве между желанием и тишиной, между вашими телами, ты лицом к лицу сталкиваешься с жизнью. Но что такое жизнь без любви...

   — Аль Квотион · книга
5. «

   Мы встречаем кого-нибудь на своем пути, совершенно случайно, как прохожего в парке или на улице, одариваем его то просто взглядом, то всей своей жизнью. Я не знаю, почему так происходит, кто и зачем перекрещивает наши пути. И почему два пути вдруг сливаются в один. Кто делает так, что только что совершенно чужим друг другу людям хочется идти по нему вместе?

   Мы встречаем кого-нибудь на своем пути, совершенно случайно, как прохожего в парке или на улице, одариваем его то просто взглядом, то всей своей жизнью. Я не знаю, почему так происходит, кто и зачем перекрещивает наши пути. И почему два пути вдруг сливаются в один. Кто делает так, что только что совершенно чужим друг другу людям хочется идти по нему вместе?

   — Януш Леон Вишневский · книга
6. «

   — Я просто... мне нужно знать только одно. С Лайлой все кончено? — Да. Полностью и бесповоротно. Даже никогда ее не видеть — это слишком часто.

   — Я просто... мне нужно знать только одно. С Лайлой все кончено? — Да. Полностью и бесповоротно. Даже никогда ее не видеть — это слишком часто.

   — Декстер Морган · сериал
7. «

   Каждый парень, который в первый раз в своей жизни шёл знакомиться с родителями своей девушки, наверняка помнит то волнение, что он при этом испытывал. Волнение, которое, словно осьминог, длинными щупальцами дотягивается не только до тела, сердца, но и души. Волнение, когда не можешь избавиться от слабости в ногах и не можешь унять дрожь в теле. Чертовски приятное чувство!

   Каждый парень, который в первый раз в своей жизни шёл знакомиться с родителями своей девушки, наверняка помнит то волнение, что он при этом испытывал. Волнение, которое, словно осьминог, длинными щупальцами дотягивается не только до тела, сердца, но и души. Волнение, когда не можешь избавиться от слабости в ногах и не можешь унять дрожь в теле. Чертовски приятное чувство!

   — Аристарх Ромашин · книга
8. «

   Как ты не понимаешь, мне нужна забота. Прежде чем расстегнуть платье, научись застёгивать пальто.

   Как ты не понимаешь, мне нужна забота. Прежде чем расстегнуть платье, научись застёгивать пальто.

   — Ринат Валиуллин · книга
9. «

   Наша вчерашняя встреча была для меня квантовым переходом. Мне удалось увидеть тебя так, как будто ты существуешь только для меня, как будто тебя придумали специально для меня, как будто итальянский ресторан открыли специально для нас с тобой, как будто наш столик специально устроили так, чтобы наши колени соприкасались, как будто этот жёлтый куст женьшеня посадили исключительно для нас, двадцать лет назад, мудро прозревая тот вечер, когда мы через двадцать лет будем стоять за ним, обнявшись, и целоваться.

   Наша вчерашняя встреча была для меня квантовым переходом. Мне удалось увидеть тебя так, как будто ты существуешь только для меня, как будто тебя придумали специально для меня, как будто итальянский ресторан открыли специально для нас с тобой, как будто наш столик специально устроили так, чтобы наши колени соприкасались, как будто этот жёлтый куст женьшеня посадили исключительно для нас, двадцать лет назад, мудро прозревая тот вечер, когда мы через двадцать лет будем стоять за ним, обнявшись, и целоваться.

   — Даниэль Глаттауэр · книга
10. «

    Недооцениваем тех, Кто вешаться готов на нас...

    Недооцениваем тех, Кто вешаться готов на нас...
11. «

    Я знал, что я существую, пока ты была со мною.

    Я знал, что я существую, пока ты была со мною.

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    С тобой было что-то, чего не было ни до, ни после.

    С тобой было что-то, чего не было ни до, ни после.

    — Анна Ривелотэ · книга
13. «

    Ты большая в любви. Ты смелая. Я — робею на каждом шагу. Я плохого тебе не сделаю, а хорошее вряд ли смогу. Всё мне кажется, будто бы по лесу без тропинки ведёшь меня ты.

    Ты большая в любви. Ты смелая. Я — робею на каждом шагу. Я плохого тебе не сделаю, а хорошее вряд ли смогу. Всё мне кажется, будто бы по лесу без тропинки ведёшь меня ты.

    — Евгений Евтушенко
14. «

    Я хотел бы Родиться вместе с тобой Как единое целое, Но, слава Богу, Я родился сам по себе, И поэтому встретил тебя, И сошлись две отдельные жизни. Но теперь-то, О, Господи Боже, когда Я уже встретил тебя, И мы стали одним, Я хотел бы В час смерти быть вместе с тобой Как единое целое.

    Я хотел бы Родиться вместе с тобой Как единое целое, Но, слава Богу, Я родился сам по себе, И поэтому встретил тебя, И сошлись две отдельные жизни. Но теперь-то, О, Господи Боже, когда Я уже встретил тебя, И мы стали одним, Я хотел бы В час смерти быть вместе с тобой Как единое целое.

    — Якоб Леви Морено
15. «

    Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Я беру тебя, приходя с огнём и мечом. Я смотрю, как в твоих глазах пылают сожжённые мною города, я слышу в твоём смехе крики воронья над полем битвы, я наблюдаю, как знаменами проигравших падает на пол одежда... Я беру тебя, приходя со словом. Я вью вокруг тебя интригу медленной эротики, я шепчу в твоё ухо горячие оттиски обнажённой интимности, дрожью струящиеся по твоей коже... Я беру тебя, приходя с любовью. Я целую твоё тонкое запястье и прижимаю к себе, любуясь мерным соавторством такта сердец, я провожу кончиками пальцев по твоей спине, ловя губами дождинки сбившегося дыхания... Я беру тебя, приходя с первым снегом и шелестом листопадов, я беру тебя, приходя с россыпью звёзд и прозрачно розовым рассветом, я беру тебя, приходя... Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Наша жизнь — это единство двух стихов, это созвучие двух песен... Наша жизнь — это мы, бесконечно отражённые друг в друге.

    Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Я беру тебя, приходя с огнём и мечом. Я смотрю, как в твоих глазах пылают сожжённые мною города, я слышу в твоём смехе крики воронья над полем битвы, я наблюдаю, как знаменами проигравших падает на пол одежда... Я беру тебя, приходя со словом. Я вью вокруг тебя интригу медленной эротики, я шепчу в твоё ухо горячие оттиски обнажённой интимности, дрожью струящиеся по твоей коже... Я беру тебя, приходя с любовью. Я целую твоё тонкое запястье и прижимаю к себе, любуясь мерным соавторством такта сердец, я провожу кончиками пальцев по твоей спине, ловя губами дождинки сбившегося дыхания... Я беру тебя, приходя с первым снегом и шелестом листопадов, я беру тебя, приходя с россыпью звёзд и прозрачно розовым рассветом, я беру тебя, приходя... Наша жизнь — это противостояние двух стихий. Наша жизнь — это единство двух стихов, это созвучие двух песен... Наша жизнь — это мы, бесконечно отражённые друг в друге.

    — Аль Квотион · книга
16. «

    Когда любишь — хочется верить. Когда веришь — хочется любить.

    Когда любишь — хочется верить. Когда веришь — хочется любить.
17. «

    Два одиноких человека, летящих по ветру, как пушинки одуванчика, и несущих желания друг друга.

    Два одиноких человека, летящих по ветру, как пушинки одуванчика, и несущих желания друг друга.

    — Сесилия Ахерн · книга
18. «

    Когда людские души срастаются друг с другом так плотно, что и лезвия не просунуть, – это огромная редкость.

    Когда людские души срастаются друг с другом так плотно, что и лезвия не просунуть, – это огромная редкость.

    — Харуки Мураками · книга
19. «

    Судьба расставляет фигуры, крапит карты, стреляет в упор и в спину. А мы бежим, каждый по своему замкнутому кругу, надеясь, что именно у нашей сказки окажется счастливый конец. Но моя женщина спит рядом со мной, бросив недочитанный журнал на тумбочку возле кровати, и беззащитным ребенком прижимает к себе пушистое одеяло. А утром она проснется, потянется солнечной кошкой возле открытого окна и улыбнется мне. И глядя в нее, больше всего мне хочется, чтобы вопреки всем законам жанра, исключением из всех существующих правил у нашей общей сказки, сказки о женщине, сказки о любви, не было конца.

    Судьба расставляет фигуры, крапит карты, стреляет в упор и в спину. А мы бежим, каждый по своему замкнутому кругу, надеясь, что именно у нашей сказки окажется счастливый конец. Но моя женщина спит рядом со мной, бросив недочитанный журнал на тумбочку возле кровати, и беззащитным ребенком прижимает к себе пушистое одеяло. А утром она проснется, потянется солнечной кошкой возле открытого окна и улыбнется мне. И глядя в нее, больше всего мне хочется, чтобы вопреки всем законам жанра, исключением из всех существующих правил у нашей общей сказки, сказки о женщине, сказки о любви, не было конца.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    Мы пьём чай на твоей кухне. Ты что-то болтаешь про работу, улыбаешься своей фирменной улыбкой, в глазах шальные искорки... Я изучаю подушечками пальцев линии на твоих ладонях. Они такие большие, что кисти моих рук просто «тонут» в них, и мне это безумно нравится. Я неотрывно слежу за движением твоих губ, манящих и страстных. Хочется немедленно слиться в поцелуе... Но я оттягиваю момент, чтобы получить максимальное удовольствие. С тобой всегда на максимум. Чувства, эмоции, ощущения... Только к одному ощущению я так и не смогу привыкнуть... К ощущению, что ты мой... Мой! Притяжательное местоимение, три буквы, счастье. Запредельное счастье. Я целую чернильные крылья на твоих лопатках и открываю глаза... Не без труда... От таких сладких снов слипаются веки. И они бывают чертовски реалистичны! Я бы рассказала тебе о том, что мне снится... За чашкой чая на твоей кухне... Но только меня там никогда не будет, я даже спросить о твоих делах не имею права. У меня нет никаких прав на тебя, а единственный шанс получить их давно использован. Но я вправе чувствовать и ощущать... Только к одному ощущению я так и не смогу привыкнуть... К ощущению, что ты никогда не будешь моим...

    Мы пьём чай на твоей кухне. Ты что-то болтаешь про работу, улыбаешься своей фирменной улыбкой, в глазах шальные искорки... Я изучаю подушечками пальцев линии на твоих ладонях. Они такие большие, что кисти моих рук просто «тонут» в них, и мне это безумно нравится. Я неотрывно слежу за движением твоих губ, манящих и страстных. Хочется немедленно слиться в поцелуе... Но я оттягиваю момент, чтобы получить максимальное удовольствие. С тобой всегда на максимум. Чувства, эмоции, ощущения... Только к одному ощущению я так и не смогу привыкнуть... К ощущению, что ты мой... Мой! Притяжательное местоимение, три буквы, счастье. Запредельное счастье. Я целую чернильные крылья на твоих лопатках и открываю глаза... Не без труда... От таких сладких снов слипаются веки. И они бывают чертовски реалистичны! Я бы рассказала тебе о том, что мне снится... За чашкой чая на твоей кухне... Но только меня там никогда не будет, я даже спросить о твоих делах не имею права. У меня нет никаких прав на тебя, а единственный шанс получить их давно использован. Но я вправе чувствовать и ощущать... Только к одному ощущению я так и не смогу привыкнуть... К ощущению, что ты никогда не будешь моим...