265 цитат про «Жизненные цитаты про память», которые захочется сохранить

265 цитат про «Жизненные цитаты про память»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   «Забудь, что я сказал», «сотри из памяти то, что я сделал» — ты уверен, что жизнь — карандашный набросок?

   «Забудь, что я сказал», «сотри из памяти то, что я сделал» — ты уверен, что жизнь — карандашный набросок?

   — Марк Леви · книга
2. «

   Собственное имя, к сожалению, так просто не забывается. Отчего мы постоянно забываем только чужие имена — даже те, которые должны помнить обязательно?

   Собственное имя, к сожалению, так просто не забывается. Отчего мы постоянно забываем только чужие имена — даже те, которые должны помнить обязательно?

   — Харуки Мураками · книга
3. «

   Бабушка мне всегда говорила: «Юи-тян, ты запомнишь всё что угодно, но при этом ты забудешь всё остальное».

   Бабушка мне всегда говорила: «Юи-тян, ты запомнишь всё что угодно, но при этом ты забудешь всё остальное».

   — Юи Хирасава (Yui Hirasawa) · аниме
4. «

   В ясную тёмную ночь, я поднимаю голову вверх и в каждой яркой звезде я вижу тех, с кем пролетал сорок лет, это и лётчики, штурманы, бортрадисты, ведущие инженеры и их помощники, борт-электрики, авиаспециалисты, механики и мотористы..

   В ясную тёмную ночь, я поднимаю голову вверх и в каждой яркой звезде я вижу тех, с кем пролетал сорок лет, это и лётчики, штурманы, бортрадисты, ведущие инженеры и их помощники, борт-электрики, авиаспециалисты, механики и мотористы..

   — Евгений Александрович Горюнов
5. «

   Ребенок, который определил память как «то, чем забывают», был не так уж неправ.

   Ребенок, который определил память как «то, чем забывают», был не так уж неправ.

   — Джек Лондон · книга
6. «

   Чаще всего мы вспоминаем то, — о чём вспоминать не хочется.

   Чаще всего мы вспоминаем то, — о чём вспоминать не хочется.
7. «

   — Просто признай — своими действиями ты подвергла мир угрозе. Спорим, ты готова умереть от стыда? — Да. Было время, когда я бы предпочла исчезнуть, лишь бы не дать другим пострадать от своих ошибок. Только вот я живу за счёт жертвы близкого мне человека. В память о ней [Кэрол] я не могу так просто умереть! — Мило. Только всё равно придётся.

   — Просто признай — своими действиями ты подвергла мир угрозе. Спорим, ты готова умереть от стыда? — Да. Было время, когда я бы предпочла исчезнуть, лишь бы не дать другим пострадать от своих ошибок. Только вот я живу за счёт жертвы близкого мне человека. В память о ней [Кэрол] я не могу так просто умереть! — Мило. Только всё равно придётся.

   — Ванесса Диодати (Vanessa Diodati) · аниме
8. «

   Время высасывает из памяти и страх, и боль.

   Время высасывает из памяти и страх, и боль.

   — Мариша Пессл · книга
9. «

   Кто остаётся в сердцах людских, тот не умирает.

   Кто остаётся в сердцах людских, тот не умирает.

   — Томас Кемпбелл
10. «

    Вы просто не представляете, сколько всего может не запомнить человек, если он вызван в качестве свидетеля.

    Вы просто не представляете, сколько всего может не запомнить человек, если он вызван в качестве свидетеля.

    — Лоренс (Лоуренс) Питер
11. «

    ... люди порой что-то видят, но даже не знают, что они это видят. Если ты присядешь, а ещё лучше — приляжешь, закроешь глаза и мысленно переберёшь в памяти, что видела и делала <...> тебе, возможно, что-нибудь вспомнится.

    ... люди порой что-то видят, но даже не знают, что они это видят. Если ты присядешь, а ещё лучше — приляжешь, закроешь глаза и мысленно переберёшь в памяти, что видела и делала <...> тебе, возможно, что-нибудь вспомнится.

    — Рекс Стаут · книга
12. «

    Порой возникает желание исказить память о событиях прошлого, чтобы сделать её не столь мучительной.

    Порой возникает желание исказить память о событиях прошлого, чтобы сделать её не столь мучительной.

    — Дэниел Уоллес · книга
13. «

    — Сколько нам лет, Овечка? — Мы старше тех, чьи следы давно исчезли. — Это много. — Я помню все эти годы.

    — Сколько нам лет, Овечка? — Мы старше тех, чьи следы давно исчезли. — Это много. — Я помню все эти годы.

    — Киндред / Овечка и Волк (Kindred / Lamb and Wolf) · игра
14. «

    За год может произойти столько всего, а за десять лет человек меняется полностью! Просто невозможно помнить каждую мелочь. К тому же, многие вещи лучше забыть без остатка. Вместо того чтобы запомнить, как меня пару сотен лет назад ранили сотней мечей и растоптали сотней ног, я лучше запомню, как вчера съел вкуснейший мясной пирожок.

    За год может произойти столько всего, а за десять лет человек меняется полностью! Просто невозможно помнить каждую мелочь. К тому же, многие вещи лучше забыть без остатка. Вместо того чтобы запомнить, как меня пару сотен лет назад ранили сотней мечей и растоптали сотней ног, я лучше запомню, как вчера съел вкуснейший мясной пирожок.

    — Мосян Тунсю · книга
15. «

    — Существует поверье, — сказала она, — Что когда-то давно мы были просто капельками, плавающими в море, затем стали рыбами, затем ящерами, крысами и обезьянами, а между ними побывали сотнями разных существ. Когда-то давно эта рука была плавником, а затем на ней появились когти! В моем человеческом рту есть острые зубы волка, резцы зайца и жевательные зубы коровы. Наша кровь солона как море, в котором мы когда-то жили! При испуге наши волосы встают дыбом, точно также, как встает дыбом шерсть. Мы сами — история! Все, чем мы становились на своем пути к человеку, все еще существует в нас. <...> — Во мне живет память о моих родителях, о родителях моих родителей и о всех моих предков. Эта память проявляется в цвете глаз, в цвете волос. И каждый, кто изменил способ моего мышления, так же живет во мне. Так кто же «я»?

    — Существует поверье, — сказала она, — Что когда-то давно мы были просто капельками, плавающими в море, затем стали рыбами, затем ящерами, крысами и обезьянами, а между ними побывали сотнями разных существ. Когда-то давно эта рука была плавником, а затем на ней появились когти! В моем человеческом рту есть острые зубы волка, резцы зайца и жевательные зубы коровы. Наша кровь солона как море, в котором мы когда-то жили! При испуге наши волосы встают дыбом, точно также, как встает дыбом шерсть. Мы сами — история! Все, чем мы становились на своем пути к человеку, все еще существует в нас. <...> — Во мне живет память о моих родителях, о родителях моих родителей и о всех моих предков. Эта память проявляется в цвете глаз, в цвете волос. И каждый, кто изменил способ моего мышления, так же живет во мне. Так кто же «я»?

    — Терри Пратчетт · книга
16. «

    Говорят, плохое держится в памяти дольше, чем хорошее. Неверно. Это придумали люди, живущие монотонной, однообразной жизнью. Они и в самом деле помнят больше плохое — их «хорошее» так однородно, так повседневно, так буднично, что его не упомнишь. Любая, самая мелкая неприятность — отклонение на их ровной, лишенной событийности линии жизни. Потому и запоминается. Но если линия ломана, если испещрена она всплесками, как развёртка на осциллографе, если счастье трудное, добытое, как говорят, в борьбе и невзгодах, если множество отрицательных всплесков венчается одним большим положительным, то и сам такой всплеск видится лучше, и память его удерживает много прочней.

    Говорят, плохое держится в памяти дольше, чем хорошее. Неверно. Это придумали люди, живущие монотонной, однообразной жизнью. Они и в самом деле помнят больше плохое — их «хорошее» так однородно, так повседневно, так буднично, что его не упомнишь. Любая, самая мелкая неприятность — отклонение на их ровной, лишенной событийности линии жизни. Потому и запоминается. Но если линия ломана, если испещрена она всплесками, как развёртка на осциллографе, если счастье трудное, добытое, как говорят, в борьбе и невзгодах, если множество отрицательных всплесков венчается одним большим положительным, то и сам такой всплеск видится лучше, и память его удерживает много прочней.

    — Владимир Николаевич Шатаев · книга
17. «

    Советский солдат вынес тогда тяжкие испытания. А сегодня старая рана заговорила, здоровье шалит. Бывший фронтовик не станет вам жаловаться — не та закваска характера. Будьте сами предупредительны. Не оскорбляя гордости, относитесь к ним чутко и уважительно. Это очень малая плата за все, что они сделали для вас в 1941-м, 42-м, 43-м, 44-м, 45-м.

    Советский солдат вынес тогда тяжкие испытания. А сегодня старая рана заговорила, здоровье шалит. Бывший фронтовик не станет вам жаловаться — не та закваска характера. Будьте сами предупредительны. Не оскорбляя гордости, относитесь к ним чутко и уважительно. Это очень малая плата за все, что они сделали для вас в 1941-м, 42-м, 43-м, 44-м, 45-м.

    — Георгий Константинович Жуков · книга
18. «

    Всегда труднее забыть, нежели вспоминать.

    Всегда труднее забыть, нежели вспоминать.

    — Бернардо Бертолуччи
19. «

    Общеизвестно, что память человека не подчиняется правилам логики. Она не классифицирует события его жизни как существенные и несущественные и не отдает предпочтения первым. Я, например, помню до сих пор номер телефона, по которому мне пришлось звонить первый раз в жизни еще в 1933 году, но не помню номер телефона своей собственной квартиры, в которой жил много лет в Москве. Я помню номер винтовки, которую мне вручили в 1940 году в армии, но не помню названия и расположения населенных пунктов, в которых мне приходилось бывать во время странствий в 1939 — 1940 годах. Я помню имя коня, которого мне дали по прибытии в кавалерийский полк. Но я не смог в течение многих месяцев, пока писал книгу, вспомнить имя парня, с которым делился куском хлеба и сокровенными мыслями и который доносил обо мне в Особый отдел полка. Так что если строго следовать тому, что застряло в памяти, то объективная картина жизни не может получиться даже при наличии искреннего намерения быть объективным.

    Общеизвестно, что память человека не подчиняется правилам логики. Она не классифицирует события его жизни как существенные и несущественные и не отдает предпочтения первым. Я, например, помню до сих пор номер телефона, по которому мне пришлось звонить первый раз в жизни еще в 1933 году, но не помню номер телефона своей собственной квартиры, в которой жил много лет в Москве. Я помню номер винтовки, которую мне вручили в 1940 году в армии, но не помню названия и расположения населенных пунктов, в которых мне приходилось бывать во время странствий в 1939 — 1940 годах. Я помню имя коня, которого мне дали по прибытии в кавалерийский полк. Но я не смог в течение многих месяцев, пока писал книгу, вспомнить имя парня, с которым делился куском хлеба и сокровенными мыслями и который доносил обо мне в Особый отдел полка. Так что если строго следовать тому, что застряло в памяти, то объективная картина жизни не может получиться даже при наличии искреннего намерения быть объективным.

    — Александр Александрович Зиновьев · книга
20. «

    Память о человеке, которого мы любили, не меркнет с годами. И память об истинном друге — тоже.

    Память о человеке, которого мы любили, не меркнет с годами. И память об истинном друге — тоже.

    — Чарльз Перси Сноу · книга