Подборка «патриотизм» — 276 цитат

Тема «патриотизм» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 276 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Но знаете, - Куда бы не вел меня компас мечтаний и памяти, Какой красотой бы не были вылиты их паперти, Не будет дороже церквей, и вы все понимаете, В которых оставил устав, вместо тысячи стран.

   Но знаете, - Куда бы не вел меня компас мечтаний и памяти, Какой красотой бы не были вылиты их паперти, Не будет дороже церквей, и вы все понимаете, В которых оставил устав, вместо тысячи стран.
2. «

   А что такое патриот? Вот я считаю, что сегодня — это мое мнение — для того, чтобы вести патриотическую политику, необходимо сделать так, чтобы люди могли себе позволить не думать, чем они завтра будут кормить своих детей.

   А что такое патриот? Вот я считаю, что сегодня — это мое мнение — для того, чтобы вести патриотическую политику, необходимо сделать так, чтобы люди могли себе позволить не думать, чем они завтра будут кормить своих детей.

   — Михаил Хазин
3. «

   Патриотизм для людей с большими семьями.

   Патриотизм для людей с большими семьями.

   — Лейтенант Оррин Чаннинг · сериал
4. «

   Итак, смысл жизни заключается в ее добре, но этим открывается возможность новых заблуждений — в определении того, что есть собственно добро жизни. <...> От века даны твердыни и устои жизни: семья, живым, личным отношением связывающая наше настоящее с прошедшим и с будущим; отечество, расширяющее и наполняющее нашу душу содержанием души народной с её славными преданиями и упованиями; наконец, Церковь, окончательно избавляющая нас от всякой тесноты, связывая и личную, и национальную жизнь с тем, что вечно и безусловно. Итак, о чем же думать? Живи жизнью целого, раздвинь во все стороны границы своего маленького я, «принимай к сердцу» дело других и дело всех, будь добрым семьянином, ревностным патриотом, преданным сыном церкви, и ты узнаешь на деле добрый смысл жизни, и не нужно будет его искать и придумывать ему определения. В таком взгляде есть начало правды, но только начало, остановиться на нём невозможно — дело вовсе не так просто, как кажется.

   Итак, смысл жизни заключается в ее добре, но этим открывается возможность новых заблуждений — в определении того, что есть собственно добро жизни. <...> От века даны твердыни и устои жизни: семья, живым, личным отношением связывающая наше настоящее с прошедшим и с будущим; отечество, расширяющее и наполняющее нашу душу содержанием души народной с её славными преданиями и упованиями; наконец, Церковь, окончательно избавляющая нас от всякой тесноты, связывая и личную, и национальную жизнь с тем, что вечно и безусловно. Итак, о чем же думать? Живи жизнью целого, раздвинь во все стороны границы своего маленького я, «принимай к сердцу» дело других и дело всех, будь добрым семьянином, ревностным патриотом, преданным сыном церкви, и ты узнаешь на деле добрый смысл жизни, и не нужно будет его искать и придумывать ему определения. В таком взгляде есть начало правды, но только начало, остановиться на нём невозможно — дело вовсе не так просто, как кажется.

   — Владимир Сергеевич Соловьёв · книга
5. «

   Рюрики, Романовы, Ленин и Сталин — Это моя страна! Пушкин, Есенин, Высоцкий, Гагарин — Это моя страна! Разорённые церкви и новые храмы, Красная площадь, И стройка на БАМе…

   Рюрики, Романовы, Ленин и Сталин — Это моя страна! Пушкин, Есенин, Высоцкий, Гагарин — Это моя страна! Разорённые церкви и новые храмы, Красная площадь, И стройка на БАМе…
6. «

   ... можно я вот вас на секундочку прерву? Как раз на самом интересном моменте, когда я уже думал — сейчас мы узнаем: кто и за сколько любит Родину... Знаете, Родину любят все, выясняется, что источники финансирования любви разные!

   ... можно я вот вас на секундочку прерву? Как раз на самом интересном моменте, когда я уже думал — сейчас мы узнаем: кто и за сколько любит Родину... Знаете, Родину любят все, выясняется, что источники финансирования любви разные!

   — Владимир Рудольфович Соловьев
7. «

   Мне нравятся все места, где я бываю. Я знаю, что есть и другие люди, по-моему, не очень счастливые. Они, как правило, придирчиво смотрят скептическим глазом на все, что отличается от привычных им среды и атмосферы. Все, что они видят, слышат, нюхают, едят и пьют, им кажется подозрительным и недружелюбным. Иногда такие люди называют себя патриотами.

   Мне нравятся все места, где я бываю. Я знаю, что есть и другие люди, по-моему, не очень счастливые. Они, как правило, придирчиво смотрят скептическим глазом на все, что отличается от привычных им среды и атмосферы. Все, что они видят, слышат, нюхают, едят и пьют, им кажется подозрительным и недружелюбным. Иногда такие люди называют себя патриотами.

   — Лев Семёнович Рубинштейн
8. «

   Любовь к Родине и беспрестанная жертвенность ради нее — вот что дает право называться патриотом.

   Любовь к Родине и беспрестанная жертвенность ради нее — вот что дает право называться патриотом.

   — Илья Александрович Игин
9. «

   – Патриот из тебя так себе, – заметила Тесса. – Разве не ты только что предавался воспоминаниям об уэльских горах? – Патриот?! – Уилл брезгливо поморщился. – Знаешь, что такое истинный патриотизм? В память о родине я наколол уэльского дракона прямо у себя на… – Сегодня ты просто в ударе, не так ли, Уильям?! – перебил Джем, хотя тот и не собирался заканчивать фразу.

   – Патриот из тебя так себе, – заметила Тесса. – Разве не ты только что предавался воспоминаниям об уэльских горах? – Патриот?! – Уилл брезгливо поморщился. – Знаешь, что такое истинный патриотизм? В память о родине я наколол уэльского дракона прямо у себя на… – Сегодня ты просто в ударе, не так ли, Уильям?! – перебил Джем, хотя тот и не собирался заканчивать фразу.

   — Кассандра Клэр · книга
10. «

    Нам дороги родители, дети, родственники, домашние, но любовь ко всем им заключает в себе любовь к родине.

    Нам дороги родители, дети, родственники, домашние, но любовь ко всем им заключает в себе любовь к родине.

    — Владимир Николаевич Назаров · книга
11. «

    Я люблю мое Отечество, как Петр Великий научил меня любить его. Мне чужд, признаюсь, этот блаженный патриотизм, этот патриотизм лени, который умудряется все видеть в розовом свете и носится со своими иллюзиями.

    Я люблю мое Отечество, как Петр Великий научил меня любить его. Мне чужд, признаюсь, этот блаженный патриотизм, этот патриотизм лени, который умудряется все видеть в розовом свете и носится со своими иллюзиями.

    — Пётр Яковлевич Чаадаев
12. «

    Мне уже несколько раз приходилось высказывать мысль о том, что патриотизм есть в наше время чувство неестественное, неразумное, вредное, причиняющее большую долю тех бедствий, от которых страдает человечество, и что поэтому чувство это не должно быть воспитываемо, как это делается теперь, — а напротив, подавляемо и уничтожаемо всеми зависящими от разумных людей средствами.

    Мне уже несколько раз приходилось высказывать мысль о том, что патриотизм есть в наше время чувство неестественное, неразумное, вредное, причиняющее большую долю тех бедствий, от которых страдает человечество, и что поэтому чувство это не должно быть воспитываемо, как это делается теперь, — а напротив, подавляемо и уничтожаемо всеми зависящими от разумных людей средствами.

    — Лев Николаевич Толстой · книга
13. «

    А наш народ... теряет веру. Он надеется, что я всё исправлю, и я бы сделал это. Я хотел бы вернуть Гондору славу. Ты видел его, Арагорн? Белые башни Эктелиона, сверкающие как жемчужно-серебряная игла. Высоко на вершине утренний бриз развивает знамёна. Ты возвращался домой по зову серебряных труб когда-нибудь?

    А наш народ... теряет веру. Он надеется, что я всё исправлю, и я бы сделал это. Я хотел бы вернуть Гондору славу. Ты видел его, Арагорн? Белые башни Эктелиона, сверкающие как жемчужно-серебряная игла. Высоко на вершине утренний бриз развивает знамёна. Ты возвращался домой по зову серебряных труб когда-нибудь?

    — Боромир · фильм
14. «

    Патриот — это не человек, который безумно восхваляет свою страну и считает, что она выше всех. Патриот — тот, кто любит Родину, как родителей, остро переживает ее проблемы и не боится говорить о них. Квасной патриотизм я не приемлю и не понимаю, но любовь к своей стране — естественна.

    Патриот — это не человек, который безумно восхваляет свою страну и считает, что она выше всех. Патриот — тот, кто любит Родину, как родителей, остро переживает ее проблемы и не боится говорить о них. Квасной патриотизм я не приемлю и не понимаю, но любовь к своей стране — естественна.

    — Владимир Познер
15. «

    Патриотизм — это естественное чувство. Не нужно его выпячивать. Это как любить свою маму. Это как быть патриотом своей мамы. Ходить в футболке с надписью «Я мамин — значит я опасен!» Каждый раз встречать и провожать маму на балконе с криками «Мама, вперёд!»

    Патриотизм — это естественное чувство. Не нужно его выпячивать. Это как любить свою маму. Это как быть патриотом своей мамы. Ходить в футболке с надписью «Я мамин — значит я опасен!» Каждый раз встречать и провожать маму на балконе с криками «Мама, вперёд!»

    — Стас Старовойтов
16. «

    Я страстно люблю русского человека, русскую речь, русский склад ума, русскую красоту лиц, русские обычаи. Лермонтов прямо говорит, что “темной старины заветные преданья” не шевелят души его. А я даже и это люблю. Я думаю, что мои симпатии к православию, теоретическая сторона которого давно во мне подвергнута убийственной для него критике, находятся в прямой зависимости от врожденной в меня влюбленности в русский элемент вообще. Напрасно я пытался бы объяснить эту влюбленность теми или другими качествами русского народа или русской природы. Качества эти, конечно, есть, но влюбленный человек любит не потому, что предмет его любви прельстил его своими добродетелями, — он любит потому, что такова его натура, потому что он не может не любить. Вот почему меня глубоко возмущают те господа, которые готовы умирать с голоду в каком-нибудь уголку Парижа, которые с каким-то сладострастием ругают все русское и могут, не испытывая ни малейшего сожаления, прожить всю жизнь за границей на том основании, что в России удобств и комфорта меньше. Люди эти ненавистны мне; они топчут в грязи то, что для меня несказанно дорого и свято.

    Я страстно люблю русского человека, русскую речь, русский склад ума, русскую красоту лиц, русские обычаи. Лермонтов прямо говорит, что “темной старины заветные преданья” не шевелят души его. А я даже и это люблю. Я думаю, что мои симпатии к православию, теоретическая сторона которого давно во мне подвергнута убийственной для него критике, находятся в прямой зависимости от врожденной в меня влюбленности в русский элемент вообще. Напрасно я пытался бы объяснить эту влюбленность теми или другими качествами русского народа или русской природы. Качества эти, конечно, есть, но влюбленный человек любит не потому, что предмет его любви прельстил его своими добродетелями, — он любит потому, что такова его натура, потому что он не может не любить. Вот почему меня глубоко возмущают те господа, которые готовы умирать с голоду в каком-нибудь уголку Парижа, которые с каким-то сладострастием ругают все русское и могут, не испытывая ни малейшего сожаления, прожить всю жизнь за границей на том основании, что в России удобств и комфорта меньше. Люди эти ненавистны мне; они топчут в грязи то, что для меня несказанно дорого и свято.

    — Петр Ильич Чайковский
17. «

    Не с теми я, кто бросил землю На растерзание врагам. Их грубой лести я не внемлю, Им песен я своих не дам.

    Не с теми я, кто бросил землю На растерзание врагам. Их грубой лести я не внемлю, Им песен я своих не дам.

    — Анна Андреевна Ахматова
18. «

    Давным-давно в Америке была великая армия, способная по первому требованию отправить свои силы туда, где они требовались. Но теперь, когда наша нация распадается, а коварный враг наносит новые удары, всё изменилось. Однако могущество нашей страны никогда не исчерпывалось деньгами и оружием. 250 лет назад фермеры и торговцы, печатники и кузнецы победили могучую империю, вооружённые лишь храбростью и мечтой о справедливости. И сегодня новое поколение американцев примкнёт к нашим войскам, чтобы вырвать Сан-Франциско из рук врага. Я — «Голос Свободы», а вы — её стремительный и беспощадный меч. Это война за судьбу нашей нации. Да здравствует свобода!

    Давным-давно в Америке была великая армия, способная по первому требованию отправить свои силы туда, где они требовались. Но теперь, когда наша нация распадается, а коварный враг наносит новые удары, всё изменилось. Однако могущество нашей страны никогда не исчерпывалось деньгами и оружием. 250 лет назад фермеры и торговцы, печатники и кузнецы победили могучую империю, вооружённые лишь храбростью и мечтой о справедливости. И сегодня новое поколение американцев примкнёт к нашим войскам, чтобы вырвать Сан-Франциско из рук врага. Я — «Голос Свободы», а вы — её стремительный и беспощадный меч. Это война за судьбу нашей нации. Да здравствует свобода!

    — Бенджамин Уокер (Голос Свободы) · игра
19. «

    Антисоветчик — всегда русофоб, а любой русофоб — это враг моей страны.

    Антисоветчик — всегда русофоб, а любой русофоб — это враг моей страны.

    — Дмитрий Юрьевич Пучков
20. «

    Меня всегда удивляло, почему патриоты своей страны хотят скорее безвизово уехать из собственной страны.

    Меня всегда удивляло, почему патриоты своей страны хотят скорее безвизово уехать из собственной страны.

    — Сергей Александрович Михеев